Лея Леса (СИ)

Мало ли что понадобится?
Девушки переглянулись. Все было ясно.
Чем бы ни занимался отец Руслана, жену он любил. Понимал, что теряет ее навсегда, и хотел провести с ней побольше времени. Хотя бы так.
На вошедших удивленно посмотрели оба. И мужчина лет пятидесяти, сидящий за столом, грузный, полуседой, явно очень усталый, и хрупкая, почти бестелесная женщина в кровати. А глаза у нее были удивительные, прозрачно-голубые. Как два кусочка неба. Жаль, Руслан их не унаследовал. Он со временем копией отца будет.
— Что…
Возмутиться и выставить незваных гостей отцу Руслана не дали. Может, Салея и не была вполне обычной принцессой, но властности у нее бы на сорок Франций хватило и на пару Англий осталось бы. Ее приказа сначала слушались, а уж потом… Да, все остальное — потом.
Один жест рукой, и мужчина опустился обратно, словно его на лету подбили.
— Тишина. Таня, где корни?
Таня послушно сунула ей в руку холщовый мешочек с корнями. Салея покрутила их в пальцах, уверенно выбрала один, второй отложила прямо на стол перед отцом Руслана, и подошла к женщине.
— Как вас зовут?
— Алеся… Алеся Юрьевна.
— Сейчас будет чуточку больно. И голова закружится. Может носом пойти кровь. Не бойся.
— Я…
— Держи крепче. Руками. Двумя…
Салея сама сомкнула пальцы женщины на корне женьшеня. Выпрямилась, став выше и внушительнее. И дубовый обруч на ее голове вспыхнул зеленоватыми огоньками. Злорадно запищали какие-то приборы. Кажется, что-то электронное скончалось в страшных муках.
Корень женьшеня осыпался прахом из пальцев женщины. Салея качнула головой, и положила поверх ее свою руку.
— Еще немного… вот так!
Тане показалось, что зеленые искры пробегали между пальцев женщин. Недолго, секунд пять. Потом Салея расцепила руки, выдохнула и пошатнулась.
— Руслан. Объясни все, что случилось. Таня, мне нужно на воздух…
Таня плюнула на все, и потащила подругу на улицу, слыша за спиной удивленное восклицание женщины.
— Не больно… Данечка, мне вообще не больно…
— Леся⁉
— Мам, пап, вы только не волнуйтесь…
Судя по взгляду отца… не будет. Но прибить сыночка может. Точно — хочет.
* * *
Дотащить Салею до ближайшей скамейки на улице было несложно. Сгрузить ее под симпатичный высокий кедр — тоже. И Салея прижалась к дереву, как к родному. Стерла пальцем капельку крови под носом.
— Фуууу… очень запущенный случай. Даже корня не хватило.
— Ты свои силы добавила?
— Да. Но это не страшно, я сейчас восстановлюсь.
— Я могла бы помочь?
Салея покачала головой.
— Нет. Если вкратце, твои возможности работать с силой определяются пропускной способностью энергоканалов. У тебя они пока почти не развиты… я покажу потом упражнения. Повредить легко, потом ты бы мучилась. Не надо.
— Покажешь, — кивнула Таня. — Раз уж я начала это видеть… а я так когда-нибудь смогу?
— Не знаю, — развела руками Салея. — Королева даэрте — это не просто слова и побрякушка. Это другое. Я могу то, чего не сможет никто из моих подданных.
— А как они тогда… без тебя?
— Родится новая королева. Рано или поздно.
Тихий разговор оборвал Руслан.
— Таня! Салея! Папа очень просил вас вернуться…
Салея подумала пару минут.
— Руслан, я недостаточно хорошо себя пока чувствую. И не слишком контролирую свои способности. Вернуться я могу, но у вас вся электроника погибнет. Твоего отца не затруднит прийти к нам сюда? И пусть маму приносит, ей тоже будет полезно.
— Хорошо. Минуту…
Руслан умчался в дом вихрем. Салея улыбнулась ему вслед.
— Хороший парнишка. И отец у него неплохой.
— Богачи, — фыркнула Таня со всей классовой неприязнью.
— Посмотри на их ауры.
— Я там увижу что-то привлекательное?
Салея пожала плечами.
— Хотя бы потренируешься.
Долго ждать и не пришлось. Отец Руслана поддерживал под руку его мать, та пошатывалась, но шла самостоятельно. Смотрела по сторонам широко открытыми удивленными глазами.
— Кажется, это было в другой жизни…
Девочкам досталась ослепительная улыбка. Потом Даниил Русланович огляделся, понял, что жену сгрузить некуда… не на сырую ж траву? Скамейка была занята Салеей, и попросить друидессу подвинуться не решился никто. Было видно, что она почти лежит не потому, что хочет занять всю площадь, а просто — плохо ей. И лицо бледное, и зрачки расширены, и капельки пота на висках — до сих пор. Девушка не на шутку выложилась с этим лечением.
 
Таня стянула с плеч куртку и кинула на землю.
— Давайте так.
— Спасибо, — мужчина помог жене усесться поудобнее, и та тоже прислонилась к стволу кедра. Салея легонько погладила дерево ладошкой и тихо что-то шепнула.
Таня прищурилась.
Ауры виделись еще нечетко, но кажется, дерево принялось подпитывать больную. Не слишком сильно, без вреда для себя, но зеленоватые капельки отделялись от его ауры, растворялись в бледной-бледной, едва заметной, словно кислотой изъеденной ауре пациентки, и та на глазах выправлялась. Начинала переливаться нежными розоватыми и голубоватыми тонами, словно небо на рассвете.
Да, пациентки, а как это еще назвать? Если она болела, а ее вылечили?
Все молчали.
— Гхм… — первым откашлялся Даниил Русланович. — Девочки… то, что мне рассказал Руслан — правда?
Салея пожала плечами. Таня решила доверить переговоры ей, и не прогадала.
— Я не знаю, о чем вам рассказал сын. Нам он сказал, что его мать больна. Я уговорила его принять мою помощь, и мы приехали. Раком ваша супруга больше не болеет, но восстанавливаться будет очень долго.
— Мне говорили — метастазы уже затронули все внутренние органы, — тихо сказала Алеся Юрьевна.
— Все верно. Мне едва хватило сил. Сделать вас такой же, как раньше, я не могу, вы слишком истощены. Но хорошее питание, тепло, солнышко и природа восполнят этот недостаток. Главное, побольше ягод, фруктов, зелени. Поможет.
— Обязательно, — согласился Даниил Русланович. — Так… Таня Углова, верно?
— Да.
— Салея Сантос.
— Можно просто Салея.
— Я Даниил Русланович, можно дядя Даня, так меня родные называют. Это — тетя Леся.
— Хорошее имя, — согласилась Салея. — Сходите завтра на обследование, посмотрите, что скажут врачи. Но я гарантирую, что вы здоровы.
— У меня просто слов нет. Кстати… это то, о чем я думаю?
В руке «дядя Даня» держал корень женьшеня, благополучно забытый девушками на его столе. Тот самый, стосемидесятилетний.
— А о чем вы думаете? — поинтересовалась Таня.
— Корень женьшеня?
— Да.
— И судя по корню… ему лет сто пятьдесят?
— Сто семьдесят.
— Ему цены нет…
— Положим, цена есть всему…
— Не жизни и не здоровью, — решительно отмахнулся мужчина. — Мне это хорошо известно. Поэтому…. Отныне и навсегда в этом доме — вы свои. Такие же мои, как и жена, как и сын. Считайте — еще две дочки.
Салея подумала, что родня у нее умножается и резко. Если и дальше так пойдет, до смерти у нее еще с десяток отцов и матерей найдется?
— Может, сначала к врачам сходите? — Салея не иронизировала. Просто чуть-чуть улыбалась, самыми краешками губ. — Вдруг мы шарлатаны?
— Девочки, я вам очень благодарна за помощь, — тихо произнесла Алеся Юрьевна. — И могу только повторить за своим мужем. Если вам потребуется… что угодно. Я помогу.
— Мы это просто так сделали, — честно созналась Таня. — Салея увидела, что Руслан ходит весь черный, спросила, в чем дело, и он сознался.
Теплая женская рука взъерошила волосы на затылке сына.
— Рус у меня чудесный. Он потому и в колледж пошел. У нас ведь медицинского института нет, уезжать он не хотел, а вот медициной всерьез занялся. Еще и из-за меня.
— Потом в институт? На онколога? — поинтересовалась Таня.
— Не знаю. Но хирургия мне нравится. Я потом подумаю еще о специальности, — кивнул Руслан. — Девочки… спасибо!