Лея Леса (СИ)
— Тань, — Ваня выглядел смущенным, но не заткнулся. — Я знаю, что вчера Серега, Олег и Димка… они к вам пошли. И не вернулись.
— Ко мне домой?
— Нет. Они вас хотели встретить на прогулке, с собакой.
— Зачем? — продолжала издеваться Таня.
— Поговорить, — выкрутился Цыган, у которого уши пламенели уже всеми оттенками пурпурного, да и морда не отставала. — Пригласить…
— Изнасиловать, — вежливо подсказала Таня.
— Не придумывай! — грохнул кулаком Жаров. — Мой сын не такой!
— Неужели? — Таня тоже сдаваться не собиралась. Это раньше она бы в уголок забилась и дрожала. А сейчас… сейчас за ее спиной была Салея. Подруга нуждалась в защите, но подруга и могла превратить всех присутствующих в фикусы. Так что… не время бояться! Время кусаться! А то потом придется объяснять, откуда тут еще десяток деревьев пророс. В кабинете директора. — А тебя, Цыган, они тоже пригласили? Остаточки подобрать?
— Я… я просто их ждал.
— Где ждал? С какой целью?
Попов поднял руку. Таня послушно замолчала — вдруг что-то умное скажут?
Ан нет… не сказали.
— Полагаю, сейчас это уже не столь важно. Я вижу, что вы целы и невредимы, девушка. А вот мой сын и его друзья домой не вернулись. И я отел бы узнать, что с ними случилось.
Таня вздохнула.
Вчера они с Салеей договорились, что будут отвечать. И сейчас она собиралась отстаивать свою версию случившегося.
— Они сбежали.
— Сбежали? Отчего и куда?
Таня вздохнула.
— Вчера мы гуляли с собакой. Они подошли, втроем, начали угрожать, попытались обидеть Гнома. У Сергея был с собой перцовый баллончик, собаку можно осмотреть. Ему до сих пор плохо.
— Да сдалась мне твоя собака! — рыкнул отец Олега.
— Причинение вреда личному имуществу, угроза… между прочим — уголовщина, — меланхолично заметила Таня.*
*- Таня имеет в виду ст. 245 УК. РФ. Прим. авт.
— Ты натравила на мальчиков собаку? — вежливо поинтересовался Попов.
— И в мыслях не было никого травить. Гном у меня воспитанный и умный. А вот они мне едва не отравили собаку… как он мог кого-то цапнуть, если на него газовый баллончик извели?
Родители переглянулись.
Да, если в морду собаке, да таким баллончиком, мать Жарова, у которой был чихуахуа, даже посочувствовала собаке. Ее бы песик от такого, может, и помер сразу. На месте.
Но дети-то где?
— А вот этого я не знаю, — Таня развела руками. — Я не стала терпеть это молча, поднялся шум, люди заинтересовались — и все трое сбежали. А вот куда и зачем?
В кабинете снова повисло молчание.
В принципе, выглядело логично. Да так, скорее всего, и было. Напали, но опыта ведь никакого, нашумели, пока разбирались с собакой, девчонки успели закричать, привлекли внимание… Попов-папа своего сЫночку отлично знал. Не мог тот на такое пойти?
Еще как мог! В полное свое удовольствие! И пойти, и поехать, и вообще — ачетакова? Но куда потом-то парни подевались? Не медведи ж их загрызли?
В то, что две достаточно хрупкие девчонки могли справиться со спортивными и накачанными парнями, Попов вообще не верил. Не потому, что был хорошего мнения о женщинах, просто знал, что Татьяна Углова никакими единоборствами не занималась, только аэробикой и растяжкой, про Салею Сантос вообще не знал, но… она Сергею чуть повыше пояса! Пигалица, как есть. Ей чтобы ударить кого-то сначала допрыгнуть нужно. И что там сил? Как воробей чихнул!
И самое главное — тела тоже не найдены! Даже если бы девчонки их оглушили, убили… да что угодно — куда бы они трупы спрятали?
На себе утащили?
На собаке увезли?
Нет, такое вообще на голову не натянешь. Просто нереально. Но что и кто тогда?
А вот если парни сбежали… опять же — не под КАМАЗ ведь они попали втроем? Не на летающую тарелку? Не к маньякам в лапы… бред!
Но мальчишек-то нет!
А потому…
— Татьяна, вы понимаете, как это неправдоподобно звучит?
Таня преспокойно фыркнула в ответ.
— А ЧТО для вас звучало бы логично? Что ваш сыночек решил поразвлечься, и вам его надо отмазывать от обвинения в изнасиловании?
— Да как ты смеешь, дрянь! — взвилась Мельникова-мама. — Ты что сказать хочешь⁈
— Что у ребят были самые плохие намерения, — жестко отчеканила Таня, — и вы это преотлично понимаете. И Цыган их ждал тоже не просто так, да, Ванечка?
Под взглядом Таниных глаз, в которых вдруг почудились парню зеленые искры, соврать он не решился. И опустил голову. Правду-то тоже говорить не с руки. Его потом любящие родители на клочки порвут. Хотя отлично знали, и что будет, и как, и что задумали деточки.
— Они их не осуществили.
— Не по своей вине. Мы закричали, кто-то зашумел…
— А мне не рассказали, что кто-то кричал.
— А ваши дети специально район промзоны выбрали. В котором ори, не ори… это собачники какие-то тоже были.
А, ну так звучало понятнее. Вот если собак несколько… и собачники — тут парни могли и удрать. Но даже собачники, ну натравят они собак, ну, покусали бы парней, но ведь это не собака Баскервилей! И не Гримпенская трясина! Тела все равно где-то быть должны, а их — НЕТ!
— Тогда объясните, почему ребят нет дома?
Таня даже головой помотала.
— А почему Я должна об этом знать? Цыгана спросите, с ним планами делились, а с нами — нет.
Неизвестно, что было бы дальше, но в кабинет постучали, и, не дожидаясь разрешения, быстрым шагом вошел Даниил Петров.
— Добрый день. Танечка, Салея, все в порядке?
Реакция у всех была разная. Директор вжался в кресло, понимая, что в поединке между тигром и слоном побеждает тот, кто удрал подальше. Родители поглядели на Даниила Руслановича то ли с надеждой, то ли с вопросом, Таня и Салея улыбнулись.
— Здравствуйте, — ответила за обеих Лея. — Все хорошо.
И получила ответный кивок.
— А если хорошо — брысь на занятия. Нечего прогуливать. Итак, какие к девочкам вопросы остались?
Вопросов не было, но и отпускать их просто так? Только вот Петров и спрашивать никого не собирался. Уселся в кресло, и приглашающе повел рукой. Мол, слушаю…
За дверью ждал Руслан.
— Тань, все в порядке?
— Более чем, — кивнула Таня. — Спасибо.
— Не за что. Я как узнал, сразу отцу позвонил. Не знаю, что с этой троицей случилось, но ты здесь явно не виновата.
— Нападали они на нас, к сожалению, — вздохнула Таня. А вопрос своей вины…
Она себя и правда виноватой не чувствовала. Не побила,. Не убила, не… сколько еще этих «не»? Много. А могла и не останавливать Лею. Еще как могла.
— Тем более, за это не с вас спрос.
— Родителей жалко. Они не виноваты.
— В том, что вырастили полных уродов? Которые считают, что можно изнасиловать девушку и им все сойдет с рук? — ядовито уточнил Руслан.
— Ну…
— Тань, я тоже не под забором родился. И денег у меня хватает. Я это выпячиваю? Или особого отношения к себе требую?
Таня, словно впервые, поглядела на Руслана.
Ну, парень и парень. Высокий, достаточно симпатичный, волосы русые, глаза серые, лицо приятное… одежда — совершенно не брендовая. Все это в обычных сетевых магазинах продается, уж столько-то она понимает. Аксессуары? Часы, браслеты, кстати, у того же Попова — и то, и другое, и два кольца на руке, и очки фирменные… У Руслана ничего такого нет. И зачем, если у каждого сейчас с собой телефон, а в нем время?
А уж кольца-браслеты медикам частенько просто мешаются.
Обувь?
Разве что обувь у Руслана качественная и дорогая. Но опять же, в рамках, а не английский индивидуальный пошив. И если брать отношение, тут тоже все нормально. Списать даст, поговорит нормально, через губу не фыркает… мог бы он вот так, как парни вчера?
Таня еще раз подумала. Попробовала представить Руслана в том переулке.
Нет. Не сходится. Решительно не срастается такая картина. Чтобы Руслан, пошел мстить и насиловать просто потому, что девушка ему отказала? Калечить собаку?
Хватать, как вчера?
Нет.