Единственная для Цербера (СИ)
Любимый муж: Буду у тебя вечером. Приеду с Давидом, чтобы вы могли увидеться. Сейчас немного занят.
Я улыбнулась сообщению и почувствовала, как внутри разливается приятное тепло от одной мысли, что совсем скоро я увижу и Тимура и своего сыночка. О том, где сейчас муж и какие именно проблемы ему приходится решать, я старалась не думать. Надеялась, что Тимур окажется справедливым и не сделает ничего, что может навредить ему и нашей семье.
К вечеру я заскучала, вставать мне нельзя было, делать, кроме как играть на телефоне, не было что. Тимур пришел, когда уже стемнело. Появился на пороге с Давидом на руках. Сын был одет в теплый салатовый комбинезон, а Тимур в тонкий пуловер. Я засмотрелась на своих мужчин и улыбнулась, когда малыш потянул ко мне свои пухленькие ручки. Мне можно было сидеть, поэтому я быстренько села, а Тимур усадил малыша мне на руки.
Я тут же его поцеловала, обняла и не могла отпустить. За прошедшее время думала, что больше не увижу его, что так и не смогу поцеловать и обнять, но вот сын рядом со мной, любимый мужчина тоже.
— Как твои дела? — мягко спросил Тимур.
— Хорошо, — я улыбнулась. — Нельзя ходить, вставать, сказали только сидеть, лежать и спать, — не могла сдержать эмоций, настолько они переполняли меня.
— Так и делай. Мы будем приезжать несколько раз в день с Давидом. Сегодня к тебе рвалась и мама, но я оставил ее дома. Приедет завтра, тебе нужно отдохнуть.
Я благодарно улыбнулась. Хоть мы с Дани и поладили, но пока я не очень хотела видеть ее рядом, потому что единственные по-настоящему дорогие мне люди здесь, рядом со мной.
— Тимур, что…
Я хотела спросить, что случилось с тем, кто меня похитил, что они сделали, но муж прервал меня.
— Не переживай, вы в полной безопасности.
— Вы… — не могла даже произнести того, что появилось у меня в мыслях.
— Нет, он жив. Его ждет тюрьма за похищение и не только.
— Неужели? — я запнулась. — Неужели все будет так просто?
Я не могла поверить тому, что нас оставят, так просто позволят жить дальше, ведь этот Бешеный был непростым мужчиной.
— Нет, все будет непросто, Аня. Мы с тобой останемся здесь. По крайней мере на некоторое время точно. В Россию мы пока вернуться не можем.
— А в будущем? — я даже думать не хотела, что никогда не смогу вернуться туда, где родилась и выросла.
К тому же, я очень сильно скучала по Оле и Димке. Он наверняка уже вырос, вытянулся и забыл тетю Аню, но я бы хотела его увидеть. Вручить, как прежде, игрушку, сесть с ним посреди гостинной и играть. Я соскучилась по нему, пускай не так, как по Давиду или Тимуру, но он тоже был дорогим мне человечком, как и подружка.
— Я постараюсь сделать все возможное, чтобы мы вернулись поскорее, Аня, — Тимур взял меня за руку, крепко сжал ее и ободряюще улыбнулся.
Я ему верила, своему мужу, который стал для меня настоящим счастьем, мужчиной, которого я полюбила, пожалуй, больше жизни и для которого готова была рожать не одного ребенка.
— Как ваши отношения с отцом? — решила спросить, потому что знала, что Тимур не приемлет отца, не очень горит желанием с ним общаться.
— Я благодарен ему за то, что он защитил тебя и сына, но едва ты поправишься, мы вернемся в другой дом. Мама уже там и сегодня мы с Давидом поедем туда. Я все еще не могу находится рядом с тем, кто испоганил жизнь не только моей матери, но и мне.
— А что с Зеки? — мне было интересно, что произошло.
— Зеки жив и здоров. Сейчас, наверное, уже со своей матерью и сыном, — Тимур улыбнулся. — Я верю, что он скоро вернется к нам, но ему так же, как и мне, нужно время, чтобы побыть со своей семьей.
— А ты… ты не думал предложить ему жить где-то неподалеку и освободить от постоянной необходимости быть рядом с тобой, ведь мальчик растет без отца.
Я не хотела лезть в отношения двоих мужчин, но чувствовала, что должна спросить. Зеки, все же, слишком много сделал не только для меня, но и для Тимура. Он до последнего его защищал и не предал бы никогда, если бы под угрозой не была жизнь сына. Я очень надеялась, что между ними больше не будет недосказанностей и что Тимур прекратит требовать постоянного пребывания Зеки рядом, ведь тот заслужил личную жизнь отдельно.
— Думал, Аня и скорее всего так и поступлю. Зеки действительно нужна свобода от меня, а он нужен сыну.
Тимур улыбнулся, когда Давид потянулся ручкой к моему лицу, а я не могла поверить в изменения, которые произошли с мужем. То ли он многое в жизни переосмыслил, то ли произошло что-то, что заставило его по-другому взглянуть на окружающий мир, но он прекратил быть жестоким диктатором.
Я засмеялась, когда Давид уперся лобиком мне в подбородок и что-то пролепетал по своему, обняла малыша и поцеловала в пухленькую розовую щечку. Он рос не по дням, а по часам. С каждым мгновением он становился взрослее, смышленее, учился чему-то новому и удивлял нас своими новыми навыками. Я не знала, сколько мне придется пробыть здесь, но не хотелось бы упустить важные моменты в развитии сына, я нуждалась в том, чтобы присматривать за ним, чтобы быть рядом.
— Тимур, а врач не говорил, сколько мне придется здесь быть? — я хотела знать, потому что просто не представляла, как буду сидеть здесь месяц, или же два.
— Столько, сколько нужно будет, — резко отчеканил муж. — За Давида не переживай, с ним буду я и мама.
— Я тоже хочу быть рядом. Он ведь так растет, — растерянно произнесла я. — Смотри, чему он научился, пока меня не было, — Давид сидел и с сосредоточенным видом хлопал в ладошки.
Тимур удивленно уставился на сына, а на мои глаза навернулись слезы. Я не хотела пропустить ни единой доли того, что происходило с ним, а чем дольше я буду здесь, тем больше я упущу и не увижу.
— Я спрошу у врача, сможешь ли ты лежать дома. Как только закончишь курс, теоретически, тебя могут отпустить, но только с условием соблюдения постельного режима.
— Конечно, — я тут же энергично закивала. — Ты только поговори, пожалуйста, с доктором.
Тимур с сыном пробыли у меня где-то час, после чего Давид стал капризничать. Видимо, уже хотел спать. Муж поцеловал меня, я обняла малыша напоследок и помахала им рукой, сказав, что не буду ни в коем случае плакать, но сама так и не смогла сдержать нескольких слезинок, скатившихся по моим щекам.
Глава 41
Тимур
С Бешеным будет разбираться полиция. Тимур долго думал о наказании, думал, что лучше сделать, но в итоге решил, что расквитаться с ним самостоятельно будет слишком просто, а вот сделать так, чтобы он гнил в тюрьме — справедливое наказание. Ко всему прочему следовала и конфискация имущества, то есть после отсидки он больше не сможет вернуться к правлению, да и вряд ли у него получится выйти. Слишком много врагов он может встретить на зоне.
Вернувшись домой с сыном, он застал волнующуюся мать, которая ходила взад вперед, не находя себе места.
— Ну что там? Как Аня? Как малыш? — тут же затараторила мама, едва Тимур появился на пороге.
— Все в порядке, — он передал малыша маме и ободряюще улыбнулся, чтобы поддержать ее. — Аню скоро выпишут.
— А с… — Дани запнулась, неуверенно глядя на сына.
— С Денисом тоже все в порядке, успокойся, мама, я никого не собирался убивать. Он сядет.
Тимур произнес это с такой уверенностью, что Дани не могла не поверить ему. Женщина лишь улыбнулась, но осталась при своем. Она хотела, чтобы Тимур, наконец, поговорил с отцом и решил с ним разногласия, но даже сейчас, когда Эмир спас его сына, он не спешил этого делать. Вместо всего он забрал и ее и сына и перевез их в другой дом, чтобы ни на день не оставаться рядом с отцом.