Война без людей (СИ)
— Пусть летит, — Кладышева вполне бодра и энергична, — Хер они что по одиночке в этой темноте увидят! Помните, как эта корова бледная улетела⁈ Она просто не смогла просчитать расстояние между ней и Витькой! У нас всё получится! Витя, давай из города!
— Пальцем покажи, куда! — рычу я, поспешно отдёргиваясь от какой-то мутной зеленой энергии, выползшей из соседнего подъезда. Та пытается догнать, клубясь и пузырясь, но я гораздо быстрее.
Во всяком случае, так думаю первые три секунды. Затем, из облака зеленой хрени вылетает с утробным воплем знакомая блондинка и, ругаясь по-черному, вытягивает вперед руки, создавая две огромных полупрозрачных розовых проекции таких же рук! С корову размером! А затем пуская их в погоню за мной!
Мы орём и убегаем, нам страшно. Самонаводящиеся огромные руки недостаточно страшные, да, только вот они огромные и светятся, что прекрасно заметно с высоты, где у нас, напомню, целая орда враждебных неосапиантов!
Снова начинаются салочки по городу, только теперь групп участников несколько — я, в качестве туманного паровозика, в котором сидят девчонки и очнувшийся Вася, огненный мужик, выдающий яркие и огромные снопы пламени, но, к счастью, довольно тормозной, бешеная блондинка-Антипрогност, пытающаяся нас догнать, но не справляющаяся с инерцией, от чего и бодающая здания одно за другим, её гребаные самонаводящиеся руки, которым, похоже, вообще можно просто цель указать, ну и под занавес, конечно, орда в небе.
А городок, мать его, не кончается и не кончается! Ну как так-то⁈ Это же мелкое поселение должно быть, две улицы, три дома, здесь всё просто и знакомо, так нет же, хер тут плавал и нырял! О, площадь! Какая, в жопу, площадь⁈
— Витяяя!!! — орут хором мои пассажиры, видя, как разделившиеся огромные розовые руки, набирая скорость на чистом пространстве, пытаются взять нас в клещи.
— Тиха! — ору я в ответ, самым пошлым образом капая под собой литров пять слизи. Хорошо просчитанная лужа оказывается ровно под ногой той самой придурошной блондинки, из-за чего она просто королевски поскальзывается, угодив на крайне приличной скорости темечком прямо в трансформаторную подстанцию, мирно стоявшую на краю площади. Удар явно несопоставим с нахождением в сознании, от чего огромные розовые руки гаснут, а позади, на фоне криков и сирен, слышится мужской русский мат. А затем, буквально сразу, еле различимые сухие щелчки выстрелов.
Опа! Милиция!
Я вам рассказывал, что неогены очень не любят огнестрельное оружие? Рассказывал, помню. Напомнить, почему? Оно делает в нас дырки, от которых мы умираем. Даже если «чистому» в голову попасть, у него потери после регенерации слонячьи могут быть в памяти и вообще в соображалке, а уж про обыкновенных неогенов, зависших в воздухе и замечательно демаскирующих себя вспышками — и речи идти не может.
В общем, про нас тут же почти все забыли, чем я и воспользовался, ломанув из города напрямки, то есть переползая через здания. Так было куда как надежнее!
— Давайте на поезд! — бухтела рыжая, — Хотя бы на пути!
— Отставить пути! — внезапно вмешалась наша лысая перебежчица, — Есть идея получше!
— Какая⁈ — поинтересовался я, продолжая лететь в темноте.
— Я слышу вертолеты, — Довлатова была конкретна как кирпич, — Вертолеты летят сюда. Очень быстро отреагировали, понимаете? Значит, рядом есть военная база.
— Понял! — радостно отрапортовал я, тут же начиная выглядывать в темноте вертушки. Делом это было трудным, но стрекочущий звук винтов уже был слышен хорошо, куда лететь было ясно.
— Мы к военным? — уточнила Янлинь, — За помощью?
— Не за помощью, — отрезал я, — За оружием!
— Что⁈
Идея пришла ко мне в голову сразу. Без оружия мы обычные паникующие беглецы, не способные практически ни на что. Даже сама Довлатова способна мало на что с голой задницей, так как особой силой не обладает. Её фишка внезапность, невидимость и дикая уворотливость. Я? Головка от граммофона. В туманной форме просто увертливая мишень, часто огребающая от любого стрелка, в человеческой… всё сложно. Драться по нормальному с неогенами на незнакомой местности, понятия не имея, куда и как тебя унесет от любого прыжка? Не, не моё. А вот с автоматами мы становимся…
…да, самыми настоящими преступниками, но при этом вооруженными и опасными!
Особо опасными!
Через двадцать минут полета мы напоролись на небольшую базу, напоминающую разбуженный муравейник. Офицеры матерились, солдаты грузились в грузовики и БМП. Ленка вынудила меня затаиться неподалеку в сугробе, а сама ломанулась невидимой на разведку. В принципе, уберегла от ошибки… я уже было хотел нестись сгоряча грабить всё подряд, роняя людей в слизь, но тогда бы эпически обделался, поломав нашим выезд в город, где сейчас очень нужны были люди.
Ждать пришлось недолго, минут десять. Появившаяся из ночного воздуха Ленка нырнула в меня, стуча зубами, пожаловалась на мороз, а потом велела лететь туда, куда она будет тыкать пальцем. И начала тыкать. В итоге, по её тычкам, мы совершенно незаметно попали не только на саму базу, но и на склад, где обнаружили бессознательного мужика, заботливо положенного лысой поближе к обогревателю.
— Здесь оружия нет, — зорко заметила поглаживающая по спине блюющего Васю Кладышева.
— Конечно, нет, — Ленка потирала ладони, — Здесь есть вы. И вы тут будете, пока мы с Витей поищем в арсенале. Превращайся, Изотов. Кстати, ты сколько еще можешь унести, вдобавок к нам?
— Не уверен, но центнер еще должен уволочь, — прислушался я к внутренним ощущениям, — Но это максимум.
— Значит, килограмм пятьдесят, — коротко кивнула бывшая панкушка, — Пойдем…
Никаким крохоборством страдать не пришлось, опытная агент сразу поставила крест на каком бы то ни было разнообразии, поэтому мы быстро разжились на пять автоматов АК-74 и два цинка патронов к ним. Дополнительно Ленка лишь уволокла еще пять магазинов, шепотом объяснив мне, что больше — не значит лучше. Прибарахлившись, я под руководством и наблюдением опытной лазутчицы покинул арсенал. Вернувшись, мы быстро распихали оружие его новым владельцам, ошеломив попутно Васю с ног до головы. Держащий в руках большой по сравнению с ним автомат пьяный ребенок растерянно переводил взгляд с одного взрослого на другого, а на его лице читался немой вопрос: «Новый Год, что ли?».
— А теперь быстро и тихо покидаем это приятное место, — повесив свой автомат на плечо не возражающей Янлинь, Довлатова приволокла со склада шинель и сапоги с портянками чисто для себя.
— Угу, — хрюкнул я, превращаясь в туман и обволакивая пожитки и людей, — Куда валим? Снова в леса?
— Изотов, ты дурак? — тут же нервно поинтересовалась рыжая Лариса, тыкая меня пальцем изнутри, — Сколько еще раз мне надо повторить про ПОЕЗД⁈
Глава 14
Во все тяжкие
— Я чувствую себя бесполезной!
— И грязной!
— Жрать охота.
— А мы скоро приедем?
— Скоро, Вася, скоро, — пообещал я, хлопая щупальцем по плечу пионера, но тут же уточняя, — Вру, конечно. Понятия не имею, когда. Но не волнуйся. Сейчас будет станция, тетя Лена наворует нам чебуреков, беляшей, и…
— Какая, в жопу, «тетя»⁈
— Газеты нужны! И медицинские маски! И одеяло!
— Будете шуметь — я сейчас в человека превращусь, — пригрозил я недовольным женщинам, — Снег башка упадет, грустными сидеть будем. Знаете, какой там снегопад⁈
Ехали мы уже два дня, причем, в вагоне с углем. Вырыв нам убежище (и бесстыдно выкинув около полутора тонн драгоценного советского топлива) я банально накрыл собой получившуюся лежку, подтянув сверху тент. Его в итоге сорвало каким-то злым порывом особенно гадкого ветра, поэтому около суток уже приходилось изображать из себя заменитель, укрывая белым и чистым собой грязных и злых женщин и детей. Впрочем, мои подопечные не мерзли, а мучались жуткой скукой. И… немножко обидой, когда выяснили, что Витя и сам может прекрасно использовать все пять автоматов, удерживая те наизготовку, а они, гордые ученые, психологи и пионеры — запасной вариант.