Нихилени (СИ)

— Глупость какая.
— Глупость не глупость, а так вышло. Возможно, к лучшему, — Красавица внезапно поднялась на ноги и прошла к кровати. Повозившись в туалетном столике, она достала продолговатый свёрток и перекинула его Ан.
— Лови.
Ан качнулась на стуле и схватила предмет. Развернув тряпочку, она обнаружила внутри охотничий нож в потёртых кожаных ножнах. Ножны были самодельные и очень неказистые
— Помнишь?
Она узнала этот нож. Не сразу, но узнала. Ан сама его сделала, далеко не с первого раза и чужой помощью. А вот ножны с накладками и тиснением — сама. Своими руками. Ан вспомнила свой резак с желтой рукояткой и старое шило, подаренное Рем. Она же показала Ан, как работать с кожей.
Отец, Рем, бедняга Кел, дядя Первенец, все эти имена-не имена давно стали чем-то далёким, и одновременно очень дорогим. Ан взяла нож в руки и достала его из ножен. Отец носил его с собой под курткой. Вот дополнительные петли, чтобы ножны можно было закрепить на подкладке, вот ещё один слой обмотки на рукояти, чтобы нож лучше лежал в огромной отцовской ладони. Вот следы от точильного камня. Лезвие когда-то было другой формы, но папа много пользовался её подарком. Ведь Ан так старалась, чтобы ему было удобно.
— Откуда он у тебя?
— Нашла на руинах дома.
— Не ври, пожалуйста.
— Ну хорошо. Остался от твоего отца. Оружие у него, сама понимаешь, папа забрал. А после всего, когда я уходила из нашего дома, я взяла его с собой на память о тебе, — Красавица медленно подошла к кровати и встала, опустив руки. Ан положила ножны на стол и взвесила клинок. Потом положила его рядом и взяла в руки бокал с остатками вина, но пить не стала.
— Если тебе интересно, я хранила твою брошь дома. И надела на выпускной. Твой подарок был мне дорог.
— Спасибо, — Красавица нагнулась вперёд.
Ан ждала этого движения. Сестрёнка была всегда слишком умной, слишком предусмотрительной, и чтобы надеяться только на яд, и чтобы не понять, что Ан слишком уж бодра для смертельно отравленной. Пистолет лежал под шалью на кровати. Красавица откинула ткань и подняла оружие. Её движения были спокойными и уверенными. Сестрёнка, милая сестрёнка предусмотрела всё. Почти всё.
Бокал с вином был тяжелым и очень удобно ложился в руку. В детстве Ан мечтала о таких. Чтобы у них был дом, чтобы была своя собака, чтобы у неё было красивое платье, оранжевое, как тыква, только как у принцессы, и такие бокалы, похожие на кубки. Ан мечтаал, чтобы они жили в замке принцессы, чтобы всё было красивым, как в сказке, чтобы у них была охренеть какая большая паннель, больше, чем у Келла, чтобы под ней стояли все игровые приставки, какие есть, и чтобы не она всем завидовала, а все — ей.
Ан метнула кубок, ещё когда пальцы сестры не сомкнулись на рукояти пистолета. Когда конец шали выскользнул из её пальцев и опал, а оружие только начало подъём, бокал уже преодолел большую часть расстояния между ними.
Тяжелый кусок хрусталя ударил прямо в лоб сестре. Голова Красавицы запрокинулась назад. Она выронила пистолет и упала на колени, потом на пол. Ан схватила нож и в три прыжка оказалась у сестры.
Красавица была из крепкого теста, для каких бы целей старик её не создал. Она успела открыть глаза и увидеть нож. Тонкие руки вцепились в запястье Ан. Маленький ротик с розовыми губами открылся, чтобы закричать, но Ан резко свободной рукой ударила её в горло. Хватка на руке ослабла. Она попыталась ударить ещё раз, но Красавица дёрнулась, выбила из её руки нож и попыталась откатиться в сторону. Ан с рычанием навалилась на неё и ударила лбом в лоб. Перед глазами помутнело и на мгновение ей показалось, что сестра вырвалась. Ан зажмурилась, открыла глаза — и уставилась в мутные лиловые радужки с маленькими зрачками. Красавица извивалась под ней, билась, пыталась кричать и попасть длинными пальцами Ан в глаза. С каждой секундой Ан слабела, а сестра словно набиралась сил.
В какое-то мгновение Красавица вывернулась и почти укусила Ан за нос. Она отшатнулась, и сестрёнка освободила руки. Красавица вцепилась в свисток и беззвучно выдула команду.
 
Ан ударила её по голове, и лицо сестры мягко ударилось об пол.
Дверь в гостиную сестры вздрогнула и распахнулась. Ан не удивилась, увидев коренастую шептунью. Тварь протянула вперёд руки и завалилась на спину под тяжестью вцепившегося ей в загривок Кела. Серая тварь замахала длинными лапами и заплясала на месте. Красавица попыталась ещё раз дунуть в свисток, но Ан выбила ей запястье и ещё раз приложила лицом о пол.
Ан навалилась на Красавицу и прижала её руки к полу. Сестра бешено извивалась и рычала. Чужое хриплое дыхание отдавалось в ушах, и Ан не была уверена, что хрипит не она сама. Извернувшись, Красавица укусила её за плечо. Ан завыла от боли. Красавица дёрнулась и ухмыльнулась окровавленным ртом. Между розовых окровавленных зубов что-то застряло. Ан надавила коленом Красавице на живот, и она охнула, приоткрыв рот. Закашлялась, подавившись и на долю секунды ослабла. Ан перехватила её руки и вцепилась зубами в шею.
На вкус Красавица была солёной.
Ан грызла её шею, шевелила нижней челюстью и пыталась не дать сестре вырваться. Зубы наткнулись на какой-то хрящь, и Ан чуть было не вырвало. Перед глазами на мгновение помутнело. Но сестре хватило этого мгновения. Красавица вырвалась, безумно тараща глаза. Её тело дёргалось с чудовищной силой. Ан скатилась на бок. Красавица, хрипя, вцепилась в её шею длинными пальцами. Она попыталась опрокинуть Ан на спину, но ей под руку попала скамеечка для ног у кресла. Ан огрела её Красавицу по голове и скинула с себя. Она хотела было закричать сдохни, но могла лишь хрипеть. Ан схватила сестру за растрепавшиеся волосы и с силой впечатала её лицо в паркет. Потом ещё, ещё, и ещё, пока сестра не обмякла. Ан кое-как разжала пальцы и села на пол. Потом перевернула сестру на спину. Залитое кровью лицо Красавицы уже не было так безупречно. Ан оглянулась. Нож валялся чуть в стороне от них. Ан поднялась, подобрала его и вернулась к сестре.
Красавица мутными глазами следила за её движениями. Когда Ан присела рядом на колени и замахнулась, она из последних сил подняла руки и схватила её за запястье. Красавица таращилась на неё. На окровавленной шее что-то булькнула.
— Да умри уже, — Ан надавила и, преодолев сопротивление сестры, вогнала нож под ключицу. Что-то хрустнуло. Ан отвела руку сестры и прижала её коленом. Потом ещё раз замахнулась и ударила её в сердце.
Нож вошел глубоко. Ан пошатала его, потом встала. В плече чесалось, и она потрогала кровоточащий укус. Ничего, к утру заживёт.
Красавица лежала у её ног в ореоле лёгкого платья с жалко раскинутыми тонкими ногами. Ан она показалась совсем маленькой, почти девочкой. Как будто она со времён их детства так и не выросла. Маленькая девочка-женщина, больше похожа на куклу.
Серая тварь, почти лишившаяся головы, лежала в гостиной. На ней восседал гордо Кел и гордо тянул грязный от слизи нос в потолок. Шептунья ещё скребла пальцами пол, но жизнь из неё выходила. Ан заметила на пороге гостиной неподвижную фигуру в красном мундире. Кто это? Тот, кто привёл тварь? Успел ли он поднять шум?
— Ну вот зачем, а? — тихо спросила Ан, поправила подол сестры и села рядом на пол. Красавица смотрела в потолок и уже не могла ей ответить.
Ан уткнулась лицом в колени и заплакала.
  
32
 
Перед уходом Ан устроила небольшой пожар. Она хотела только скрыть часть следов убийства, и не надеялась на что-то масштабное. Но красота и цивилизованность замка Красавицы оказались только внешним фальшивым фасадом. Из старого города сюда принесли деревянные полы, ковры, пластиковые панели, мебель и провода — и только. Тушить роскошь ушедшего мира было нечему. Красавица то ли не знала о назначении спрятанных под фальш потолками железных труб, то ли не придала им значения.
Скорее всего не знала, они с дядей никогда не знали таких скучных вещей.
Огонь, не встречая препятствий, радостно сожрал кровать с телом сестры, пронёсся по стенам и полам, и вырвался в коридор. Тела двух слуг сестрицы и одного охранника, задавленных Келом, быстро пропали в дыму.