Время перемен (ЛП)
— Угу.
— Посмотри на меня, — приказал он жестко. Я подняла голову. Он изучал мое пылающее лицо, прежде чем сказать: — Тебе не за что извиняться, ты была под воздействием… — он улыбнулся, — лекарства от кашля.
— Значит, у меня все еще есть работа?
— Почему каждый раз, когда что-то происходит, ты думаешь, что я тебя уволю?
Пожав плечами, я пробормотала:
— Не знаю. — Наконец, мой путь к спасению был найден, двери лифта открылись. Я быстро шагнула внутрь. Повернулась, чтобы оглянуться, и увидела Грейсона, наблюдающего за мной с ухмылкой на лице.
— Спасибо, что терпели меня прошлой ночью. — Я улыбнулась.
Когда двери начали закрываться, я уловила взглядом его кивающий подбородок, как раз перед тем, как они закрылись до конца.
— О, Боже, — произнесла я и задохнулась.
Что только что произошло? Что имела в виду Гарпия? Почему Грейсон был так мил со мной в своей требовательной, манящей манере?
Он извинился.
Черт возьми, это означало, что и я должна его простить, что также означало, что с этого момента мне не стоило избегать его в квартире.
Ну, может быть, я стану слишком занятой, чтобы меньше бродить по дому.
Может быть, я могла бы заняться новым хобби — кормить уток.
Глава 14
Спустя неделю с небольшим вся болезнь, слава Богу, ушла. Не было ни единого шанса, что я приму еще одну дозу лекарства от кашля. Никогда. Даже если бы от этого зависела моя жизнь, я бы предпочла качаться и стонать в углу с температурой, а не лазить по горячим мужчинам в неподобающем виде. Дилан в итоге заболел, так что мне так и не удалось вцепиться руками в его горло. Однако это не мешало ему досаждать мне, умоляя прийти к нему домой и позаботиться о нем. Будучи хорошим человеком, я, в конце концов, занесла немного супа, пригрозив, что увижу его, когда он будет достаточно здоров для насилия.
Он знал, что я только болтала. Не было ни единого шанса, что я смогла бы повредить хоть один волос на его голове. Дилан помог мне сделать тот важный шаг к обретению себя. К тому же, он не был геем, но несмотря на это, все равно был моим самым близким другом.
Грейсон, конечно же, не болел. Видимо, у него был иммунитет ко всему и вся.
То первое воскресенье, после инцидента с лазанием по нему словно обезьяна, я провела в своей комнате, отдыхала и смотрела DVD. В основном потому, что не хотела брать отгулы на работе. Когда наступил понедельник, а затем прошел без происшествий, напряжение спало с моих плеч. Я была благодарна Грейсону за то, что он вел себя как порядочный человек и не вспоминал о пятничном вечере. Это означало, что остаток недели мог пройти спокойно.
— Миссис Мэйфейр, мне нужны гранки для обложки Итана, — раздался его рокочущий голос по внутренней связи.
Услышав звук открывающихся дверей лифта, я посмотрела в ту сторону и увидела улыбающуюся Анджелию. Она протягивала перед собой папку с документами. Нажав на кнопку, ведущую в кабинет моего босса, я сказала:
— Они только что прибыли. Сейчас их принесу.
Встав со своего места, я поприветствовала Андж.
— Привет.
— Привет, детка. Извини за задержку. Дай мне знать, если он захочет, чтобы я что-то изменила.
Наклонившись, я прошептала:
— Разве не менеджер Итана должен заниматься всем этим?
— Грейсон — его менеджер. Пока Итан не сможет проявить себя, он останется с Грейсоном. Хотя я не думаю, что с Итаном будут какие-то проблемы. На днях я проходила мимо студии звукозаписи, и скажу тебе, голос у этого парня гладкий, как масло. Если бы я не была лесбиянкой, то даже размазала бы его по всему своему…
— Миссис Мэйфейр, — крикнули через дверь кабинета.
Андж подняла брови.
— Фу, не смею тебя задерживать.
— Спасибо. Увидимся за обедом, — сказала я и направилась в кабинет Грейсона. Мои мысли были об Итане и Грейсоне. Занимался ли Грейсон всеми начинающими клиентами или только теми, кто обращался непосредственно к нему, теми, кто просил о переходе? Возможно, Грейсону пришлось заплатить старым музыкальным продюсерам Итана, чтобы переманить его к нам. Это могло объяснить, почему Грейсон лично взялся за Итана. Не то, чтобы Грейсон не контролировал большинство клиентов; в конце концов, у него было последнее слово по большинству вопросов. Однако у всех остальных клиентов были менеджеры из компании.
Положив папку на стол, я замерла, потому что на его столе лежала открытая коробка, а в ней лежал мой ФИОЛЕТОВЫЙ ВИБРАТОР.
Мои испуганные глаза перешли на забавляющиеся глаза Грейсона.
— Думаю, его неправильно адресовали, потому что я его точно не заказывал.
Нет.
Черт, нет.
Неужели автозаполнение меня надуло?
— Эмм… — я нервно рассмеялась. — Я…я… — Я облизала свои сухие губы и снова засмеялась. — Это была шутка для Дилана.
— Правда? — его бровь изогнулась.
Я кивнула и продолжала кивать, пока поднимала коробку, повернулась и направилась обратно к двери.
— Миссис Мэйфейр, — позвал Грейсон.
Повернувшись назад, я пискнула:
— Да?
— Присядьте и скажите мне, что вы думаете об этой песне Итана, пожалуйста. Она называется «Солнечный свет».
Мои плечи подались назад. Я была взволнована и горда тем, что он хотел знать мое мнение о чем-то настолько важном, даже после такого постыдного случая. Как только я села напротив него со своей коробкой — картонной, лежащей у меня на коленях — он что-то нажал на телефоне, и голос Итана зазвучал из динамиков. Единственным инструментом, сопровождавшим его, была гитара.
Я верю, что мы создаем свою судьбу,
В какой-то момент выбирая путь.
Одиночество ли это,
или предначертанная судьба?
То, что нормально для обычного человека,
Не интересовало меня.
Часть меня жаждала
Подарка, который ты мне преподнесла.
С тобой я нахожусь в солнечном свете,
Солнце — это твоя душа.
У меня нет одиноких ночей,
Когда я думаю о тебе.
С тобой я хочу остаться навсегда,
Вместе, как одно целое.
Если бы время могло остановиться,
И озарить светом все мои ночи.
Жизнь, которую я прожил,
Казалась такой рутиной.
Но теперь я точно знаю,
Ты — награда.
Осознание этого не заняло много времени,
Я вновь чувствую себя живым.
Мое сердце выстукивает громкий бит,
Когда ты рядом со мной.
С тобой я нахожусь в солнечном свете,
Солнце — это твоя душа.
У меня нет одиноких ночей,
Когда я думаю о тебе.
С тобой я хочу остаться навсегда,
Вместе, как одно целое.
Если бы время могло остановиться
И озарить светом все мои ночи.
Когда голос стих, я подняла голову и улыбнулась.
— Это так прекрасно.
Он изучал мое лицо.
— Это одна из оригинальных песен Итана. Его старые продюсеры не позволили ему включить ее в альбом.
— Серьезно? Ну, это просто смешно. Женщины будут сходить по ней с ума, и то, как Итан спел ее… Вау. Вы разрешите ему добавить ее?
— Такой талант в его возрасте — редкость. — Он кивнул, скорее себе, чем мне, и посмотрел на свой компьютер. — Песни, которые он предложил, будут в его альбоме.
Я стояла, сжав коробку за спиной, и надеялась, что он забыл о ней, поэтому сказала перед уходом:
— Если они будут похожи на ту, которой вы только что поделились со мной, Итан потрясет мир.