Между Сциллой и Харибдой (СИ)

Жилищно-бытовые проблемы вынесем за скобки, также, как и практически полное отсутствие доступного по цене ширпотреба – отбивающий всякое желание трудиться.
Зачем зарабатывать деньги, когда как пожрать да пропить – на них ничего невозможно купить?
Темп производства автоматов сдерживали смежники – недопоставки черновых заготовок стволов и ствольных коробок с Ижевского завода, заготовок деревянных лож с Тульского, на которые ещё и накладывались задержки этих поставок, из-за неритмичной работы железнодорожного транспорта… Кроме того, просто катастрофичной была ситуация с инструментом, квалифицированной рабочей силой, с качеством металла…
Да, проще перечислить проблемы, которые отсутствовали!
Ситуация была до того острой, что отправляемые в войска автоматы часто были некомплектны. В частности, не успевали делать к ним штыки.
Кстати, клинкового типа штык к автомату Фёдорова «модели 1923 года», был скоопиратен с германского – от винтовки «Маузер 98К».
– Владимир Григорьевич! А Вам бы не пригодилась броневая сталь для производства автоматов?
– «Броневая сталь»?
– Да, броневая хромоникелевая ижорская сталь со списанных боевых кораблей.
Тот, со всем жаром:
– Пригодилась бы, да где ж её взять?
– Да, есть у меня небольшой запасец – могу с Вами по-братски поделиться, если достигнем консенсуса, как говорится…
Тут меня моя личная жаба, вылезшая из самых тёмных уголков подсознания – за глотку хвать! И я хрипло закончил:
– …Но только для самых ответственных деталей!
Лишние корабли Балтийского флота разбирали и металлом продавали за бесценок за границу, в то время как качество советской стали для промышленности – оставляло желать лучшего.
Даже обыкновенных рельс!
Ох и дебилы…
Увы, но я подоспел к «шапочному разбору» и, мне оставалось лишь кусать локти от осознания упущенной выгоды. С разбираемых на лом линкоров и крейсеров мне достался всего один железнодорожный состав с ижорской корабельной бронёй – перехваченный и перенаправленный в Ульяновск в самый последний момент. Это порядком трёхсот тонн листовой, высококачественной хромо-никелевой стали – толщиной от 1/3 дюйма (8,46 мм) до трёхдюймовой (76, 2 мм).
Её, я берегу пуще зеницы собственного ока и, раздаю в употребление лично – буквально килограммами.
Ещё вот тема:
– Скажите, Владимир Григорьевич, грузы направляемые на ваш завод воруют?
– Воруют, Серафим Фёдорович, ещё как воруют!
Записываю в блокнот
– Хорошо! Группа экспедиторов особого назначения «Вагнер» берёт их под свою защиту.
Поговорили ещё, затем походили по заводским цехам, где я достаточно подробно ознакомился с отдельными операциями по производству автомата Фёдорова и его сборкой в целом.
Ну, что сказать?
Кустарщина – чуть ли не как в какой-нибудь деревенской кузнице!
Всё вручную, всё методом подгонки да притирки «на глазок» изготовленных деталей. Даже, артели «Красного рассвета» – уже стояли на полголовы выше по культуре производства.
Последнее, я констатировал не без гордости!
Посетили «Особое конструкторское бюро», где я познакомился с его Начальником – Василием Васильевичем Дегтярёвым и прообразом его ручного пулемёта «ДП-27».
Простой русский мужик-заклёпочник – практически такой как я, только без образования и компа с «послезнанием». Поговорили с ним «за жизть», за производство, о рыбалке, о погоде, о бабах, анау-мынау…
Сделал для себя вывод и зарубку на память: бывший генерал Фёдоров по части «пробивной силы» – значительно уступает бывшему слесарю Дегтярёву. Хотя – ничего плохого, не хочу сказать про последнего.
Может, в этом причина снятия с производства и вооружения первого в мире автомата – сиречь – штурмовой винтовки?
Короче, мне с этим заводом ещё работать и работать…
– Ну что ж, Владимир Григорьевич, – на прощанье пожимая руку, сказал я Фёдорову, – в самом скором времени ждите делегацию с «Красного рассвета» и «ОПТБ-007». Чем сможем, тем и поможем!
 
* * *
Такая делегация вскоре, лействительно посетила Ковровский оружейный завод, изучила обстановку на месте, ознакомилась с нуждами производства и заключила ряд соглашений о коопериции в производстве отдельных деталей автомата Фёдорова.
Конечно, первым делом – транспорт для заводских нужд. Заводу будет сдано в лизинг около десятка тракторов «Мужик» и продано взаимозачётом около сотни мототелег «УАЗ-404».
При «Отделе главного технического консультанта» «Красного рассвета» – который я официально возглавляю, из молодых – но очень способных парнишек, была не так давно создана «Группа оптимизации труда», которуя наскоро обучил. Это был её первый выезд, в которой было проведено иследование ситуации на заводе и составленны рекомендации – как при существующем положении дел, повысить производительность труда.
Надеюсь, к ним прислушаются.
Кроме того, для рабочих и специалистов будет построен отдельный посёлок из быстросборных «ульяновских домиков», налажены поставки мебели, одежды и ещё кой-какого ширпотреба для стимуляции работников трудиться.
Конечно же, кроме разработки и производства автоматического «Винтореза», у Ковровского оружейного – имеется ещё кой-какая «потенция» по части производства интересных для «Красного рассвета» ништяков.
И я эту возможность не упустил.
На коммерческой ниве тоже успех.
И года не прошло, как эта «скаут-винтовка» стала первым по популярности и третьим по покупаемости охотничьим огнестрелом в Союзе – после «берданки» и гладкоствольной «фроловки».
Насчёт автомата Фёдорова под 9-ти миллиметровый промежуточный патрон, значит…
Сперва заказал на Ковровском оружейном заводе три единицы для испытаний. А там, коль Бог даст – хочу перевооружить «Дивизию особого назначения» (ДОН) при Коллегии ОГПУ СССР, где уже служат Александр Голованов и Михаил Гешефтман, больше известный как Барон.
Ибо, «Винторез», всё же считался охотничьим оружием, а вооружение им постовых милиционеров, инкасаторов, конвоиров и вертухаев – вынужденной мерой.
* * *
Следующей очень важной составляющей моего заплёпкотворчества в тот год, было производство примусов. Этот, не столь уж и, хитрый и всегда пользующий повышенным спросом бытовой агрегат для приготовления и разогрева пищи – одна из артелей производственно-торгового кооператива «Красный рассвет», уже с год как производила.
Рисунок 61. Советский туристический примус "Шмель".
Причём, это были примусы двух типов: обычная производная знаменитой щведской фирмы «Примус» и копия не менее знаменитого советского походного примуса «Шмель» – оснащённого собственной кастрюлей для варки и, заодно – служащей контейнером для хранения-переноски.
У меня в «той жизни» таковой имелся, устройство его на многочисленных рыбалках и последующих ремонтах – изучил так же хорошо, как характер собственной супружницы и, воспроизвести его – для меня было парой пустяков.
Правда люминий мне не светил как Луна – глубоководному обитателю Мариинской впадины, поэтому пришлось обходиться эмалированной жестью…
Надо обязательно рассказать, что примус для хроаборигенов – вещь воистину сакральная!
 
Примерно такой же признак крутизны, как для моих современников – айфон, но более полезный на практике. Недаром, их до сих пор ещё иногда величают не просто «примусами» – а «керосиновыми кухнями шведскими», или же – «керосинокалильными кухнями», а ремонтировать доверяют лишь мастерам высшей квалификации. И недаром же, упоминание про примус – можно встретить практически в любом произведении довоенного периода. Вспомните хотя бы булгаковского Кота Бегемота, или ильфо-петровского Паниковского – воровавшего керосин из примусов на коммунальной кухне.