Ангел со сломанными крыльями (СИ)

— Это того белого медведя, которого везде таскала с собой?
— Да. Он Богдану больше был нужен.
— Был нужен? Правда? — мужчина с сомнением посмотрел на Богдана.
— Правда, — ответил тот. — Мне родители только Лего дарили, а я хотел медведя. Но они были против. А потом Мила подарила Умку. И сказала моей маме, что это подарок, а подарки выбрасывать нельзя. И мне разрешили его оставить. Он мне очень помогал в детстве.
— Вот значит как. И потом вы подружились и вместе ходили в школу?
— Нет. Потом Мила уехала в Швейцарию. И мы больше не встречались.
— Но через семь лет увидели друг друга и сразу вспомнили?
— Я и не забывала, — сказала Мила.
— Я тоже.
— Хорошо, со знакомством все ясно. А теперь главный вопрос…
Евгений Константинович остановился, словно сомневаясь, какой из вопросов главный или стоит ли его задавать. Богдан заволновался. Что тот может спросить? Про школу? Про лагерь? Про драку?
— Кем ты хочешь стать?
  
Глава 12 — Богдан
 
Богдан, совсем не ожидавший такого вопроса, растерянно посмотрел на Евгения Константиновича, словно сомневаясь, серьезно ли он спросил именно это? Может шутит? Но нет, мужчина с интересом смотрел на него, ожидая ответа.
— Я пока точно не решил. Мне нравится физика и математика. Я думал о МИФИ или МФТИ, но факультет и специальность пока не выбирал.
— То есть пока только неопределенные планы и высокие мечты. Почему не на экономический?
— Нет, это не мое. Скучно.
— А медицина? Из тебя получился бы замечательный врач.
— Я как-то не думал. Это очень большая ответственность. Не думаю, что это мое.
— То есть после школы ты собираешься в Москву. Твои родители согласны тебя отпустить? Ты же единственный ребенок в семье?
— Да, единственный. И да, родители согласны. Они очень даже за.
— Это хорошо. Но я почему-то вижу тебя врачом. Знаменитым хирургом с мировым именем. У тебя есть для этого все нужные качества — ты упорный, честный, ответственный, умеешь сопереживать и сочувствовать, хорошо ладишь с людьми и обладаешь умением убеждать. Наверное, для физика это тоже полезные качества, но все же подумай о профессии врача.
— Хорошо. Хотя и странно. Почему вас интересует моя будущая профессия?
— Понимаешь, Богдан, у меня тоже есть одна очень полезная способность — я разбираюсь в людях. Сразу вижу, стоит иметь с человеком дело, или лучше держаться от него подальше. Эта способность помогает мне вести дела и всегда оставаться на стороне победителей. Так вот, я вижу, что ты — не случайный гость в нашем доме. Таких случайностей не бывает. А раз так, то ты, практически, член семьи. Кстати, давай уже отбросим формальности. Мила с детства зовет меня по имени, поэтому слышать от тебя "вы" и “Константинович” я тоже не желаю. Так что просто Женя. Договорились?
— Хорошо. А можно тогда мне в свою очередь поинтересоваться, чем вы…, вернее ты, занимаешься?
— Чем я только ни занимаюсь, Богдан! Но в основном пытаюсь удержать на плаву семейную компанию, попутно присматривая за бизнесом брата. Дело в том, что наш с Николаем отец в свое время основал фармацевтическую компанию. И надеялся, что мы с братом будем помогать ему в ее развитии. Но так случилось, что ни он сам, ни Николай, не смогли заниматься делами, практически оставив бизнес без присмотра. Пришлось мне сразу по окончании школы брать дела в свои руки, спасать компанию от банкротства и вытаскивать ее из болота, как того бегемота в сказке. А после гибели брата мне осталось еще и дело всей его жизни в Швейцарии.
— Фармацевтическая компания? В Москве?
— Офис — в Москве, производственные мощности — в Подмосковье.
— А где ты учился? Как ты смог сразу после школы управлять компанией?
— А у меня выбора не было. Учился я в МГУ, на экономическом. Тоже в основном потому, что не оставалось других вариантов — либо разбираться в делах и тянуть компанию дальше, либо наплевать на все, продать за бесценок разваливающийся бизнес и заниматься тем, к чему лежит душа.
 
— И к чему она лежала? Душа?
— Вот представляешь, какое совпадение. Думал я тогда — брошу все, а чем займусь? И выходило так, что моя мечта — стать руководителем большого и преуспевающего предприятия международного уровня — лежала прямо передо мной. Бери — и делай. И я взял. И делаю.
— Повезло тебе.
— И не говори. Мы с тобой своими разговорами усыпили нашу принцессу.
Богдан посмотрел на сидевшую рядом Милу. Она спала сидя, привалившись к спинке дивана.
— Подожди минутку, принесу подушку и одеяло, а то у нее потом спина будет болеть.
Евгений Константинович вышел из комнаты, а через минуту вернулся, неся подушку и плед. Он аккуратно уложил Милу на диване и укрыл пледом, предложив Богдану пересесть во второе кресло.
— Пока она спит, расскажи мне, что случилось сегодня в лагере. Я не хотел обсуждать это при ней.
— Наши одноклассники, они … плохо относятся к Миле. Она, на их взгляд, слишком странная, слишком отличается от них. Ее и в школе обзывали. Я старался это остановить. И я не знал, что Мила поедет в лагерь. Надеялся, что ее не отпустят. Там было соревнование между классами. И в конце — эстафета, где должны были бежать все до одного. Наш класс был впереди почти на целый круг, когда убежала Мила. Она была последней. Но она не вернулась. Десятый “Б” закончил эстафету и победил. А Мила, как оказалось, увидела птенца, выпавшего из гнезда, и забыла обо всем, в том числе об эстафете. Одноклассники были недовольны, особенно парни. Они окружили Милу и стали ее оскорблять. Ну я и набросился на Мишку — это он начал обзывать Милу. А дальше ты видел. Мишка оказался сильнее. Я не справился. Не смог защитить Милу.
Богдан замолчал, понимая, что Женя, наверняка, сразу разочаруется в нем. Но тот задумчиво молчал. В комнату вошел кот, запрыгнул на диван и улегся рядом с Милой.
— Ангел всегда приходит, когда Мила спит. Всегда охраняет ее сон. Знаешь, я уверен, что именно он спас ее в той катастрофе. Не знаю, как, но я чувствую, что так и есть. Он спас ее тогда и продолжал спасать после. Успокаивал по ночам, когда ей снились кошмары. Мурчал рядом, когда она отказывалась жить, лежа целыми днями в кровати и не реагируя на окружающих. Именно с ним она начала говорить через год после катастрофы. Когда врачи уже опустили руки.
— Мила сказала сегодня, что ее родители ангелы и помогают ей. Из-за этого одноклассники тоже над ней смеялись. Они считают ее ненормальной.
— А ты? Не считаешь?
— Нет. Она особенная. Она и в детстве была такой. Сказала мне, что коты — это ангелы, которые спустились с небес, чтобы быть ближе к тем, кого они оберегают. Это засело у меня в голове. И сейчас я не могу просто так смотреть на котов. Все время думаю, правда ли это. Если судить по Ангелу — то очень похоже на правду.
— Да. Ее мама была такой же. Необычной. Мила на нее даже внешне очень похожа. Белоснежные волосы и серые глаза. Когда я был маленький, мне Аня сама казалась ангелом. Чего греха таить, я был в нее влюблен так, как может влюбиться 12-летний пацан в 20-летнюю невесту брата.
— Почему Мила носит старую одежду? Если бы не это, возможно, в классе отнеслись бы к ней по-другому.
— Она сейчас очень замкнулась. Почти не общается ни с кем. Даже со мной. А ведь раньше мы с ней были очень дружны. Мне кажется, она держится за эту одежду как за последнее, что осталось у нее от прежней жизни. Она боится отпустить прошлое. И не хочет идти в будущее. Не хочет учиться. Привезти ее сюда было моей идеей. Я надеялся на чудо. И мне кажется, не зря. Она встретила тебя.
— Но ведь никакого чуда не случилось — одни проблемы.
— Она начала общаться. С тобой. Даже с одноклассниками, как ты сказал. Когда я увидел ее сегодня в лагере, она была живой. Она беспокоилась за тебя! Звала меня на помощь! Она оживает, и это может быть болезненно и для нее, и для окружающих. Но через это надо пройти. И я очень надеюсь, что ты будешь рядом с ней и поможешь.