Лидия. Головная боль академии. Книга 2 (СИ)

Помните, я говорила, что моё сердце пока не разбито? Так вот, «пока не» можно зачеркнуть.
Эдриан посмотрел на меня, как на таракана-русака, обнаруженного на кухонном столе, и бросил, будто прибил:
– Ты чего здесь греешь уши? Скройся с глаз моих! – затем развернулся и вышел из коридора вслед за папулей.
Я прислонилась к стене и принялась успокаивать себя, что ещё не всё потеряно. Не всё ведь? Я для него лишь проблемная адептка, не более, все мои потуги внедриться в его сознание и поселиться в сердце жеребцу под хвост.
Из допросной вышел Карл Дорсет и скрылся в том же направлении, что и папа с Эдрианом.
– Зайди обратно, Лия, – позвал дедуля под личиной весьма похожего на него эльфа.
Я нехотя поплелась, но страха не было, потому что деда Терн с дядей Ардом не станут громко осуждать меня.
– Значит, к этому индивиду у тебя любовь-судьба?
– Угу, – угрюмо кивнула.
– Вот теперь я вижу, что ты вся в мать! – заключил деда и насмешливо посмотрел на своего старшего брата, дядю Арда. – Скажи, да?
– Определённо есть сходство, – подтвердил Его Императорское Величество.
– В чём сходство-то? – не выдержала я.
– Обе устраиваете мезальянс! – хохотнул дядя. – Всю репутацию императорскому роду попортили. Законов на вас не хватает!
– Но ты всё же лучше. Ректор академии, да ещё и военный... Дикий, правда, но это поправимо, – просиял деда. – Твоя мать вообще подыхающего бродяжку из канавы в дом притащила и женила его на себе. Так что ты ещё молодец.
– Че-е-его-о-о? – мне кажется, я попала в какой-то сюр. Ещё пять часов назад у меня были неплохие шансы умереть в камере смерти, а теперь творится какая-то чертовщина. Что за бред я тут выслушиваю?
Может, я умерла, и это всё агония умирающего мозга? Похоже на то.
– Чего-чего, – вздохнул дедуля, – напасть у вашего рода такая – влюбляться в проблемных мужчин, и чем хуже, тем лучше. Если бы мы с Ардом не вернули твоего папашу с того света по прихоти Домми (я считаю, что гуманнее было отпустить его в мир иной), то тебя бы, ещё одной ходячей проблемы, не было.
Не успела я бурно возмутиться, как в допросную влетел папа в своём истинном облике и мужской одежде.
– О, мы как раз о тебе говорили, – усмехнулся дедуля.
Но папе было плевать, он смотрел исключительно на меня.
– Ли-и-иди-и-ия... – сквозь зубы прошипел мой родитель.
– Прежде чем ты меня отчитаешь, знай: это мог быть последний секс в моей жизни, и я ни о чём не жалею!
– Это не повод выставлять себя легкодоступной девкой! – папа был зол.
– Моё тело – моё дело. Спасибо за участие, конечно, но я как-нибудь сама разберусь! – мне отчаянно захотелось убежать и прореветься где-нибудь в тёмном углу.
– Он не эльф, Лия! Твои действия только оттолкнут его от тебя. Далеко не каждый способен простить ложь, тем более после спектакля, который мы тут устроили!
– Надеюсь он не заразил тебя тьмой во время поцелуя? – участливо поинтересовалась я.
– Эу, – поморщился дедуля. – Открой мне ауру, я просканирую.
– Я в порядке.
– И всё же я настаиваю! – с дедой лучше не спорить.
Пока папулю сканировали, он продолжил:
– Ты не можешь вести себя как попало, Лия. Сама подумай, какие тебе сейчас отношения? Ты капризная девчонка во взрослом теле!
Дядя Ард с дедой Терном согласно молчали.
– И как же я, по-твоему, должна была поступить?
– Отучиться в академии и завязать с ним общение уже после окончания. Сейчас ты слишком юна и импульсивна, у тебя впереди долгая жизнь. Куда ты торопишься взрослеть?
– А ты не думал, что для меня эти пять лет превратятся в каторгу? Я уже запечатлена на нём, значит, сейчас самое время для отношений.
– Не такую каторгу, как если бы ты жила без надежды увидеть объект своего обожания, – покачал головой папа.
– Не хочу ждать!
– Что ж, Лия, это твоя жизнь. Но как ты думаешь, почему я даю тебе советы?
– Потому что считаешь, что твой опыт поможет мне.
– Да, Лия. Любовь-судьба – это дар богини. Но дар этот легко потерять, – папа посмотрел на Терна.
– Твой отец прав, Лидия, – высказался дедуля. – Богиня устраивает адские проверки силы чувств. Иногда испытания смертельны. Я тоже советую тебе подождать.
 
Я слышала историю деды Терна и бабушки Беатрис. Бабулю когда-то полюбили сразу два эльфа, и у обоих была любовь-судьба. Первому принцесса Беатрис ответила взаимностью, но вскоре их разлучили, и спустя двадцать лет, уже после гибели её возлюбленного, бабушку спас принц Тернариэль. Далеко не сразу бабуля полюбила дедулю, но сейчас у них всё хорошо. Зато эта история печально кончилась для первого бабушкиного возлюбленного.
Папа прав: импульсивность может оставить меня с разбитым корытом. Но и стать не собой я не могу, мне хочется, чтобы Эдриан полюбил именно меня.
Что ж, для начала устраним Дию, с которой он изменил мне. И горько, и смешно: изменил мне со мной же. Затем выжду время, хоть это и будет непросто. Эдриану надо остыть, осознать, что Дии больше нет в его жизни, и тогда я буду тут как тут.
– Лидия, я надеюсь, ты не планируешь привязать его к себе ребёнком? – озвучил папа самый глупый вопрос на свете.
– Нет, папа. В ближайшем будущем дети мне не нужны, – ответила ему, с трудом вынырнув из размышлений.
– Насколько ближайшем?
– Лет двадцать точно. Карьера непревзойдённого зельевара – вот моё детище.
– Двадцать лет?!
Я уже не слушала.
Папа, увидев, что я ушла в себя, перестал меня допекать и повёл за руку к выходу.
– Стойте! – окликнул деда с пиджаком в руке. – Лидия, передай это своему ректору, он забыл на спинке стула, – и протянул мне чёрную форменную вещь.
Пришлось кивнуть, хотя получить новую порцию негатива от любимого мужчины мне хотелось меньше всего. Завтра я обязательно оклемаюсь, буду бодра и весела, но сейчас... Прореветься бы, да некогда. Доклад Фенеку к завтрашнему дню ещё готовить, тезисы эти, будь они неладны.
Как только я оказалась в академии, ноги сами понесли меня в кабинет господина Дарса. И плевать, что меня в плечо толкнула Шиара, явно заметившая, чей пиджак я несу. Плевать, что кто-то обозвал меня подстилкой ректора.
Я шла, как на казнь.
На стук в дверь никто не ответил, хотя секретарь ректора сообщила, что тот на месте.
Приоткрыла дверь, заглянула...
– Я же просил убраться с глаз моих! – злобно крикнули мне.
– Простите, вы забыли в допросной пиджак, – я вошла и повесила вещь на вешалку у входа.
– Будьте добры как можно реже попадаться мне. Для вашего же блага.
У меня не вышло даже промычать в ответ. В горле встал ком и всё рос, рос, рос...
В коридоре, стоило отойти на несколько метров, меня накрыла истерика, тихая, ведь она не напоказ, и мне не хотелось бы, чтобы кто-то застал меня в таком состоянии.
«Розочка? Ты можешь прийти? – мысленно позвала я, и спустя пару секунд паучиха постучала мне невидимой лапкой по плечу. – Доставь меня в комнату?»
Ещё несколько мгновений – и рыдай сколько хочешь, подушка всё стерпит.
Из нашего с Кэт обиталища я вышла прежней Лией, сделала в библиотеке доклад для Фенека, отработала свою повинность в зале для поединков и уснула сном мертвеца, не забыв на этот раз артефакт.
***
Эдриан Дарс
Отчаяние и муки совести не давали сосредоточиться на работе. Первым его наградила Диа, красноречиво показав, что их секс ночью был для неё лишь мимолётной забавой, и она не хочет иметь с ним ничего общего. Неужели он был так плох ночью? Или переусердствовал? А может, у неё дурные ассоциации, связанные с камерой смерти? Почему? Почему Диа не желает его больше знать?
Совесть изъедала его по поводу Лии, ведь он незаслуженно выплеснул на девчонку свой негатив. Благодаря её фамильярам Эдриан и Диа не замёрзли во льдах. Они живы! Но вместо благодарности адептка удостоилась грубости. Влюблённая в него адептка. Надо бы попросить прощения.
Когда Лия вышла из его кабинета, Эдриан включил экран следилки в коридоре и увидел, как девушка прислонилась к стене и закрыла рукой нижнюю часть лица. Сначала Эдриану показалось, что эта оторва смеётся, но вскоре понял: её плечи сотрясаются от рыданий, настоящих, не наигранных.