Наследие Черной Воды 2 (СИ)
Распрощавшись с Купером, я дворами пошел на Рынок, по пути кивая в ответ на приветствия знакомых. Если подумать, таковых на Перекрестке за пять лет появилось много. Торговцы, мастера, работники администрации начиная от мэра и заканчивая обычными стражниками… Некоторые посетители, чей статус позволял быть мне представленным — и совсем немногие, кому представляли уже меня. Священные Дома из иных стран присылали сюда своих детей в поисках нужных вещей или услуг, мы сталкивались, завязывали знакомства, общались. На правах старожила и негласного покровителя Перекрестка я мог помочь с решением кое-каких вопросов (а мог и помешать, о чем все знали), поэтому сородичи считали правильным по возможности уведомить о своём присутствии и заверить в мирных намерениях. Если бы они этого не сделали, никаких санкций не последовало, просто у нас существует определенный этикет, которому желательно следовать.
Впрочем, крики зазывал и рыночный шум остались неизменными:
— «Книжный магазин братьев Филипс» объявляет о распродаже! У нас вы можете приобрести литературу по чрезвычайно привлекательным ценам!
— Особые блюда кухни сидхе! Ресторан «Четыре талисмана»!
— Одежда для благородных господ и прекрасных дам из паутинного шелка!
— Перелом конечностей за умеренную плату.
Последнее предлагал здоровенный орк, увешанный оружием. Да, и такие услуги у нас оказывают. То, что Перекресток стал респектабельнее, не означает, что он отказался от традиционных видов деятельности. Наёмников здесь встретить легко, им целая часть со своим старейшиной на откуп отдана. Вообще-то говоря, орки — это те же гоблины, подвид расы, появившийся в результате усилий шаманов нескольких кланов Аркадских островов. Они пытались повысить иммунитет родичей, экспериментируя с химеризаций. У них получилось: орки в среднем выше и крепче своих собратьев из других кланов. Правда, почти все магические силы уходят на усиление метаболизма, полноценных магов среди них рождается мало.
По-настоящему значимые мастерские или магазины в рекламе не нуждались. Они ограничивались скромными вывесками, висевшими на одном и том же месте столетиями. Я прошел мимо сдержанно украшенных витрин магазинчика Папюса, торгующего зачарованными изделиями из кожи, на ходу осмотрел длинную галерею музыкальных инструментов в лавке мастера Медоуза, с легким усилием отвел взгляд от салона «Зеркало» семьи Скотт. Месяц назад мне попалась на глаза книга по магии зеркал, вот с тех пор и хожу, облизываюсь. Сложно, но безумно интересно и перспективно.
Нет, артефакторику я не забросил. Возня с пилками, лобзиками, деревяшками, клеем и прочим служит мне чем-то вроде релаксации, позволяя отключить мозги. В жизни хватает напрягов, надо же как-то расслабляться. Поэтому и книги скупал, и материалы, и у мастеров не считал зазорным консультироваться.
— Прошу вас, мистер Блэкуотер, — при виде меня один из владельцев магазина немедленно извлек из-под прилавка большую коробку. — Взгляните — всё по списку.
В коробке лежали бруски дерева двадцати пород и образцы глины. Довольно увесистый заказ, мужчина таскал его с трудом, хотя не производил впечатления слабака.
— Прекрасно, — кивнул я, окинув содержимое быстрым взглядом. Тщательно проверю дома, впрочем, вряд ли меня попробуют обмануть. — Запакуйте обратно.
— Прикажете доставить к вам домой или позвать носильщика?
— Нет необходимости, сам заберу.
Дома у нас Лотарь и бабка, которую иногда заносит, так что лучше самому. А носильщик мне банально не нужен — телекинез намного удобнее, когда с ним освоишься. Хремет устроил однажды тренировку, в течении месяца запрещая пользоваться руками и заставив абсолютно все бытовые действия совершать с помощью личных способностей. Методы у старикана радикальные, но с их эффективностью не поспоришь.
Магазин большой, покупателей двенадцать человек. Даже те, кто не понимают, что означает герб на моём плаще, замечают настороженные взгляды местных и держатся от меня подальше. Однако между собой общаются, и легкое усиление слуха доносит обрывки разговоров:
— …Новгородская республика повысила пошлины. Сибирский кедр теперь идет через Владивосток, цены на него выросли.
— Намного?
— Процентов на двадцать.
— …Особенно хорошо помогает против эпидемий естественного происхождения. У нас часто покупают их те, кто отправляется в Индию или Афганистан.
— Слава богу, мы туда не собираемся.
— …по-прежнему предпочитает свою древнюю самобеглую колесницу.
— Ну, в его возрасте сложно пересаживаться на чадящий бензином автомобиль. Да и признаем откровенно — ход у магических повозок мягче.
— …для детской кроватки подходит не лучшим образом — слишком сильный запах смолы. К тому же, сосна недолговечна. Возьмите лучше из бука.
— Ну, не знаю. Легкий запах хвои, на мой взгляд, скорее, в плюс.
— …Расставлять кувшины следует в особом порядке, неверная расстановка может привести к неприятным последствиям. Консультация мага бесплатно.
— Что скажешь, дорогой?
— Не знаю. Выглядит не надёжно.
— Что же вы хотите? Керамика дешева. Этот комплект предназначен для охотничьих домиков, дач и летних домов.
— …Смотри, какой светильник. Хорошо будет смотреться в гостиной у Шарлотты.
— Ты уверена, что она оценит то, как ты обставляешь её дом?
— Я желаю ей только добра!
— …В общем, сделал предложение Маргарите. Свадьба через месяц.
— Ты что?! Она же лютая ведьма!
— Все они ведьмы. Эта хотя бы честная, не скрывает.
Говорили на двух языках, английском и французском. Постепенно английский становится языком международного общения, заменяя латынь, но до окончательной победы ему далеко. Живущие столетиями маги не видят смысла менять привычки; образованные люди по-прежнему считают французский языком поэзии и учат его в обязательном порядке; бурное развитие имперской промышленности сделало немецкий языком инженеров и техников. Английский предпочтителен для жителей колоний и азиатских стран, вовлеченных в торговлю с Европой, вот там он популярен.
Поместье Священного Дома всегда состоит минимум из двух частей, главной и внешней. Внешней считается та, которая находится в обычном мире, из ценного в ней только склеп с пеплом покойников. Наших мертвецов нельзя держать на Изнанке — рано или поздно они неизбежно найдут способ вырваться, расшатав сдерживающие их заклинания. Зато материальный мир к колдовским методам воздействия менее чувствителен, свободной энергии меньше, и она почти всегда спокойно течет, а не буйствует яростным потоком. Поэтому здесь мертвые спят.
Если их не будить.
Основная жизнь поместья проходит в расположенной на Изнанке части. Там библиотека, тренировочные залы, храм, основные жилые комнаты членов Дома — словом, всё необходимое. Некоторые обитатели поместья отсюда веками не вылезают. Разве что птичник устроен наверху, потому что в главной части обычные животные дохнут, и стадо коз обычно пасется тоже в реальном мире.
У меня свободного времени почти нет, оно уходит либо на занятия с наставниками, либо на выполнение обязанностей представителя Дома. Тех самых обязанностей, которыми должен заниматься Лотарь и на которые он забил. Но так как я, во-первых, несовершеннолетний, во-вторых, маг начинающий, то сделать могу далеко не всё. Хремет ситуацию понимает, скрипит призрачными зубами и форсирует программу обучения, чтобы вывести меня на минимально допустимый уровень. Отсюда дикие напряги с тренировками. Иногда я сутками не вылезаю из ритуального зала, на практике осваивая то, что сверстникам начнут показывать лет через десять.
Даже с сестрой поиграть времени нет. Она, правда, ещё совсем маленькая, четырех лет нет, но болтает, вопросы задаёт, носится по поместью, сшибая вазы и пугая расквашенным носом приставленного к ней лара. После обеда у неё тихий час, чего это она в главном доме делает?
— Привет, — подхватил я Мерри на руки. — Куда бежишь?