Разлом (СИ)

В очередной раз удивился отточенным навыкам этого тела и переключил внимание на вождя, предпринявшего попытку скрыться. Догнать его особого труда не составило. Ещё меньше сил мне понадобилось, чтобы ленивое тело, по всему не принимавшее никогда участия в сражениях, взять в захват и приставать наточенное лезвие топора к горлу.
Я громко свистнул, привлекая внимание остатков Блоррохов, пятящихся к домам. На мгновение воины обеих сторон замерли, внимая моим словам.
— Вот он, смотрите! Ваш вождь. Бросил вас и попытался сбежать, как последняя крыса. А вы жизни отдаёте ради него! Отступитесь. Довольно лить братскую кровь. Вы можете уйти свободными или остаться с нами.
Они недоверчиво переглянулись, мол с чего бы вдруг такая щедрость, и с осторожностью, как-то выжидательно покосились на своего лидера. Чего они ожидали я не знаю, но сохранять жизнь подлому трусу в мои планы не входило. И я, глядя в глаза воинам, сильнее надавил лезвием на горло, обрывая жизнь их вождя. Бездыханное тело постепенно обмякло и скатилось к моим ногам.
— Он ответил за свои дела. Теперь вы сами должны решить, какой путь избрать.
Бойцы обвели взглядом буйных, тяжело дышащих берсерков, окруживших их с трёх сторон, ненадолго задержались на застывшем маской лице предводителя, и бросили оружие к ногам, сдаваясь. Решение правильное. Рациональное.
— Теперь мы должны присягнуть тебе? — недовольно пророкотал один из воинов, смахнувший с лица тонкую струйку пота.
— Вы мне ничего не должны. Желаете уйти — уходите сейчас, а ежели с нами решите остаться, то даже не помышляйте о месте, иначе закончите, как он.
Я указал на тело, распластавшееся на земле и, встретившись взглядом с Бруни, кивнул, отвечая на немой вопрос: «пощадим?».
Берсерки интуитивно уловив настрой своего командира, сменили напряженную стойку на расслабленную и отошли от предполагаемых врагов.
— У нас есть дела поважнее, — пояснил я Бруни, поравнявшемуся со мной плечо к плечу. — Нашим нужна помощь.
Момент, когда они успели мне стать «нашими» я пропустил. Но и размышлять над этим долго не стал. Приютили, накормили, дали кров. На добро нужно отвечать добром, а на зло справедливостью.
В близи истерзанные тела «соплеменников» казались ещё ужаснее. Мы стали отвязывать их руки и ноги от брёвен, ловя обессиленные тела в воздухе. В стороне толпились чумазые селяне, исподлобья волком следящие за нами. Радости на их лицах я не заметил, но все же одна из женщин предложила разместить раненых в ее доме. Единственная из нескольких десятков. Да, Кельвару доверие придётся заслужить, а иначе не жить ему в этой деревне.
— Друг, знал бы ты, как я рад видеть тебя, — еле шевеля губами признался Аголон, опираясь на мои плечи и хромая в сторону импровизированного лазарета.
— Не трать силы попросту… друг…
Через четверть часа все раненые были уложены в ряд. Алариэль вместе с женщиной, вызвавшейся помогать, промывала и обрабатывала раны, бинтовала и хлопотала по обустройству лазарета. Пока берсерки разбивали временные палаты, я представил Бруни вождя Волдрекков. Кельвар выглядел не лучше остальных, но старался делать вид, будто с ним все в порядке и лечить его незачем. Только, когда Алариэль подошла к его настилу, он долго держал женщину за руку о чем-то вкрадчиво рассказывая. И был весьма не прочь, чтобы ведунья осмотрела его раны. У его постели она задержалась дольше всего, и уходила за чистой водой с пылающими огнём щеками. Я, конечно, не дурак, примерно представляю, что он ей там нашёптывал. Просто интересно, какие отношения их связывают? Насчёт неё не знаю, а вот он проявляет явную заинтересованность. Проводив женщину взглядом и дождавшись аудиенции, мы с Бруни подошли к ярлу.
— Кельвар, этого воина зовут Бруни. Он командующий наёмниками, южанин, берсерк и сильнейший воин из всех, что мне приходилось видеть.
— Вы подоспели вовремя. Рад, что моим друзьям удалось уговорить вас помочь нам.
— Полагаю, сейчас не самое подходящее время, чтобы обсуждать детали нашего договора, — деловито заметил южанин, не обратив внимания на благодарности ярла. — Золота хватит ещё на несколько дней, потом, если мы не достигнем нового соглашения, я и мои воины вернёмся в Эдихард. Так что поправляйтесь, вождь, — расставил все точки над «и» Бруни, распрямился во весь рост и вышел из дома.
 
Я хотел было отправиться за ним, но Кельвар схватил меня за запястье, останавливая и заставляя наклониться ближе к нему. Он взял меня за грудки, скомкав ткань рубахи в кулаке, и принялся отчитывать:
— Твои выходки мне начинают докучать…, - грозно цедил он слова. — Я не знаю чего ты добиваешься, но у тебя ничего не получится! Чем ты думал, когда оставлял в живых Блоррохов, ммм? Это что за самоуправство?! Кто разрешил тебе, принимать решения без моего ведома?!
Я брезгливо отцепил его пальцы от своей рубахи, высвобождаясь и отсчитывая до десяти. Не взорваться бы от его беспардонности.
— А у кого я должен был спрашивать разрешения? — процедил я в ответ, копируя его яростную интонацию.
— Я здесь главный! Я решаю, кому жить, а кому умирать! Их всех нужно было перерезать!
— Ты в своём уме? А что если ты не договоришься с наёмниками? Что если не сможешь предложить им ничего по-настоящему ценного и они уйдут? С кем ты тогда останешься?! Три калеки в два ряда? Вас даже эти селяне вилами забьют, я уже не говорю о врагах посерьёзнее.
— А так Блоррохи порежут нас, пока мы спим!
— Ну так, не спи, — посоветовал я ярлу и под аккомпанемент не менее яростных проклятий в свой адрес, вышел. Что ж так сложно с ним общий язык находить. Дёрганный какой-то, неуравновешенный.
Нужно найти Алариэль. Пусть уже отправляет меня на испытание… какого-то там… Разлома. Мне не терпится уже узнать, почему я все-таки здесь застрял.
 Глава 8. 
Глава 8.
«Если вы не знаете, куда идёте,
то, вероятнее всего, придёте не туда»
Лоуренс Питер
Алариэль, ожидаемо, я отыскал хлопотавшую у варгов. Она что-то тихонько причитала, внимательно осматривая каждого. Волки в этой бойне пострадали меньше всего и рядом с ведуньей выглядели довольными, резвящимися щенками. Подвывали и поскуливали, приветственно виляя хвостами и тычась гигантскими мордами в улыбающуюся женщину. За все время, что мы провели в пути, мне не удалось остаться с ней один на один и узнать об успехах похода за ее магическими примочками. Так что я испытывал легкое волнение, сокращая расстояние между нами. А вдруг она не нашла то, что искала? План «Б» по возвращению домой у меня отсутствовал, ввиду неординарности ситуации и откровенного логического тупика.
— Любопытная у тебя связь с животными. Это как-то связано с…?
— Тшшш, — моментально зашипела женщина, оглядываясь по сторонам. Волков мое появление напрягло. Они опустили хвосты и настороженно прижали острые уши к голове. — Говори тише. Повсюду лишние уши, — пояснила она, продолжая трепать лохматую шею своего варга.
Я как бы невзначай оглянулся и заметил селян, напряжённо следящих за нами, но отчаянно делающих вид, будто они заняты своими делами. Кто-то колол дрова, кто-то распутывал рыболовные сети, кто-то потрошил дичь, но все они, так или иначе, нет-нет, да кидали в нашу сторону косые взгляды.
— Я хочу пройти испытание… Ты нашла то, что искала? — понизив голос практически до шёпота, спросил у ведуньи.
— Не терпится вернуться домой? — хмыкнула она и оторвала влюблённый взгляд от своего питомца.
— Можно и так сказать. Это место не для меня. Я здесь чужой.
Она встала, отряхивая платье от белёсой шерсти волка, и подошла ко мне.
— Ты должен понимать, что Разлом не терпит слабых. Если ты делаешь ему вызов, будь готов держать удар. А если не выдержишь, то там и останешься. Навсегда.
— Других же вариантов нет, да? Только так я узнаю, почему попал сюда?
Она долго глядела мне в глаза с непроницаемой маской на лице, а затем заговорила: