Лея Леса (СИ)
Таня кивнула.
— Да… пожалуй. Забери, если нетрудно.
— Буду рад помочь, — обычно Руслан выражался проще и короче, но в присутствии Элрана как-то хотелось подтянуться, выпрямить спину, расправить плечи… и вообще! Чего этот самец явился на территорию Руслана? А?
Даже если самому Руслану не нужны ни Таня, ни Лея… как подруги нужны, а любви у него пока нет, и может даже никогда не появится. Все равно… лучший двигатель отношений — здоровая конкуренция.
Салея фыркнула и подхватила Руслана под локоть.
— Идем?
— Конечно.
Руслан уже все решил, они сейчас пройдутся до стоянки такси, а оттуда уже доедут до дома. Таня вручила ему свой мешок со сменной обувью, халатом и частью учебников, и кивнула.
— Спасибо.
— С вашего позволения, — склонился перед ней Элран. Таня положила ладонь на его локоть, и две пары направились прочь от колледжа.
Потемневшими от ярости глазами смотрела на это Катерина Иззвольская, но на нее никто не обратил внимания. Даже однокурсники. Все обсуждали происходящее.
* * *В такси Салея молчала. Руслан, впрочем, тоже. А как такие вещи обсуждать при постороннем человеке? Ни к чему. Руслан решил спросить уже когда расплатился с таксистом, и они направлялись к особняку.
— Лея, это твой брат?
— Похож?
— Да, сильно.
Салея вздохнула.
Этого следовало ожидать. Для постороннего человека многие даэрте окажутся на одно лицо. Как китайцы или японцы, к примеру. У всех даэрте треугольные лица, высокие лбы, у всех большие глаза и примерно одинаковые надбровные дуги, у всех одинаковая форма ушей… как это называется? Эта наука? Антропометрия?
Неважно.
— Элран мне не брат. Скорее, дальний-дальний кузен.
— Вы похожи.
— Мы все похожи, — взмахнула рукой девушка. — Пусть Ран сопровождает Таню. Ей нужна помощь. Особенно сегодня.
Уточнять Руслан не стал. Разве что…
— Я могу помочь?
— Нет. В этом Тане никто не поможет, она обязана справиться сама. Это как экзамен на взросление.
Дальше расспрашивать Руслан не решился. Да и пришли уже.
А спустя пять минут он и вообще рот закрыл. И даже нижнюю челюсть рукой придерживал — уж больно та упасть норовила. Потому что Салея улыбнулась, поклонилась и заговорила на путунхуа, как на родном. А потом, послушав пару минут господина Чжао, так же спокойно перешла на кантонский диалект. Да так легко, словно всю жизнь жила в Гуанчжоу. *
*- в Китае около 10 основных диалектов, а второстепенных в разы больше, прим. авт.
Господин Чжао явно был удивлен. Руслан и десятой части не понимал из того, что они говорят. Вроде как пару слов уловил, но и только.
Да, нет, хорошо… имена вот, проскальзывают…
В детстве он китайский не учил. Взялся в четырнадцать лет, от скуки, кое-как по верхам нахватался, а потом мама заболела. И стало не до языков.
А Салея разговаривает так, словно родилась в Китае и всю жизнь там прожила, переезжая из одной провинции в другую.
Вот господин Чжао ей еще и поклонился. А Салея, остановив его небрежным жестом, подошла и положила руку ему на лоб.
Между пальцами побежали зеленоватые искорки. А вот дубовые бляшки на лбу девушки явно стали темнее. Насыщеннее, что ли оттенком? Как будто их в кровь окунули. Господин Чжао пошатнулся, медленно опустился на траву. Рядом уселась Салея.
Выглядела она очень и очень уставшей.
— Водички? — Руслан поднес ей высокий бокал. Благо, графин с водой стоял неподалеку, на столике… Салея выпила его залпом и тут же получила второй.
— Благодарю.
— Не за что. Ты его лечила, да?
— У вашего друга рак мозга. Правда, в зародышевом состоянии, опухоль еще не начала расти, — отмахнулась Салея. — Но года через три было бы поздно.
— Оперировать?
— Оперировать и сейчас нельзя было. Она в очень неудобном месте… туда скальпелем не доберешься. Ладно, сейчас посижу пару минут, и надо детей посмотреть.
— Давай помогу перебраться на скамейку, — предложил Руслан.
Салея кивнула.
Скамеечка под кедром ей очень нравилась. Не слишком большая, удобная, накрытая теплым покрывалом — хоть сиди, хоть лежи. Главное, не деревянная, а из пластика и металла. Деревянные вещи Салея не любила. Ладно бы еще — их так вырастили! Но ведь нет же! Дерево сгубили, распилили, сделали с ним что захотели… кому-то тут нравится глумление над трупами?
И ей не нравится. Она потерпит, но природу не изменишь.
Господин Чжао так и сидел на траве. Поднять его Руслан даже и не пытался. Китаец весил раза в полтора побольше, и вообще… сложно у них с этикетом. Не так полезешь, навеки варваром останешься. Пусть посидит, как придет в себя, так сам разберется, чего ему хочется.
— Добрый день, — Даниил Русланович сделал вид, что ничего удивительного и странного здесь не происходит. — Салея, рад вас видеть. Чжао, давайте помогу… Руслан, иди сюда.
Теперь Руслан и сомневаться не стал. И помог, и объяснил, что произошло. И получил благодарный взгляд от отца.
— Салея, вам нужна какая-то помощь? Может, все остальное в другой раз?
Салея качнула головой.
— Нет-нет. Если меня покормят, то и детьми надо будет заняться сегодня. Они маленькие, сил надо немного…
Руслан вовремя успел подхватить господина Чжао.
А вот не надо кланяться, когда у тебя голова кружится, и ты едва на ногах держишься. Сейчас клюнул бы носом с размаху… очень даже запросто!
Салея отправила в рот горсть кедровых орехов, и улыбнулась.
Забавные они, эти люди. Это не ша-эмо… совсем другие. Более чистые, более яркие. Они тоже могут стать ша-эмо… нет. Уже не станут. Даэрте пришли сюда, и помогут им.
Все будет хорошо. И у людей, и у даэрте. Судя по тем людям, которых она знает, у них есть шанс понять друг друга и ужиться.
А с детьми она тоже займется. Там ничего серьезного нет, она уже посмотрела. Вон они, бегают… тут сил особо и не надо. Взрослому помочь труднее.
А некоторым и помогать нет смысла, они сами себя отлично гробят. Интересно, поймет ли что-то Танина мать — или все напрасно? Кто ж ее знает…
И Салея сунула в рот еще горсть орехов.
* * *О чем можно разговаривать с даэрте? Ну… то есть…
Вот Салея — это другое. С ней было проще и легче. А Элран — он красивый. И Таня откровенно смущалась. Впрочем, недолго, стеснительность и медики плохо совмещаются. Придумать тему для разговора было сложно, но потом Таня сообразила, и предложила парню спрашивать. О том, что ему кажется интересным или необычным.
Знание языка дал им Лес. При переходе. И на это ушло много сил у той же Салеи.
Но говорить по-русски — и знать местные обычаи? Привычки, забавные истории, цены, обращения — это совсем другое, правда? Вот Элран и расспрашивал обо всем, что видит.
Вот забавный лохматый пудель сидит рядом с киоском. Привязан за поводок, чтобы не удрал и дождался хозяина.
И пошел разговор про собак.
Вот по рельсам идет трамвай. Ладно-ладно, про электричество Таня ничего рассказать не могла, она вообще не понимала, как электрический ток помещается в проводе. А уж устройство батареи, даже самой простой, для нее было тайной за семью печатями.
Но такие тонкости Элрану тоже не были нужны. Таня пообещала ему учебник по физике — потом. Когда он сможет читать по-русски. А пока можно и букварь купить.
Вот кстати, книжный магазин…
Покупать книги Элран отказался. Наотрез. Просто вошел в магазин — и мгновенно вылетел оттуда с такой скоростью, что Таня едва перехватить успела. Что подумали продавцы, она и представлять не хотела. Явно что—то непечатное.
— Это… это дерево?
Таня задумалась.
— Сейчас, наверное, уже не всегда. Вторсырье, растения, шерстяные волокна, кажется, что-то еще. Я не помню, нам на гигиене рассказывали, но не очень много.
— Я чувствую… там столько убитых деревьев!
Девушка только лоб потерла.
— Именно убитых?
— Эммм… — теперь настала очередь Элраа задуматься. Даэрте обожали и обожествляли Лес, но на минуточку, деревья и от естественных причин падают. И от грозы, и от урагана, погоду-то не отрегулируешь. А еще есть болезни деревьев, есть старость, когда гиганты сами хотят уйти, а иногда лес надо и просто прореживать…