Женщина зверя (СИ)
— Это безопасно? — хрипло спрашиваю.
Спасти мужа, но подвергнуть опасности сына. Ситуация, когда нельзя выбрать меньшее из зол.
— Я справлюсь. — не дает слова врачу. Слава стоит напротив меня полный решимости. Взгляд голубых глаз смотрят прямо в души.
— Слава, нет. — перебиваю сына.
— Я не могу больше смотреть, как ты страдаешь. Я должен что-то сделать! — настаивает сын, смотрит упрямо, — Если мы не спасём папу, я потеряю и тебя.
И столько боли отразилось в его глазах. Ему всего ничего, а сколько уже пережил. Не выдерживаю, переключая внимание на друзей. Может кто-то из них подойдёт для донора? На немой вопрос сразу отвергли:
— У нас разные группы крови. — как-то горько сообщил Джо.
— На сколько это безопасно? — повторяю свой вопрос врачу.
— Пациент и донор всегда будут под присмотром. Если что-то пойдёт не так, мы закончим процедуру.
Я обезоружена. Мне остаётся только согласиться. Борислав уже всё для себя решил и я вряд ли смогу его отговорить. Весь в отца. Упёртый.
Врач начал все подготавливать, я подписала соглашение на донора несовершеннолетнего и всё началось. Сына уложили на мою кровать, что стоит рядом с постелью Саши. Их обоих подключили к аппаратам и подсоединили трубками. Ужасная картина. Двое самых любимых лежат на медицинских койках, повсюду аппараты и капельницы.
Нас всех выставили в коридор. Я металась как зверь в клетке. Не могла стоять на месте. Опять вспомнила все молитвы и бормотала себе под нос. Джо и Джей выглядели не лучше. За этой дверью не просто их друг, а брат. И племянник. Их обоих они любят не меньше, чем я.
Мне страшно. Очень. Я будто вернулась в прошлое, где каждый момент был напитан страхом и кровью. Каждый раз вздрагивала и много плакала. Тогда я ещё была молодой девочкой, что была не готова к войне и сложностям жизни.
Прошло столько лет, я держалась как могла. Стойко стояла рядом с любимым, сражалась на ровне. Боролась, чтобы моя семья, наконец, зажила счастливо и с улыбкой на лице.
Но сейчас всё вернулось. Страх. Паника. И смерть близких. Я вновь должна хоронить — свою дочь. А в России опять начались конфликты, даже Джей с Джо мало чем помогли. Братья опять готовятся к бою.
А я больше не могу. Не хочу больше видеть смерть в своей жизни. Бояться кого-то ещё потерять. Сейчас мой любимый мужчина и сын за дверью, а я не знаю что будет дальше. Молюсь, чтобы муж выжил, а Слава был в порядке.
Я не знаю сколько времени прошло. Потеряла счёт. Но врач вышел с весьма положительными результатами. Переливание прошло отлично, донор чувствует себя хорошо. Меня в палату не пустили. И друзья забрали меня домой. Вручили снотворное и велели спать.
Мне снился сон. Мы все вместе сидим в нашем доме и отмечаем день рождение нашей красавицы. Ей исполнилось три года. Вокруг только семья. Приехали родители, братья. Праздник в кругу семьи. Весёлый и напитан счастьем. Детки так ярко смеются, бегают друг за другом. Рядом Саша, нежно обнимающий меня за талию. Яркие вспышки того прекрасного дня вновь и вновь воспроизводились в голове картинками.
Проснулась ранним утром. Сил значительно прибавилось. Это хорошо. Не стала ждать ни минуты. Приняла освежающий душ, привела себя в порядок. Но внешний вид у меня не очень. За месяц с небольшим я сильно исхудала. Появились мешки под глазами, щеки впали, а глаза больше не горят. В них отражается только боль. От той Анастасии Громовой, что смеялась на празднике ничего не осталось.
Я не стала ждать мужчин. Попросила одного из волков отвезти меня в больницу. Мне необходимо увидеть сына и мужа. Самых любимых моих мужчин. Перед этим зашла к врачу. Молодой волк отчитался, всё хорошо. Показатели пациента значительно улучшилось. Хорошие новости. Даже улыбаться захотелось.
В палате было тихо. Аккуратно зашла. Врач не соврал. Саша даже выглядит лучше. Уже не такой бледный и пульс более слышимый. Сынок же лежит на боку и смотрит на отца. Точно так же пролежала и я, в ожидании чуда.
— Как ты себя чувствуешь? — подхожу ближе, целуя макушку ребёнка.
— Замечательно. Организм быстро восстановился.
Мы улыбнулись друг другу. Я присела рядом, на край кровати. Руки сами потянулись в шевелюру сына. Слегка навела шороху, что теперь волосы торчат во все стороны. Массаж головы одно из любимых процедур Славы. И сейчас он приблизился ближе, отдавая себя под мои руки.
— Не хочу верить, что её больше нет. Волк не принимает это, отвергает.
— Я понимаю, милый. Сама ещё не приняла этот факт. — горько улыбнулась, — Жизнь слишком жестока.
Сердце опять сдавило. Сгоревший дом стоит перед глазами, а вокруг только запах гари и смерти. Врагу не пожелаешь подобное пережить.
— Мы найдём кто это сделал, и он ответит за это. Смерть Миры я не прощу никому. — серьёзно проговаривает Слава, поднимая на меня глаза.
Ему только четырнадцать, а глаза взрослого мужчины. Наш сын с детства обладает сильным характером. Рос не по годам. С малых лет серьёзный и рассудительный. Веселился он только в обществе своей маленькой звёздочки. Когда уехали, он перестал дурачиться. Серьёзный всегда и везде, а улыбается только нам — родителям.
— Я поговорил с Джо, он берёт меня с собой обучать военному делу. Мне нужна подготовка.
Замираю на месте. Волнение накрыло с головой. Не уверена, что готова отпустить сына на такое.
— Милый, но ведь ты и так обучен. — осторожно шепчу. Саша не забывал про тренировки сына. С шести лет Слава учится контролю и обороне. Отец его воспитывает, как и положено воспитывать альфу.
— Этого недостаточно. Я должен быть сильнее, чтобы защищать свою семью. — Борислав слегка улыбается мне, обнимает крепко. — Я люблю тебя, мам. Очень сильно. И должен уметь защищать тех, кого люблю.
— И я люблю тебя, милый. Мой сильный мужчина.
Целую любимые щечки, а сама начинаю дико переживать. Знаю, какие учения проводит Джо. Это какая-то дорога на выживание и молодняк спокойно зарабатывает серьёзные травмы. Не готова я пока отпускать на такое своего ребёнка. Переживать буду, нервный тик начнётся. Но зная характер сына, мои уговоры мало чем помогут. Только поссоримся, а он все равно сделает, как считает нужным.
— Меня тоже поцелуй, — раздается слабый, чуть хриплый голос.
— Саша! — с радостью поднимаюсь на ноги. Подбегаю к постели мужа. — Ты пришёл в себя.
Касаюсь его ладони, наконец, ощущая тепло. Сердце ликует радостно. Улыбаюсь сквозь слёзы. Спасибо тебе, Господи!
Глава десятая
Глаза бегают по лицу любимого. Внутри меня всё переворачивает от радости и счастья. Сердце, наконец, разжимается. Я столько времени боялась дышать, боялась, что всё закончится. Но сейчас, глядя в глаза любимого мужа во мне растёт твёрдое убеждение: Громов не сдаётся. Он встанет на ноги и враги пожалеют, что решили действовать так подло.
— О чём говорил сын? — голос ещё хрипит, звучит как шёпот. — В чью смерть он не верит?
Растерянно перевожу взгляд на Славу. Стоит рядом со мной и тоже смотрит на меня. Мы оба понимаем, что новости ужасны. И нужно подождать, когда Саше станет легче. Нельзя пока ему говорить про пожар. Про смерть дочери.
Слава промолчал на слова отца. Отошёл к окну. А я не знаю, как уйти от этой темы. Саша слишком хорошо меня чувствует. Поймёт, если я что-то скрываю. Потребует незамедлительного ответа. А я не смогу ему ответить.
— Давай поговорим об этом после, — тихо проговариваю, целуя его руку, — Тебе нужно набраться сил, милый. Тебя отравили сильным ядом. Я могла потерять тебя.
Как я и думала, ему мой ответ не понравился. Но спорить не стал. Это даёт мне времени, чтобы подготовиться самой и подготовить его. Смерть Миры я ещё не приняла. Слишком больно понимать, что твоего ребёнка больше нет. Я не смогу просто взять и произнести эти страшные слова. Ужасную правду.
Сын всё время молчал. Я же наоборот рассказывала про наши дела. Про школу сына, про мою работу. Я старалась вести себя, как обычно. Но хмурый взгляд мужа говорил о моем провале. Хоть он ещё и слаб, но голова всё ещё на плечах. И нашу связь чувствует, как и эмоции.