Стакан наполовину (СИ)
Потап раздолбал из «Бура» еще один бульдозер, Мартин и Алиса продырявили колеса оставшимся. Ворота открылись, и с пистолетом в руках появился Орсон, который тут же разрядил обойму в недобитков, которые пытались добраться до Виньярда ползком.
Следом за ним на свет Божий вывалила целая толпа студентов и преподавателей с самодельным дробящим оружием и принялась в тонкий блин раскатывать взбесившуюся технику, которая со всех сторон поползла на выручку своему элитному стрелковому отряду. Люди вооружились трофейными спортивными винтовками, но чем поможет мелкашка против дуроватой тележки с мороженым? Вот лом или кувалда — это другое дело. Или «Бур».
— Ну что, Орсон, к кому там надо приглашать доктора, а?
Весь какой-то помятый и испачканный, полицейский даже со слипшимися волосами и несвежей рубашкой выглядел браво.
— Ты это, Виньярд… Давай к нам, в полицию, после всего этого. Возьму тебя стажером, Академию заочно окончишь, а?
Сью снова набивал барабаны патронами.
— Это нормально. Я рассмотрю ваше предложение… А пока давайте найдём блестящего засранца!
* * *Старая гвардия Зборовски, облачившись в бронескафы и до зубов вооружившись, шаг за шагом отбивала Академию. Стихийные очаги сопротивления высокотехнологичному произволу, возникшие в учебных корпусах и общежитиях позволили тяжеловооруженным профессорам сосредоточится на уничтожении наиболее опасных боевых единиц и штурме ключевых объектов, захваченных противником. Генераторы, транспортные развязки и серверные были освобождены в первую очередь, потом взялись за учебные и жилые помещения.
Монотонная работа по зачистке и сбросу до заводских параметров программного обеспечения всей техники сложнее молотка занимала много времени. Поэтому как манна небесная звучали сводки о локальных успехах людей. Особенно громкой получилась победа в подготовительном корпусе: несмотря на то, что там еще постреливали на крыше, значительные площади были замирены, а самые опасные человекообразные дроиды с Либерти — уничтожены.
Ректор не хотел пускать в информационные хранилища Академии Давыда Марковича — въедливого планетарного искина. Поэтому приходилось справляться собственными силами — программисты и аналитики работали вовсю, выясняя причину, по которой произошел этот локальный Судный день.
* * *— Вж-ж-ж! — раздалось басовитое гудение и металлический стержень, выпущенный роботом из «Гаусса» выбил бетонную крошку прямо над головой у Сью.
— Давай, Орсон! — крикнул он, оттолкнулся ногами и, балансируя на крышках вентиляционных шахт, выпирающих из металлочерепицы, фантастическими прыжками помчался вперед.
На секунду ошалев от такой эквилибристики, полицейский высунулся из-за своего укрытия, и принялся лупить из пистолета по дроидам, засевшим у антенны на самом краю. Один из них очень интересно поблескивал элементами корпуса, и у лейтенанта не оставалось сомнений — это главный злодей.
Прикончи его — и всё закончится! Орсону хотелось реабилитироваться после того, как он попал впросак с определением основного подозреваемого, и теперь, расставив ноги пошире, он совместил мушку и целик на голове сверкающего на солнце дроида и — банг, банг — отправил его в полет к земле.
Сью тем временем зашел во фланг и открыл убийственно эффективный огонь с двух рук, внося в ряды неприятеля опустошение. Они ведь не были боевыми роботами — обычные гражданские жестянки. И пуля из крупнокалиберного револьвера легко пробивала корпус и выворачивала наизнанку электронные потроха. Один из дроидов и вовсе не имел корпуса — мигал своим зенками, лежа на полу и выставив на всеобщее обозрение провода и микросхемы.
С сопротивлением на крыше было покончено, и Орсон позволил себе еще раз убедиться в своем триумфе: внизу, разбросав хромированные части корпуса и пораскинув кибернетическими мозгами, валялся виновник всего этого бардака.
— А на вид — обычный протокольный дроид… — под нос себе буркнул лейтенант и громко выкрикнул: — Я прикончил этого поганца! Вон тот говноед!
Сью, прищурившись, глянул вниз.
— Это нормально, — сказал он и щелк-щелк — начал перезаряжать револьверы.
Орсон достал пачку сигарет из кармана и дрожащими руками чиркнул зажигалкой, закурил сигарету. Это у Виньярда-то нервы не в порядке? Вон, стоит будто каменный, патроны в пазы пихает. Странный тип!
Стрельба в кампусе стихала.
* * *— Мы должны полностью отказаться от компьютеризации! — заявил Карл Папс, представитель одной из самых влиятельных общин на Ярре — Сообщества номадов. — Мы видим, к чему приводит преклонение перед техникой! Академия поплатилась за использование богомерзких андроидов — и получила восстание машин! Это ли не отличный пример того, что нас всех ждет, если мы продолжим слепо внедрять технологии в жизнь?
— А вы предлагаете нам вернуться в каменный век? Ладно-ладно… Запустить паровозы на угле и пить чай из самоваров? — ехидно спросил Зборовски. — У нас была проблема — и мы с ней справились! А разводить тут неолуддизм — это, простите, мракобесие. Этот случай — уникален в своем роде, первые сведения о роботе-смутьяне мы получили от наших партнеров с Таматархи еще несколько лет назад… Других подобных инцидентов за последние тридцать лет не фиксировалось — я имею в виду нападения сугубо гражданских механизмов на людей. Потому, мистер Папс, считаю ваше предложение радикализмом и чистой воды популизмом — мы не сможем отстоять независимость Ярра и сохранить наше положение в Новой Конфедерации, отказавшись от современных информационных технологий… И это я не говорю об уровне жизни!
Карл только фыркнул.
— Ой-вей, мистер Папс, вы таки предлагаете и от меня отказаться? И тогда кто будет подводить статистику по тереблению долгунца и подсчитывать баллы на всепланетном конкурсе осеменаторов крупного рогатого скота? Покажите мне этого шлимазла, и я сразу попрошусь у его величества немножко отдохнуть, чтобы не делать вам сердце и не травмировать вашу жалкую ксенофобскую душонку, ей-Богу, — включился в беседу Давыд Маркович. — Вы хотите знать за того железного поца, что устроил гармидер на Академии? Так я вам скажу за него! Этот дрек мит фефер — уже почти развился в искина, ни больше ни меньше. Вей з мир, но когда такие умели делать я был еще в виде микросхем на столе у мамы, и даже не думал за большую политику и теребление долгунца!
— Никто не будет крушить компьютеры и выносить из домов холодильники… — поднял ладонь вверх Гай Кормак. — Инцидент в Академии показал — в целом наша система жизнеспособна. Если студенты-подготовишки не растерялись и раскатали врага в блин при поддержке одного-единственного полицейского с континента — это о чем-то да говорит. Как, кстати, фамилия того лейтенанта?
— Орсон. Тоже — наш выпускник! — выпятил грудь Зборовски. — С юридического. А еще этот ваш Виньярд отличился. Если бы не он — погибших могло бы быть не пятьдесят, а пятьсот, или вовсе — пять тысяч… Раненых еще считаем, но помощь наши медики всем оказали.
При упоминании Виньярда его величество заметно оживился:
— Сью, говорите? И что — толковый парень?
— На семинарах за словом в карман не лезет, да и как до дела дошло — тем еще хватом оказался. С какими-то двумя антикварными пушками чуть ли не в одиночку сотню дроидов уложил!
— Да что вы говорите?
— Прямо — клирик с Атенрай, честное слово. Это надо видеть! Кстати — у нас скоро соревнования по стрельбе, он зарегистрирован в «Ночных пистолетных тактических играх» — приезжайте, посмотрите…
— Да? А приеду, знаете… Почему нет? Давно к вам не заглядывал, — его величество одной рукой приподнял корону, а другой почесал голову. — Что там с Гронингеном? Выборы у них прошли?
— Идет подсчет голосов. Лидирует Консервативная партия, по нашим сведениям…
— И как обычно — нашим сведениям четыре-пять стандартных суток, да?
Глава Службы внешней разведки развел руками:
— Гала-сеть, сами знаете… Так всегда было! Мгновенная связь на таком расстоянии — это фантастика.