Змеиный лицей (СИ)
— Ага, твоя дурная мамаша! — не выдержала бабка. — Ей всего-то и надо было, что выйти замуж за Ричарда — и всё, больше от неё ничего не требовалось! А она и тут смогла напортачить! Захотелось ей, понимаешь ли, попутешествовать перед замужеством, мир повидать! И ладно бы, так она умудрилась закрутить роман с каким-то смазливым дикарём! На это тоже плевать, в конце концов, у нас девственной плевры нет, как у людей. Но она же залетела от него! И никому ничего не сказала!
— Да, Лиза совершила ошибку. — согласилась прабабка, останавливая взмахом руки ворчание бабки. — Правнучка, случись такое в любое другое время, тебя бы, с твоими братьями и сёстрами, спокойно приняли бы. Вы бы не стали полноправными членами рода, всё же ты рождена вне брака, но никто не стал бы от вас избавляться. К сожалению, ты родилась в самое неудачное для тебя время.
— Да я чуть с ума не сошла, когда Лизка вдруг вломилась ко мне и заявила, что яйца будет откладывать! — снова влезла бабка. — И не успела она это сказать, как тут же всё началось. А через час у нас на руках было шесть яиц! Надо было как-то это решать, и я решила, как смогла — сказала своему слуге, который умеет держать язык за зубами, отвезти их подальше и спустить в канализацию. А он это понял ну слишком буквально!
— Да, слишком. — прабабка вздохнула, а руки мамы, которые обнимали меня, вздрогнули и напряглись, будто стараясь удержать меня рядом с собой. — Но иного выхода, в принципе, не было. Наша невеста должна быть верной и чистой женой для своего жениха, она не могла быть такой… любвеобильной серпентой, да ещё и с выводком детей неизвестно от кого. Может, Мария поступила излишне радикально, но она защищала интересы роды. Ты должна это понимать, Светлана.
— Должна, но как-то не очень хочется. — насупился я и даже взял мать за руку.
— Что сделано — то сделано. Я поступила, так, как должна была, и любая бы поступила на моём месте так же! — задрала подбородок вверх бабка и сложила руки на груди в замок.
— Честно говоря, мы не думали, что узнаем что-то о тебе. — продолжала прабабка. — Не конкретно о тебе, а о потомстве Лизы вообще. Мы считали, что яйца уничтожены. Или хотя бы таком месте, где они никогда не достигнут зрелого состояния для появления малышей. А потом ты так бурно появилась…
— Ага, ладно бы ты просто в детдоме жила! Но ты смогла свой детдом разогнать, а потом даже проявила магические способности!
— Тут уж Лиза успела отреагировать быстрее нас. — усмехнулась прабабка, и было непонятно, хвалит она так внучку или ругает. — Встретилась с тобой и даже устроила в одну из лучших Академий. Это ещё больше прибавило тебе известности, и ты опять стала опасной — слишком уж ты похожа на свою мать и на нас. Достаточно кому-то просто сопоставить то время, что твоя мать провела в местах обитания мечеспинов и твоё появление, как всё станет очевидным.
— Уверена, какая-нибудь пронырливая журнашлюха даже генетический анализ провести умудрилась бы! — сплюнула бабка. — Мы решили действовать на опережение.
— Твой дядя Роман в нашей семье… хам, можно сказать бунтарь!
От Романа, не проронившего ни слова, послышалось насмешливое фырканье.
— Он фактически игнорирует дела Рода и любит путешествовать, часто не появляясь дома по полгода. — продолжила прабабка, ничуть не смущаясь фырканья. — Так что мы решили представить всё так, что ты — его дочь от мечеспинки, которую он встретил в своих поездках. Этому никто не удивится и никакой особой проблемы это не вызовет — просто ещё один эксцентричный поступок…
— «Паршивой овцы». — закончил я за неё. — Простите, дядя Роман.
— Да не парься, это даже смешно. — улыбнулся мне мужчина.
— Сегодня, после нашей встречи, вы поедите в медцентр, где вам проведут экспресс-анализ ДНК, который покажет, что вы ближайшие родственники. А на выходных Роман даст пресс-конференцию, где признает своё отцовство. Тебя, Светлана, официально признают бастардом нашего рода. И мы очень надеемся, что проблемы с тобой закончатся.
— Получишь свой усечённый герб, отучишься тише воды ниже травы в Академии — и вали куда хочешь! — добавила бабка.
— Что-то такое я тоже слышал в детстве… — со стороны Романа послышался тихий смешок.
— А что с моими опекунами?
— С кем? — удивилась прабабка.
— Со Смирновыми. Они взяли меня под опеку после детдома.
— Естественно, после признания Романом отцовства их опека аннулируется. Можешь с ними и дальше общаться, мы тебе не запрещаем, но юридически они тебе будут никто.
— И что мне придётся делать из-за своего… бастардства? — я не верил, что это прям ничего не повлечёт за собой.
— Как это — что? Ты должна будешь соответствовать своей крови! В дополнение к магии, на выходных будешь приезжать сюда и обучаться родовым техникам высвобождения внутренней силы, никто не должен сказать, что ты слабая и не похожа на нас. А ещё подучись этикету, нам хватает одного бунтаря, если у него ещё и дочка грубиянкой необразованной будет, это уже перебор.
От злости я скрипнул зубами. Почему каждая встреча с этим семейством накидывает ещё и ещё обязанностей и проблем? Мать появилась — меня запихнули в скопище высокомерных аристократических морд, не спрашивая согласия. Бабка с прабабкой явились — и теперь мне даже на выходных покоя не будет, потому что надо соответствовать чему-то там! Чтоб у вас хвосты квадратными стали!
— А что-нибудь приятное? — сдержанно буркнул я.
— А это что — неприятное⁈ — удивилась бабка Маша. — Да за техниками нашего рода в очередь половина серпент континента выстроились бы, а тебя им за просто так научат! И тебе этого мало⁈
— Так как ты станешь частью нашей семьи, то ты можешь рассчитывать на нашу поддержку. В разумных пределах. — заявила прабабка, не очерчивая, правда, этих «разумных пределов». Значит, это вообще по-минимуму будет. — Впрочем, ты так же получишь и всех врагов нашего рода, для которых ты будешь нашим слабым звеном. По их мнению. Так что береги себя, правнуча.
Солидные перспективы. Меня будут их недруги пинать, а помощь будет в «разумных пределах». Обнадёжили так обнадёжили!
— Я поняла. Рассчитывать, как и раньше, можно только на себя!
— Не думай так! — раздался голос матери сверху. — Я не оставлю тебя! Ты моя дочка и всё тут!
— Забудь об этом, дура! — отрезала бабка. — Ты и так уже делов наделала!
Прабабка вздохнула и шлёпнула себя ладошкой по лбу, Роман хмыкнул, а бабка с матерью зло смотрели друг на друга. Видимо, один я тут нормальный. Повезло же мне с семейкой!
— И да, Света. — строго посмотрела на меня прабабка. — Мы посвятили тебя в тайну, но ты обязана её хранить во что бы то ни стало. Никогда и ни при каких обстоятельствах ты не должна её раскрывать! Всё, отправляйтесь с Романом в медцентр, а на выходных тебя заберут на пресс-конференцию.
— Если хочешь, я поеду с тобой! — улыбнулась Лиза.
— Вот же дура! — сразу же отбрила её бабка. — Тебя не должны видеть рядом с ней до признания Романом отцовства, иначе все усилия коту под хвост! Чтоб и чешуйки твоей за порогом дома не было!
— Ладно-ладно, мама, не надо так кричать!
— Поверить не могу, что твоё яйцо я сама и породила…
— Пошли, племяшка. — не обращая внимания на женщин, Роман направился к выходу. Я пополз за ним, а троица женщин проводила нас внимательными взглядами. — Не испугалась такой родни?
— Ну, обстоятельства делают некоторых из них не самыми приятными серпентами… — пожал я плечами. — Но я не уверена, была бы я лучше на их месте.
— Ха-ха-ха! А ты умница! — Роман растрепал мне волосы рукой. — Когда всё успокоится, поверь, они покажут себя с лучшей стороны.
— Даже бабка Маша?
— Даже она. Поверь, она была очень заботливой матерью.
— А почему вы тогда сбегали от семьи?
— Хм. — Роман на несколько секунд задумался. — Наверное, потому что только семьи мне было мало. Но многие в роду посчитали это предательством, вот я и стал «паршивой овцой», как ты метко сказала.