Все краски магии (СИ)

— Лерисса Мария, — сказал он мне. — Вы не сочтёте за труд показать мне ваши сегодняшние конспекты?
Я моргнула и покраснела, вспомнив, что последние полчаса потратила на то, чтобы нарисовать чайник из мультфильма «Красавица и чудовище».
— Вообще-то, мне не очень удобно, у меня плохой почерк, — пробормотала я и попыталась его обойти.
— Уважаемая, — хмуро сказал мне профессор, снова вставая у меня на пути, — мне не очень понятны причины, по которым ректор допустил вас до лекций, и я с этим решением не согласен. Я уже говорил и повторюсь, что считаю ваше пребывание здесь бессмысленным и отвлекающим как и студентов, так и преподавателей. Но я бы мог смириться с этим, если бы я видел в вас хоть крупицу таланта и дара к магии, но этого совершенно нет. Нет даже желания её освоить. Поэтому, если уж вы берете на себя труд пребывать на лекциях, то хотя бы посвятите это время получению новых знаний, а не… — он брезгливо поморщился, — даже не знаю, как это назвать. В ином случае лучше не приходите, а рисуйте дома.
Он отвернулся и отошёл к кафедре. Я почувствовала, что моё лицо горит, прижала ладони к щекам. Блин-блинский, он заметил мои чайники! Как бы он мне не нравился, но сейчас он прав, абсолютно прав! Я же не студентка, которую «злые» родители заставляют получать высшее образование, когда мне это совсем не нужно. Попасть сюда — моя собственная инициатива, я настояла на этом, добилась, не смотря на все возражения, и с моей стороны некрасиво отвлекаться на что-то другое, кроме лекций. Иначе, если мне это не важно и не нужно, не стоит вообще сюда ходить.
— Простите, профессор! — искренне сказала я, но он даже голову в мою сторону не повернул. — Понимаете, дело в том, что этот язык мне не родной, у меня есть трудности перевода. Я плохо понимаю значение многих терминов, теряю нить повествования, потом отвлекаюсь. А у вас очень сложный предмет, если не разобраться в азах, то дальше всё наваливается и наваливается, как снежный ком. Может быть, если бы вы помогли мне, дали дополнительное занятие… — неуверенно добавила я.
Он вскинул голову.
— Вы серьёзно? — спросил он. — Вы даже не моя студентка, вы — никто, у вас нет никаких перспектив в магии. Почему я должен тратить на вас своё драгоценное время?
— Просто чтобы помочь, — пробормотала я.
— Подумать только, какое немыслимое самомнение. Лерисса Мария, попрошу не отнимать больше у меня время.
И он недвусмысленно указал мне на дверь. Вот ведь хам! Я же его по-человечески попросила! А есть ещё и такие, которые за него собираются замуж выходить. Не понимаю, чем они думают.
Я быстро вышла из аудитории, тем более, уже должен был прозвучать звонок на следующую лекцию, а это была артефакторика, которую я совсем не хотела пропускать. На ней, в отличии от магической теории, а если я что-то не пойму, то всегда смогу поразглядывать картинки.
Профессор Токс не подвёл, с большим знанием темы он рассказывал о самых древних артефактах, известных нам. Некоторым из них уже исполнились десятки тысяч лет, таким как теретонские пирамиды. Забавно, что и в этом мире пирамиды имели сакральное значение.
Я слушала его, даже записывала, но не могла прекратить вспоминать диалог с профессором Селдеваном. Как ни обидно было признавать, но онправ. Я должна определиться в вопросах учёбы, вдруг я действительно напрасно трачу на неё время? Дар никак не проявляется, может быть, его и вовсе нет. Это грустно, но может быть и так, нельзя заниматься самообманом.
Как показала договорённость с Чайником, я могу найти более подходящее мне занятие. Может быть, в этом и есть смысл моего пребывания здесь? Используя земные знания улучшить этот мир, почему бы и нет?
Нужно что-то решать. Для начала, я должна закрыть вопрос с обучением словесности. Для учёбы в Академии знания языка на разговорном уровне мне явно недостаточно. Нужно или договориться с призраком о репетиторстве, или хотя бы о том, что он просто даст мне учебники и возможность спокойно заниматься без воплей над ухом. Тогда, возможно, я смогу пройти материал первого года обучения. Если же с призраком не найду общий язык, то, скорее всего, смысла учиться в Академии и не будет, потому что понимать в лекциях одно слово из трёх — это несерьёзно.
 
Лекция походила к концу, и профессор Токс сказал:
— Это всё, о чём я вам хотел рассказать сегодня. Может быть, есть какие-то вопросы?
Я, мысленно погруженная в проблемы библиотеки, неожиданно для самой себя подняла руку:
— Профессор Токс, а вы можете рассказать, почему сломался артефакт в каталоге библиотеки? И почему его не могут починить. Я, конечно, знаю, что это всё сделано магами при строительстве Академии семьсот лет назад, но, может, что-то можно сделать? Всё-таки бумажной картотекой очень неудобно пользоваться.
— Хороший вопрос, лерисса Мария. Может быть, кто-нибудь знает на него ответ? — он обвел аудиторию взглядом. — Может быть вы, лерис Истенсет?
Парень метнул на меня быстрый взгляд и неохотно поднялся.
— Вообще, мне самому не довелось воспользоваться этим артефактом, когда я поступил этой осенью, он уже не работал. Но мне известно, что этот артефакт впаян в стол, на котором находится, а тот, в свою очередь, монолитен с полом. Полусферу невозможно извлечь, в этом была суть магии. Он магическими жилами связан с книгохранилищем — поэтому в нём и была информация о находящихся в библиотеке книгах. Второй половиной шара пользовались библиотекари для поиска нужных книг. И она тоже сломалась.
— Да, это так, — подтвердил профессор Токс. — Вообще, вся библиотека пронизана магическими жилами, которые мы не можем не убрать, не изменить. Это уровень артефакторики, близкой к легендарной, и, увы, наши знания в этой сфере магии существенно уступают знаниям наших предков. Вы, наверное, заметили, что в некоторые разделы книгохранилища не попасть, не имея соответствующей стихийной магии? Это тоже было заложено ещё при её строительстве. При этом человек, нанятый на должность библиотекаря, с которым заключён особый договор, беспрепятственно может пройти эту границу. И в то же время, может быть, и хотелось бы оградить магической стеной какую-нибудь часть библиотеки, например, отдел словесности, но это, увы, невозможно. Таких знаний сейчас у нас нет. И почему перестали действовать артефакты, и, тем более, как их починить, мы не имеем никакого представления. Для того, чтобы разобраться в этом вопросе, нужно собирать комиссии из высших магов всего Королевства, а лучше и из соседних стран тоже. Но, боюсь, никто сейчас этим заниматься не будет. Поэтому, осваивайте бумажную картотеку, и терпение вам в помощь.
  
Глава 38
 
Глава 38
Из Академии я побежала прямиком домой, собрала все свои заметки и отправилась к Чайнику. Когда он увидел меня на пороге своей лавки с охапкой бумаг в руках, то был так удивлён, словно забыл про вчерашний разговор.
— Добрый день! — я деловито поздоровалась с ним, прошла вперёд и разложила бумаги прямо на прилавке.
— Что это? — удивлённо спросил Чайник.
— Мой отчёт о проделанной работе и план дальнейших действий.
Я вернулась к входной двери и провернула тот же фокус, что и вчера у себя в лавке: повесила табличку «Перерыв» и заперла дверь. Чайник испуганно на меня посмотрел.
— Это чтобы нас никто не отвлекал. Я сделала кое-какие разработки. Но прежде чем начать, ответьте на пару вопросов: нужно изучить рынок. Итак, лерейд Тианик, какие вы ещё знаете чайные точки в городе, в которых продается аналогичный товар?
— Причём тут это? Мы же договаривались, что вы сделаете мне упаковку для чая.
— Да, конечно, это от нас никуда не денется. Но сначала решим глобальные вопросы. Ну так что, кто тут ещё чаем торгует?
Чайник взял себя в руки и начал прилежно вспоминать. Он назвал три лавки, где так же, как и у него, торговали чаем вразвес, потом несколько чайных, вроде кафе, где продавали уже готовый напиток. Я прилежно записала всё адреса и решила в ближайший день-два их обойти. Конечно же, были таверны и другие ресторации, где подавали чай, но он там не был основным напитком, и поэтому эти точки мне были неинтересны.