Со второго взгляда (ЛП)

Я собирался попросить его больше так не делать, потому что у меня есть Ларри, и в любом случае, если у него больное горло, то не стоит распространять микробы, но тут снова увидел Ларри на лестнице. Я широко ему улыбнулся.
- Эй, Ларри, - сказал я. - Я закончил. Рен уже уходит.
У Ларри было раздраженное выражение лица, так что я подумал, наверно, сегодня он снова разговаривал с доктором Хардвиком.
- Отлично. Ужин готов, - сказал он и поджал губы, наблюдая, как одевается Рен. Рен больше не пытался меня поцеловать.
Мы спустились с чердака и поужинали. Ларри приготовил ризотто, но оно немного пригорело. Обычно он готовит лучше. Я подумал, что у него и правда выдался плохой день на работе.
- Тебе надо было подождать, когда я приготовлю, - сказал я.
Ларри выдавил улыбку.
- Не хотел тебя прерывать. Судя по тому, что я успел увидеть, ты был очень занят Реном.
- Ага, - сказал я. - Задница у него довольно интересная.
После этого он не сказал ни слова.
Выпив чая, мы пошли смотреть телевизор. По одному из спутниковых каналов шел бокс. Обычно мы обнявшись сидим на диване, но похоже, этим вечером Ларри не хотел обниматься. Так что мы сидели в разных концах дивана. Мне это очень не нравилось, но я знаю, что некоторым людям нужно пространство, поэтому ничего не сказал. Хотя обычно Ларри не нужно было пространство. Когда началась реклама, Ларри фыркнул и сказал:
- Я пошел спать.
Я взял пульт и собрался выключить телевизор, но он сказал:
- Нет-нет, ты оставайся и досматривай бой.
Короче, я так и сделал, но обычного удовольствия это мне не доставило.
Когда я добрался до кровати, Ларри, кажется, уже спал, поэтому я не пытался его обнять. Я же знал, что у него был тяжелый день. Так что я улегся, но уснуть не мог и разбудить его не хотел, когда у меня начнут дергаться ноги(5), поэтому спустился вниз и включил телевизор. От этого стало еще хуже, так что я спустился в подвал и повыколачивал дерьмо из боксерской груши, а потом вернулся и заснул на диване.
Проснулся утром я все так же лежа на диване. Ларри уже был одет. Он носился вокруг и что-то бормотал, будто опаздывал на работу, из кухни пахло подгоревшими тостами.
Я попытался поймать его и поцеловать, но он не дался.
- Диван удобнее, да? – спросил он. Его голос был немного похож на тот, которым он говорит о докторе Хардвике.
- Да не особо, - сказал я. – У меня затекла шея.
Я потер ее и зевнул. Обычно, когда у меня затекает шея, Ларри массирует ее, но кажется, ему было не до этого.
- Увидимся вечером, - сказал он и вышел за дверь. Мне стало грустно, потому что с тех пор как он вернулся вчера с работы мы толком не разговаривали, не прикасались, не трахались и вообще ничего не делали. Но я знаю, что у него очень важная работа и он тяжело трудится.
Я надеялся, что день у него пройдет получше, и все снова станет нормально, когда он придет домой. Но он был все таким же тихим, когда вернулся к ужину. Я приготовил пасту, но он съел совсем немного. А потом сказал, что ему надо идти на собрание, и что мне не стоит его ждать.
Я все равно ждал его, но на причале выдался очень оживленный день, и я уснул на диване. Не знаю, когда Ларри вернулся домой, потому что он меня не разбудил. Я проснулся в шесть утра и залез в кровать, но Ларри сразу уснул снова, так что мне не хотелось его будить.
Когда он и в четверг продолжал молчать, не позволяя к себе прикасаться, до меня дошло, что и правда что-то случилось. Что-то плохое. Я попытался понять, что именно, но, кажется, у меня не очень хорошо это получается. Я собрался уже спросить у Ларри, но позвонила его мама. Она всегда звонит по четвергам, потому что обычно вечером четверга я с Филом и Дазом хожу в бар, но в этот четверг мне не хотелось никуда идти.
Не знаю, о чем они говорили, потому что он ушел на кухню и закрыл дверь, но не думаю, что она его ободряла и все такое. Он стал еще тише, когда вышел с кухни. Мне хотелось сказать ему что-нибудь такое, от чего ему станет лучше, но в этом я тоже не очень хорош. Я никогда не мог придумать, что надо сказать. Так что я попытался его обнять, но он не позволил.
 
Я не мог этого выносить, поэтому все-таки пошел в бар. Фил уже был там с Лианн из «Лидл», но они сильно поссорились и снова расстались. Даз рассказал, что Фил узнал, что она ему изменяет. Не понимаю, как люди могут так поступать. Ты либо хочешь быть с кем-то, либо нет.
А потом я подумал, а что если они не хотят быть с тобой?
Видимо, после этого я слегка переборщил с выпивкой, потому что почувствовал раздражение, когда пришел домой. Я знал, что Ларри уже спит, поэтому снова завалился спать на диван. Кажется, я слегка нашумел, придя домой, потому что мне показалось, что Ларри вышел ко мне в халате. А может, мне это просто приснилось, ведь если бы он вышел, то попросил бы меня лечь в кровать? Но он не попросил, просто нахмурился, так что я подумал, что это просто был сон.
В пятницу утром Ларри ушел раньше, чем я проснулся. Мне было очень плохо. Не только из-за похмелья. Мне очень хотелось что-нибудь разгромить, и это напугало меня, потому что такого со мной никогда не случалось. Работа немного помогла, ведь у меня было чем заняться, но мой босс продолжал говорить мне, чтобы я прекратил делать такую страшную рожу, потому что это вредит бизнесу.
Когда я пришел домой, то вспомнил, что сегодня должен прийти Рен. Мне не хотелось ни писать, ни рисовать, вообще ничего делать, но потом я подумал, может, я нарисую что-нибудь очень красивое и снова понравлюсь Ларри. Так что я вплотную занялся этим. Я только положил инструмент, как ко мне подошел Рен. Я подумал, что он хочет взять одежду, но нет. Он так и оставался голым.
- Можно посмотреть? – спросил он.
- Неа, - сказал я. – Не хочу, чтобы кто-то видел, пока я не закончу.
Рен улыбнулся.
- Я мог бы тебя отблагодарить.
Я задумался, потому что мне показалось, что он хочет заплатить мне, чтобы увидеть картину, и это было очень странно, ведь я платил ему за то, чтобы он позировал, и подумал, что отдать такую сумму тяжело, а потом он снова меня поцеловал.
До этого момента я не осознавал, как соскучился по поцелуям. Мы с Ларри постоянно целовались, а в последнее время не целовались совсем. Поцелуй был приятным, и кажется, я на него ответил.
А потом вспомнил про Фила, расстроенного из-за того, что Лианн из «Лидл» ему изменяла, и подумал, что Ларри тоже расстроится, и мне снова захотелось что-нибудь разбить. Я оттолкнул Рена. Но оттолкнул мягко, потому что не хотел сделать ему больно.
Тогда я увидел, что Ларри стоит на лестнице. Я подумал, что он, должно быть, звал меня, когда зашел в дом. У него было такое лицо, что у меня перехватило горло.
- Дай угадаю, - тихо сказал он. Голос был такой, будто у него тоже болело горло. – Все совсем не так, как выглядит.
Я задумался. Должно быть, выглядело это так, будто я целовал голого Рена. Так что я ничего не сказал, потому что так оно и было.
- Я… Мне надо идти, - сказал Ларри, и я услышал, как он сбежал по лестнице.
Что-то щелкнуло у меня в голове, и я сделал шаг вперед.
Глаза у Рена стали огромными, и он попятился.
- Эй, спокойнее, ладно? Смотри, я ухожу, - он схватил свою одежду и стал натягивать на себя. Кажется, он не заметил, что надел футболку наизнанку. – Платить не надо, ладно? Это за мой счет. Выход найду сам.
Он схватил ботинки и босиком побежал по лестнице. Я услышал, как быстро захлопнулась входная дверь, он, наверное, выскочил из дома, так и не обувшись.
Я сел на пол и взглянул на картину с Реном. Всего на секунду мне захотелось выкинуть ее в окно, но я подумал, что там может проходить Ларри. Так что я просто спустился вниз и стал ждать, когда Ларри придет домой.
Ждал я долго. Уже было намного позднее того времени, когда Ларри обычно возвращается с работы. Не знаю, сколько я так просидел, потому что заснул на диване, а Ларри так и не пришел.