Развод (СИ)

— Мне нравится твой напор, — по-блядски улыбается, когда я обхожу машину и сажусь за руль. — Так где, ты говоришь, мой кофе?
Киваю ей на подстаканник и жду, пока жеманно возьмёт один стакан и сделает глоток.
— Вкусный. Где берёшь?
— Рита, ты попросила о встрече, чтобы оценить мой выбор кофе? — перевожу на неё взгляд.
— Да ладно тебе, Гордей, это же просто милая болтовня.
— С чего ты решила, что я склонен мило с тобой болтать? Давай по делу. Что ты мне хотела сказать?
Рита принимает серьёзный вид, даже скорее важный и слегка загадочный.
Ебанутая, прости Господи. Что ещё можно сказать о ней.
— Я хотела поговорить с тобой о твоей жене. Бывшей жене.
Ожидать от неё можно чего угодно, поэтому я напрягаюсь. Конечно, ни одному слову не поверю, но сам факт того, что Рита прицепилась к Ирине, как клещ, настораживает и вызывает обеспокоенность.
— Ну попробуй. Интересно, что нового ты можешь мне о ней рассказать.
— О-о! — расплывается в самодовольном оскале. — Ты удивишься, милый.
Надеюсь, она не услышала, как от злости скрипнули мои зубы. Хотя, пусть и услышала, лучше бы поняла моё отношение к ней.
— Ещё раз назовёшь меня милым, Маргарита, я тебя вытолкну из машины прямо в лужу.
— Ой-ой. Ладно, поняла, — примирительно поднимает руки. — Ещё рано. Но к сути. Скажи, Гордей, ты не замечал в последнее время проблем в бизнесе?
— Рита, давай конкретнее, бизнес — это в принципе деятельность, предполагающая решение проблем и поставленных задач.
— Я о другом, — принимает вид ублюдско-загадочный. — Сорванные поставки, проблемы с подписанием документов у пожарных, допуск от санитарной службы?
Мне кажется, она умеет делать как та вредная репортёрша из Гарри Поттера — превращается в какого-то омерзительного жука, а может в крысу скорее, и шастает-шпионит. Иначе как ещё объяснить её осведомлённость?
Потому что обозначенные ею проблемы действительно имеют место быть. И я их как-то в одну канву даже и связал.
На прошлой неделе перед тематическими днями эко-блюд, когда уже машина поехала на погрузку, внезапно оказалось, что там напутали что-то и отгрузили овощи и фрукты в другую машину. Какую — вопрос. Точнее, чью.
Поставщик очень извинялся, мы же, конечно, нашли, чем заменить, но ситуация вышла некрасивая. Пришлось закупить обычные продукты, а ведь тематический день позиционировался иначе. Подобные ситуации могут нехорошо повлиять на репутацию.
С пожаркой тоже пришлось повозиться. С ними всегда непросто, но в этот раз прям какой-то капец был. Инспектор цеплялся к каждой мелочи. Затребовал даже все пустые баллоны огнеупорной пены, которой мы обрабатывали кровлю. Все до единого. Сроки годности вроде как сверить.
Вопрос мы, конечно, решили, но проволочки отняли много времени и нервов, а скоро открытие нового филиала.
В общем, Рита что-то знает.
— И что ты этим хочешь сказать? — смотрю на неё, пытаясь понять, будет правду говорить или собирается изворачиваться. Не просто же так, по душевной доброте, она решила мне тайны поведать.
— А ты не догадываешься? — вздёргивает брови. — Так сложно сложить два и два, Гордей?
— Просвети, уж будь добра.
— Давай на пальцах: кто твой заядлый конкурент? Саб. Кто сейчас работает на Саба? М? Кто в курсе всей твоей подноготной? Ну большинства вопросов точно?
Как же хочется вцепиться этой блядище прямо в горло.
— Хочешь сказать, моя жена сливает Сабурову информацию? — усмехаюсь, чтобы отвлечься от желания расплющить сучку.
— Твоя бывшая жена, Гордеюшка. Бы-вша-я. Ты как дитя малое — наивный такой. Сам подумай, поразмысли. У Иры ведь и пароли могут быть от твоей рабочей почты. Да мало ли вообще что!
Я ей не верю. Подтасовывает факты — не более того. Ирина не такая, ни за что подобным не стала бы заниматься.
— Смотри, — говорит она и суёт под нос мне фотку на экране своего смартфона. — Узнаёшь?
На фото Сабуров сидит за столиком в кафе с мужиком средних лет, в котором я узнаю того самого инспектора пожарки Бажанова, который знатно потрепал мне нервы. Он по гражданке, но его свиное рыло я хорошенько запомнил.
 
— И что? — перевожу взгляд на Риту, которую аж распирает от удовольствия. — Каким образом это должно указывать на Ирину?
— А таким, что Сабуров не мог знать, кто именно будет инспектировать твои объекты. Инспекторы работают не по территориальным участкам. И вот, присмотрись.
Она растягивает пальцами фотку и на спинке дивана рядом с Сабуровым указывает на светло-серое пальто. Женское. Такое же, как у Иры.
— Она была там с ними. Ты правда думаешь, что это совпадение?
Рита — лживая тварь, умеющая извернуть всё так, что ты начинаешь ей верить. И я это прекрасно знаю. Но… в груди становится жарко. Нехорошее чувство расползается под кожей, зудящее.
— А зачем это тебе нужно, Рита? — смотрю на неё внимательно. — Ну пусть бы и так. Тебе какой прок?
Она меняется в лице. Я уже видел у неё такое выражение. Хорошо в память врезалось.
— Разве ты не понимаешь? — шепчет горячо и исступлённо, сжимая ладони, как дешёвая актриса. — Гордей, я столько лет ждала. Не лезла в твои отношения, смирилась с тем, что ты любишь другую. Но все эти годы я продолжала тебя любить. Я не могу… не могу смотреть, как она тебя обманывает! Подставляет! Я хорошо её изучила. Ирина — настоящая стерва! Она на многое способна, поверь. Не удивлюсь, если она скоро и к дочери тебя не подпустит, к твоей малышке, к Викусе… Ох!
Моё терпение не выдерживает. Перед глазами от этого грязного потока лжи застилает красной пеленой, а в башке будто взрывается резервуар с ненавистью и презрением к этой дряни.
— Слушай меня сюда внимательно, сучка, — хватаю её сзади за волосы и сжимаю. Не сильно, но Маргарита тихо вскрикивает и тут же притихает с расширенными глазами. — Ещё раз я услышу из твоего грязного рта имя моей дочери, я тебя по стене размажу. Я не шучу. Что бы не происходило между мною и моей женой — тебя это не касается. Никаким боком. Вообще. Ты поняла?
— Угу, — тихо блеет в ответ.
— Точно поняла? — смотрю в её лживые глаза с пластмассовым взглядом.
— Поняла, Гордей, поняла, — шипит в ответ. — Пусти уже!
Убираю руку, а потом тянусь и открываю дверь машины.
— Чтобы я тебя в пределах трёх километров от моей семьи не видел. А теперь пошла отсюда.
Рита почти вываливается из моей машины, а я едва сдерживаюсь, чтобы не помочь ей. Пнуть бы хорошенько под зад.
Спрашивается, как она могла мне раньше нравится? Как можно было любить эту пластиковую куклу с осиным ульем вместо души?
Я ведь другу боль причинил из-за неё. Но сказать, что сожалею — не могу. Потому что тогда бы Ира была его.
При имени Ирины внутри снова саднит. Печёт. Языкатая змея яд сомнений мне под кожу пустила. Ирина бы никогда не предала меня. Не верю я Рите, не хочу.
Но… пишу сообщение Лизе с просьбой проверить за последний месяц сколько раз и с каких IP входили в мою рабочую электронную почту.
Glava 33
Ирина
Сегодня очередная встреча с Сабуровым. Они стали даваться мне всё сложнее и сложнее. Пробовала перевести наше деловое общение в онлайн по большей части, но он не сильно ведётся.
— Давай, я приеду, и ты всё объяснишь, — отвечает в очередной раз, когда я предлагаю переслать ему материалы на почту, а он с правками потом обратно. — Мне вот эти письма туда-сюда — неудобно.
— Можно не на почту, а через мессенджер, так коммуникация будет быстрее.
— Для меня лучше всего очная коммуникация, Ир.
— Конечно, как тебе удобно, — отвечаю ему, сжав зубы, по телефону.
Мне не нравится, как он смотрит каждый раз, когда приезжает. Будто сожрать готов. Ни словом, ни делом — никак не проявляет чего-то недопустимого. Но я чувствую, что начинаю задыхаться в его присутствии. Воздух будто густым становится, когда он рядом — не вдохнуть нормально, рёбра будто в тугом корсете стянуты.