Всех за любовь ожидает расплата (СИ)
— Ты меня слышишь вообще? — крикнула Ханна, и он отвлёкся от своих мыслей.
— Что?
— Ты издеваешься? — она провела по волосам рукой — Я не хотела прибегать к такому, но всё же… Я запрещаю тебе подходить к ней! Если я ещё раз тебя увижу рядом с ней, мы расстанемся! — сказала она, внутри всё разрывалось, она решила использовать последнее оружие.
— Да, что с тобой? Не думаешь, что это слишком? — Майк тоже вышел из себя.
— Слишком, это то, как ты смотришь вслед МОЕЙ СЕСТРЕ! И то, что я постоянно вижу вас вместе! Вот что слишком для меня. И если мне суждено снова испытать боль из-за моей сестрицы, то пусть — это будет до того, как ты придёшь и скажешь, что полюбил её. Ещё раз я точно этого не переживу! — по её щекам уже текли слёзы.
— Я не оставлю тебя, слышишь? Я всегда буду рядом, — сказал Майк, сердце сжалось, как только он подумал, что он расстанется с Ханной. Он любит её, и не хочет потерять. Да, он и сам не понимал своих действий в отношении Джес.
— Пообещай.
— Обещаю. — Пообещал он, и был полон решимости выполнить обещание. Да и к тому же Ханна произнесла то, из-за чего он был немного удивлён. Раньше она говорила, что им просто нравился один парень, но теперь он понял, что этот парень раньше встречался с Ханной, но потом ушёл к Джес: «Что случилось потом? Получается, у Джес есть парень? Хотя нет, это вряд ли.», — подумал он, но спрашивать не стал. — Прости, ладно? И перестань плакать, ты же знаешь тебе нельзя, долго сходит краснота, — он провёл рукой по щеке девушки, она перехватила её, и приложила к губам.
— Мне всё равно, важен только ты.
— А для меня только ты, — улыбнулся он и оглядевшись, обнял её. — Ты говорила о том, чтобы побыть вместе?
— Я позвоню, как освобожусь, — улыбнулась она и чмокнув его ушла.
Майк стоял и смотрел ей вслед. «Надо завязывать со всем этим» подумал он «к тому же Ханна права, нет смысла сближаться с Джес, они вроде как враждуют и, если она начала ставить вопрос о разрыве, значит всё действительно серьёзно. Всё заканчивай, оно тебе не нужно!» приказал он себе.
— Доброе утречко! — навстречу Джес шёл Мет, в приподнятом настроении.
— Враньё! — ответила она, пройдя мимо.
— Что так? С самого утра плохое настроение? Давай выпьем кофе?
— Нет спасибо. Я уже. — Он посмотрел ей за спину, и увидел Майка и Ханну.
— Понятно. — улыбнулся он. — Ладно, иди на крышу, я сейчас подойду.
— С чего ты взял, что я сделаю так, как ты просишь?
— Ну, мне же надо долги отдавать. Пожалуйста! М? — он сложил руки, и жалобно посмотрел на девушку. — Или мне сделать, так как вчера сделал Майк? Я могу! — Джес, улыбнувшись, покачала головой.
— Ладно, но не задерживайся, у меня ещё работа, — он кивнул, и ушёл.
Джес направилась к лестнице. «И почему просто не оставить меня, а?» снова задавалась она вопросом.
На крыше было хорошо. Стоял тёплый летний день, приятный ветерок обдувал лицо. Джес смотрела вдаль, думая над музыкой к следующей песни. Внезапно перед глазами возник стаканчик.
— Прости! Напугалась? — спросил Мет, заметив, как девушка вздрогнула.
— Нет. Спасибо, — ответила она, принимая стаканчик с кофе. Кофе пили молча. Джес не о чем было с ним разговаривать, да и если по-честному, она бы предпочла оказаться у себя в студии.
— Можно вопрос? — спросил он. Всё это время Мет думал о том, что сказала Ханна. О том, что надо быть немного напористей, но глядя на неё сейчас. На то, как она устало смотрит в даль, поймал себя на мысли, что не испытывает той же злости, что после рассказа Ханны. Он не знал, как начать разговор, но решил спросить то, что его интересует. — Почему ты ушла из кафе? — Джес посмотрела на него. — Из-за Ханы и Майка?
Джес кивнула и отпивая кофе.
— Но почему? Я думал, что ты и Майк подружились.
— Подружились? Нет, мы не друзья с ним, а то, что ты видел вчера… это было, против моей воли. Я не хочу быть ему другом. — «Да и некому в этой компании» последнюю фразу она произнесла мысленно.
— Но почему? — он был немного удивлён: «Она угрожала Ханне забрать Майка, а теперь избегает его? Как-то подозрительно, или хочет казаться добренькой?» — пронеслось у парня.
— В последнее время, я только и слышу. Почему-то? Почему это? Всех сразу стала интересовать моя личная жизнь, а ведь я ещё даже не звезда! — усмехнулась Джес. — Но я не хочу отвечать на эти вопросы. Ты будешь удовлетворен, если я просто скажу, что не хочу возникновения недоразумения?
— Что это значит?
— Ничего это не значит, просто хватит заваливать меня вопросами. А если интересно…
— Спросить у Ханны. — закончил он за девушку, та кивнула. — Я просто хочу поближе узнать тебя. — Джес почувствовала неловкость за то, что набросилась на него.
— Извини. Просто я планирую не задерживаться в компании, поэтому нет смысла узнавать меня поближе и…
— Можешь съездить кое-куда со мной? — спросил он, перебив её.
— Куда?
— Не могу сказать, точнее хочу оставить это в секрете. — Улыбнулся он, Джес смотрела на него, и он видел, как она хочет отказать, но допустить этого не мог. — Слушай, даже если ты тут ненадолго, думаю, нет ничего страшного, если у тебя появится друг. В дружбе же нет ничего криминального. — он улыбнулся, и Джес сдалась.
— Хорошо. Будем считать, тебе удалось меня заинтересовать.
— Тогда, давай завтра в 10, у заднего входа в компанию.
— Хорошо. — Кивнула она снова и, улыбнувшись, пошла к выходу.
Мет смотрел ей вслед, и был в растерянности. «Может стоить услышать то, что скажет она?» — подумал он. «Хотя наверняка она скажет, что всё то, что сказала Ханна, это не правда, как же узнать…?»
Идя в студию, Джес думала: «наконец можно поработать», но возле кабинета, ожидал ещё один неприятный сюрприз.
— А я смотрю, моя популярность идёт впереди меня. Ещё не дебютировала, а уже очереди поклонников, — сказала она, посмотрев на парня.
— Давай поговорим, без твоего сарказма. Я прекрасно знаю, что сделал тебе больно. И прекрасно понимаю, что заслужил такое обращение, но прошу тебя, давай, хотя пять минут поговорим нормально.
Его щенячий взгляд всегда, был её слабостью.
— Ладно. Пусть сегодня будет день благотворительности. — Вздохнула она. Открыв студию, пропустила его первым. Положила сумку на стул и повернулась к нему. — Слушаю.
— Я хочу спросить.
— И почему я не удивлена? Такое ощущение, что я играю в игру "сто вопросов"!
— Ты, правда, всё забыла? Правда ничего не чувствуешь ко мне? — этот вопрос мучил его с того времени, как он увидел её в коридоре. Не мог ни на чём сосредоточиться, всё время вспыхивали образы прошлого.
— А ты сомневаешься? — спросила она, несмотря на него.
— Да, сомневаюсь. Потому что чувствовал, как ты дрожала, когда я поцеловал тебя. Вижу, как ты отводишь взгляд сейчас. Да брось, ты же не умеешь врать. Посмотри мне в глаза, и скажи это, скажи так же как тогда в студии звукозаписей. Только скажи без злости, а с безразличием. — Он и сделал шаг к девушке. Джес посмотрела на него и, видя его взгляд, решилась.
— Да, ты прав. Воспоминания о тех днях, всё ещё царапают мне сердце. Боль, что ты мне причинил, всё ещё время от времени отзывается эхом во всём теле. Ты прав, когда я тебя увидела, я разозлилась, но не на тебя, а на себя. За то, что, увидев тебя спустя долгое время, снова вспомнила всё, что было. Но знаешь, в одном я не врала. Время, оно и правда лечит. И сейчас я, наверное, даже благодарна. Ведь именно ты, показал мне, насколько хрупким может быть счастье, и насколько подлыми могут быть близкие люди. "Ничто не вечно под луной", раньше я думала это просто слова песни. Ты доказал, что это не просто слова — это реальность…
— Джес… Я…
— Ты спросил, так дай ответить. — Она посмотрела ему в глаза. — Мы сейчас часто видимся, и по кое-каким обстоятельствам так будет ещё полгода. Поэтому я хочу, встретив тебя в коридоре просто улыбнуться, и знать, что мы вместе закрыли ту дверь.