Всех за любовь ожидает расплата (СИ)

— Что? Что случилось? — спросила она, соскакивая с кровати.
— Мы в центральной больнице приезжай немедленно! — сказал отец, и отключил телефон.
Быстро умывшись и одевшись, вызвала такси.
Зайдя в палату, она увидела сестру. Ханна лежала вся бледная, с забинтованными запястьями. Отец сидел рядом, и гладил её по руке. Джес почувствовала, как сердце болезненно сжалось, а где-то глубоко, мелькнула мысль: "Майк, не сдержал обещание? Она решила из-за этого себя убить?" Ко всему прочему, добавилась ещё и чувство вины.
— Что случилось? — спросила она, вставая возле отца.
— Она попыталась убить себя. — видимо он был шокирован, потому что слова плохо ему давались. — Она сняла номер в отеле на два часа, но не вышла по истечению времени, администратор пошёл проверить, и нашёл её в ванной… — сказал он и судорожно вздохнул.
— Двери что? Были открыты? — спросила она, к девушке начало приходить понимания.
— Твоя сестра в тяжёлом состоянии, а тебя волнует, открыты ли были двери? — спросил отец разозлившись. — Побудь здесь, а я пойду, поговорю с врачом, чтобы ничего не просочилось в прессу.
— Твоя дочь в тяжёлом состоянии, а ты думаешь о своей репутации? — усмехнулась Джес.
— Я спасаю не только свою репутацию, но и её. Если узнают, что у неё есть суицидальные наклонности, она распрощается со сценой. Да и совсем, что касается телевидения. — сказал он, и вышел из палаты. Джес посмотрела на Ханну, и увидев, как подрагивают её веки, села на место, где сидел отец. Её догадки оправдались, и сейчас на место жалости, пришла злость. Она вздохнула, попытавшись успокоиться. Положив ногу, на ногу она сказала.
— Ну и? Долго ещё спящую красавицу изображать будешь? — Ханна открыла глаза, Джес не сдержала нервный смешок. — А я смотрю, твои методы по привлечению внимания становятся лучше, и изощрённые!
— Оставь меня, я не хочу жить… — сказала она хриплым голосом.
— Думаю, что это не так. — Ханна, отвела взгляд от сестры, но та продолжила. — Если бы ты хотела умереть, ты бы сделала всё по-тихому. Наглоталась бы таблеток дома в ванной, там бы тебя точно никто не проверил, ведь я в общаге, папа на деловых встречах. Нашли бы тебя только утром, ну или через день, и это как минимум. Ну, или если не хотела это делать дома, могла бы снять номер не на два часа, а на всю ночь, тоже было бы мало шансов на спасение. Поверь, когда-то я хотела умереть, и перебрала все способы. То, что пыталась сделать ты, не попытка суицида — это дешёвая показуха! Я думаю, этим поступком, ты просто хотела, что-то кому-то показать, или сказать.
— Я ненавижу тебя! — процедила она сквозь зубы, посмотрев сестре в глаза.
— Вау! Прямо откровение века! — засмеялась Джес, слова Ханны, абсолютно не задели её. — А я всё думала, когда ты уже скажешь это!
— Мама, Дэн, Мет и даже Майк они все,… Чем ты лучше меня? Мы ведь одинаковые, так почему…. они все выбирают тебя? — В её глазах отразилась боль и отчаяние. Джес промолчала. — Знаешь, почему я вчера пошла в гостиницу? Я тоже сделала кое-кому долгожданный подарок.
— О чём ты?
— Мет. Вчера, он получил, то чего так желал.
— Мет? — девушка была удивлена — Причём здесь он?
— Видишь ли, Мет любит меня. Я попросила его, чтобы он приударил за тобой, чтобы отвлечь тебя от Майка. Майк видя, что ты с Метом, не стал бы ничего предпринимать. Но это не сработало, и вчера Майк сказал мне, что у нас всё кончено. Тогда я решила отомстить, и тебе и ему…
— Отомстить? Да сколько же ты будешь ещё играть с чувствами любящих людей? — Джес не почувствовала боли услышав, что Мет был с Ханной, лишь жалость. Ей стало жалко парня. — Он ведь должно быть очень сильно тебя любит. Раз согласился на такое. Вот этим мы и отличаемся… ты — Джес покачала головой, и чуть улыбнувшись, добавила. — Мне жаль тебя.
— Не смей жалеть меня! — процедила она. — А ты у нас вся такая белая и пушистая! Знаешь, что меня всегда в тебе бесило? Ты никогда не пыталась соперничать, но у тебя всегда получалось всё лучше меня! Мама никогда не проводила со мной столько времени, сколько с тобой! У неё просто не было времени, ведь она постоянно разбирала те проблемы, которые создавала ты! — по её щекам текли слёзы. — Все парни со школы крутились возле тебя, а ведь ты ничего для этого не делала…
 
— Тебе просто не надо было пытаться соперничать со мной. Не надо было смотреть на то, что делаю я. Надо было просто жить своей жизнью, и быть собой! Да, ты права, я никогда и ни за что не боролась с тобой, потому что думала, что если ты будешь первой, мы сможем быть сёстрами! Но я ошибалась, и ты никогда не успокоишься! — Джес встала со стула. — И ещё! Теперь, я не отступлю, я не уступлю Майка. А ты… если будет время, посмотри на своё отражение в зеркале, и загляни себе в сердце, если найдёшь его! Мет, не заслужил такого. — Джес вышла из палаты.
Майк проснулся рано. Его терзали тревожные чувства ночью, он то и дело набирал её номер, но она так и не подняла трубку. Еле дождавшись пока на часах пробило 9 часов, набрал её номер, к счастью, она тут же подняла трубку.
Джес уже вышла из больницы, когда зазвонил телефон — это был Майк.
— Привет. — Она ответила, сейчас ей просто необходимо было слышать его голос. Джес понимала, что надо рассказать о Ханне, но почему-то боялась.
— Как спалось? — спросил он.
— Спалось? — девушка усмехнулась. — Было бы лучше, если бы кое-кто не звонил каждые пять минут!
— Было бы лучше, если бы кое-кто взял хоть раз трубку! — ответил он. — Ты сейчас где? Пересечёмся?
— Я в больнице. — Ответила она с замиранием сердца.
— Что? Что случилось? — он даже соскочил с кровати.
— Со мной, ничего. — Успокоила она. — А вот Ханна пострадала, она перерезала себе вены.
— Что? С ней всё хорошо?
— Нет, ей больно и тяжело, из-за того, что ты её бросил. — Джес вздохнула. — Всё же мы не должны были…
— Нет! — перебил он. — Это случилось, потому что мы сразу ошиблись. Я хоть и чувствовал, что что-то не так, всё равно продолжал уверять себя, что всё хорошо. Тебе надо было сразу всё рассказать, и не убегать от меня, и от своих чувств. Тогда бы ты не стала встречаться с Метом, и сейчас никому бы не было больно. Мы больше не должны этого допускать, теперь я не отпущу твою руку, но и ты, не отпускай мою.
— Да, наверное, ты прав. Я поговорю с Метом. Позвоню, как только освобожусь, а там и пересечёмся.
— Потом не получится. Я тебе, поэтому и звонил. У меня запись в Америке на 2–3 дня, и я через час уезжаю.
— Уезжаешь? — это было немного неожиданно, но работа есть работа. — Хорошо, мы ждали так долго, подождём ещё немного. — Ответила она. — Да и потом, мне тоже надо работу заканчивать. А ты бы только отвлекал, так что поезжай в свою Америку!
— Эй. Ты чего обиделась?
— Нет. Это работа, какие могут быть обиды!
— Какая у меня понимающая девушка, мне прям, повезло! — улыбнулся он.
— А кто сказал, что я твоя девушка?
— Как это? Я думал…
— Удачи на записи. — Ответила Джес и положила трубку. Покачав головой, улыбнулась, но тут же улыбка спала. Впереди тяжёлый разговор с Метом. И она даже не представляла, как его начать.
Мет всё время набирал номер Елены. Сначала она просто не брала трубку, а затем, было то занято, то она сама скидывала вызов. Сердце болезненно билось в груди: «что если Ханна уже рассказала о том, что произошло? Но почему я не смог сдержаться? Почему не оттолкнул? Я уже и сам запутался в том, что чувствую!» — думал он.
Он абсолютно точно больше не хотел быть с Ханной, хотел быть с Джес, но его вчерашнее помутнение рассудка, он сам не мог объяснить. Ему пришло сообщение от Джес. «Приходи в студию 18» — было написано в сообщении, сердце рухнуло куда-то в пятки, и у него появилось плохое предчувствие.
 
Джес решила, что глупо избегать Мета, и чем дольше она избегает, тем сложнее будет объясниться. Она не позвонила, но написала сообщение, чтобы он пришёл в студию 18. Сердце волнительно билось, она не хотела делать ему больно, учитывая то, как с ним поступила Ханна. Да, она не винила его, и не было обиды или ревности, просто жалость.