Время перемен (ЛП)

Потянувшись, я откинула одеяло и вылезла из кровати. Еще один плюс выходных в том, что кухня обычно была в моем распоряжении. Грейсон либо уже работал, потому что он никогда не останавливался, либо занимался тем, чем занимаются миллиардеры по выходным. К счастью, моя работа пока не пересекалась с выходными. Он сказал, что нет необходимости в помощнике в субботу и воскресенье. Однако, такое могло случиться и меня могли вызвать, но пока что такого не было.
Кроме того, у него были сотрудники выходного дня. Бизнес никогда не стоял на месте; у него было слишком много важных клиентов, о которых нужно заботиться.
Надев халат, я вышла из своей спальни и отправилась на поиски кофе и бублика. Налив себе кружку, я не могла не думать о предыдущей ночи. Сон был скудным, потому что я не могла осмыслить действия Рэндала и Итана. Я была уверена, что за их внимание боролись многие другие женщины, но они почему-то обратили свое внимание на меня.
Я сделала глоток кофе и положила бублик в тостер.
А еще Грейсон. Мой босс. Он был достаточно мил, чтобы присматривать за мной. Хотя я понятия не имела, почему он заботился обо мне. Честно говоря, я никогда не думала, что буду думать о Грейсоне как о милом человеке, но это было так. Может быть, он считал, что я слишком хорошо справлялась со своей работой, и новые отношения могли создать проблемы с моей работой.
Я не знала.
Однако была благодарна за его действия.
Прежде, чем заняться подготовкой кофеварки, я взяла телефон и нажала на кнопку воспроизведения музыки. Как только зазвучала одна из моих любимых песен, «Girl Crush» группы «Little Big Town», я начала напевать.
Вскоре слова зазвучали, и мне в голову пришла мысль о Грейсоне. Это была злая мысль. Я не должна была думать о человеке, который подписывал чек с моей зарплатой.
Тем не менее, я позволила словам из песни сорваться с моих губ.
Через некоторое время позади меня раздалось громкое горловое дыхание. Крик зародился в глубине моего живота, а затем вырвался из рта. Я повернулась и увидела Грейсона, стоявшего по другую сторону кухонной стойки и смотревшего на меня с поднятой бровью.
Эта его чертова бровь… я хотела бы сбрить эту снисходительную деталь.
И тут, прямо в этот момент, его губы дрогнули.
Взглянув на него, я нажала на «паузу» и указала на него пальцем:
— Ты должен прекратить это делать, иначе однажды я либо описаюсь, либо получу сердечный приступ, и во всем будешь виноват ты.
— У тебя хороший голос, и это единственная песня, которую я хотел бы написать сам или, чтобы это сделали мои авторы.
Я смотрела куда угодно, только не на него.
— Спасибо. Это действительно хорошая песня.
— Ты когда-нибудь думала о том, чтобы петь…
Я рассмеялась.
— Нет. Ни за что и никогда. Мои нервы съедят меня заживо. Я скрытный певец, и хочу, чтобы так оно и оставалось.
Он ухмыльнулся, кивнул и сказал:
— Справедливо.
Когда его взгляд переместился на мою грудь, я посмотрела туда и покраснела. Мой халат распахнулся, и я увидела выпуклость своей груди. Поэтому быстро закрыла его и плотно завязала вокруг себя, повернулась к стойке, чтобы взять свой бублик. Я сместилась в его сторону, туда, где лежали масло и сливочный сыр.
Прочистив горло, я сказала:
— Ты обычно не бываешь здесь по выходным.
— У меня может быть свободное время, Макензи.
Я фыркнула. Подняв взгляд на него, я закатила глаза, а затем вернулась к намазыванию маслом своего бублика.
— Конечно, как скажешь, Грейсон.
— Я не работаю все время, — заявил он, его голос понизился от раздражения.
Я хмыкнула под нос, пока боролась с улыбкой.
— В прошлые выходные я ходил играть в ракетбол.
Сквозь ресницы я подняла на него глаза.
— А кто-нибудь из офиса ходил с тобой? Вы говорили о делах?
— Неважно, кто там был, и о чем мы говорили.
— Хорошо, сэр. — Я рассмеялась, затем откусила кусочек своего завтрака. Жуя, я наклонила голову в сторону и уставилась на него. В этот раз он был не в костюме, а в футболке и джинсах. Как это возможно, что он выглядел еще лучше?
 
— Значит, ты сегодня вообще не пойдешь в офис? — спросила я, проглотив еду.
Он проигнорировал меня, пока не обошел стойку и не взял себе кофе.
— Я не совсем так сказал.
— Ха! — воскликнула я. Он вздохнул, сделал глоток кофе и прислонился бедром к стойке рядом со мной. — Когда у тебя был последний выходной? — Я откусила еще кусочек, потом еще, пока он обдумывал свой ответ, который сказал мне достаточно: он даже не мог вспомнить, когда у него в последний раз был выходной. — Не волнуйся, твоего молчания достаточно. — Я усмехнулась. Он фыркнул в ответ. Затем я добавила: — Не знала, что ты носишь повседневную одежду по выходным.
Он пожал плечами.
— Если нет встречи, то да. — Мы погрузились в комфортное молчание. Я доела свой бублик и кофе, а Грейсон допил свой безвкусный напиток. — Тогда расскажи мне, что нормальный человек делает по выходным? — спросил он.
Улыбнувшись, я ответила:
— Ну, мы с Диланом собираемся пойти в кино, а потом поужинать. А до этого я думала сходить в библиотеку. Уже давно не читала хороших книг. Те, что я читала раньше, Роберт ненавидел. Считал их безвкусными, поэтому я перестала. — Я прикусила нижнюю губу.
— Почему библиотека? Почему не одна из этих штуковин Kindle?
— Мне нравится держать в руках книгу, а не устройство. Скоро нашей жизнью будут править технологии, если уже не правят.
— Почему бы тогда не купить книгу? Думаю, я плачу тебе достаточно, чтобы ты могла позволить себе это.
— О, я куплю. Если действительно полюблю книгу, я куплю ее, чтобы перечитать.
— Ты перечитываешь книгу?
— Да, черт возьми. — Я усмехнулась. — Историю, в которой ты теряешь голову и где чувствуешь то, что чувствуют герои, недостаточно прочитать один раз. Это то, что хочется переживать снова и снова. Любовь, похоть, предательство, потери… все. Хорошая книга может заставить твое сердце биться быстрее, живот стягивать болезненным спазмом, а тело покрываться мурашками. Это то, что человек может испытать, независимо от того, сколько раз ты ее прочитал.
— Ты действительно любишь читать. — Я услышала юмор в его голосе.
Тепло залило мои щеки, пока я шла обратно вокруг стойки к раковине. Взглянула на него краем глаза, прежде чем взять свою тарелку, чтобы ополоснуть ее.
— Прости, иногда меня заносит. Чтение — это то, чем увлекалась моя мама.
— Не извиняйся. Я никогда не встречал никого, кто бы так увлекался чтением.
Кивнув, я включила кран, сполоснула посуду и поставила ее в посудомоечную машину. Мне еще предстояло познакомиться с эльфами, которые убирали дом или делали покупки. Обычно это происходило, когда мы оба были на работе.
— Ты была близка со своей матерью?
Выпрямившись, я повернулась и прижалась спиной к стойке, встретив взгляд Грейсона.
— Да. Она была удивительной. Добрая, умная, красивая.
— Что случилось?
Я перевела взгляд с его лица на пол.
— Рак.
— Рак — это полный отстой.
Улыбнувшись, я снова посмотрела на него.
— Да, это действительно так. Могу я спросить… о твоих родителях? — я знала, что они умерли, но на этом мои знания и заканчивались.
— Они никогда не были настоящими родителями. Они не стоят того, чтобы даже говорить о них.
— Мне жаль.
— Не имеет значения. Правда, это сделало меня тем, кем я являюсь сейчас.
Я дразняще улыбнулась.
— Трудоголик.
Грейсон хохотнул. Мне нравился его смех. Он приятно крутил мой живот. Когда я слышала его, все замирало, и я просто наслаждалась им, запоминала, лелеяла.
— Что-то вроде этого, — признался он. — Какой фильм ты собираешься посмотреть с моим братом?
— Он сказал, что я могу выбрать, и я слышала, что он ненавидит фильмы ужасов. — Я сделала паузу и усмехнулась. — Так что мы собираемся посмотреть один.
Грейсон улыбнулся. Я была так рада, что он пришел на кухню в это утро. Даже если он застал меня за пением и напугал до мокрых штанишек. По крайней мере, я смогла увидеть его ухмылку, улыбку и даже смех.