"Фантастика 2923-134". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Научиться вязать узлы можно и самому. Инструкции есть в Интернете. Подробные описания с иллюстрациями. Я не понимаю, почему вы пришли к нам. Почему не начать расследование с курсов макраме, например?
— Ну, любители макраме едва ли используют асадзури, — заметил я с улыбкой.
— Почему? Это весьма распространённый узел, его даже на флоте используют. Называется «штык».
— Ну, разница всё же есть.
— Небольшая. Принцип тот же.
— Так что, вы поможете?
Абрамс пожал плечами.
— Пожалуйста. Но артисты будут к вечеру, сейчас только репетиция. Тут почти никого нет.
— Это ваша труппа или гастролёры?
— И те, и другие.
— А что насчёт клиентов?
— Об этом лучше расспросить обслуживающий персонал.
— Понимаю. Где я могу это сделать?
— Да прямо в зале. Я скажу Дэну, и он составит вам компанию.
— Хорошо. Тогда я сейчас пообщаюсь с персоналом, а вечером подъеду часам к…?
— Десяти, не раньше. Шоу начнётся в одиннадцать. Я предупрежу, чтобы вас сразу пропустили.
— Составьте список тех, кто у вас работает с узлами.
— И гастролёров?
— Да, обязательно. И если что-то вспомните… ну, мало ли, — я сделал рукой неопределённый жест.
Абрамс кивнул.
— Понимаю.
После разговора с директором «Пленной Сакуры» я опросил официантов, барменов, охранников, осветителей, звукорежиссёров, поваров и даже парковщиков. В результате записал три имени: Дэвид Горельц, Майкл Фрин и Ричард Зиберри. Эти артисты сегодня отсутствовали, но должны были появиться к вечеру, так как принимали участие в вечерней программе. И казались персоналу клуба наиболее странными. Конечно, это не могло считаться серьёзным основанием для подозрений (я считал, что в «Пленной Сакуре» едва ли работают среднестатистические обыватели), однако разбрасываться зацепками не приходилось.
Выходя из клуба, я обдумал слова Абрамса о морских узлах. Что, если убийца просто служил на флоте? Мог он модифицировать знакомый «штык» в асадзури? Если увлекался узлами, то, конечно, да. Сев в машину, я набрал Глорию.
— Алло, привет. Был в клубе, ничего особенного. Его директор предложил мне поискать любителя макраме. Слушай, на самом деле он мне подкинул идею насчёт моряка. В школе есть учителя, служившие на флоте? Не знаешь? Надо бы проверить. Ага, ладно. Ну, давай. Я скоро буду. Как у вас с Кейси дела, тогда и расскажешь.
Отключившись, я завёл мотор. Абрамс прав: в городе полно людей, умеющих завязывать узлы. Однако так ли их много среди тех, кто мог подбросить листовки в школьные туалеты?
  
Глава 38
 
За обедом, поглощая спагетти с томатным соусом и тёртым сыром, я размышлял. Сначала — о том, зачем королю демонов покровительствовать какому-то психу. Что тот ему пообещал? Как вообще сумел заручиться поддержкой Императора Хелеля? А если он служил ему и приносил жертвы во имя какого-то ритуала? Чем это грозило? Явно ничем хорошим. У владыки ада нет планов, которые стоило бы поддерживать. Если, конечно, ты в своём уме.
Затем я начал думать о расследовании. Сначала в любом случае необходимо отыскать убийцу. С него и будет первый спрос. У Глории — свой, а у меня — свой.
Итак. Почему «Принцесса»? Что может означать женский род? Убийца пытается сбить полицию со следа, изображая из себя женщину? Это смешно. Никто на это не купится, ведь очевидно, что преступник мужчина: у кого ещё хватило бы сил удерживать пропитанную эфиром тряпку на лице жертв? Да и пользование монтажной пеной не согласуется с образом женщины-убийцы. Не говоря уж о том, что в Сибари связывающей стороной является мужчина. Надо бы прояснить, как может быть связано слово «принцесса» с Сибари или символикой девяти.
Я набрал номер Глории.
— Алло, это я. Слушай, проверь алиби химика и классного руководителя шестого «А». Не то, чтобы прямо подозреваю, но для очистки совести. Ага, спасибо. Ну, давай.
Когда я закончил обед, расплатился и вышел, было без двадцати два. Дождь по-прежнему моросил. Серое небо опустилось к самым лондонским крышам. Небоскрёбы так вообще наполовину скрылись в густом влажном мареве.
 
Сев в машину, я добрался до полицейского управления. Дежурный констебль знал меня и впустил. Поднявшись в кабинет Глории, я увидел её и Кейси в компании какого-то грузного мужика лет сорока, темноволосого, в кожаной куртке и футболке навыпуск. Лицо у него было красное и на щеках покрытое рытвинами вроде тех, что бывают после фурункулёза. Штаны сидели на нём нелепо, накрывая ботинки почти целиком. В карманы явно было что-то напихано.
— Ты вовремя, — кивнула мне Глория. Она достала из ящика стола бланк допроса и положила перед собой. — Мистер Мердок, Кристофер Блаунт, наш консультант. Мы как раз собираемся побеседовать.
Глория аккуратно записала в бланк данные паспорта Мердока и вернула документ владельцу.
— Позвольте выразить вам сочувствие, — проговорил я, глядя на толстяка.
— Спасибо, — вздохнул тот.
— Вы ведь в разводе?
— Да, давно уже.
— Продолжали общаться в последнее время?
— Ну, так. Время от времени.
— Не знаете, кто мог совершить преступление?
Мердок достал из кармана брюк большой клетчатый платок и вытер шею.
— Понятия не имею. Мы общались в основном по поводу Алекс. В свои личные дела бывшая жена меня не посвящала.
— Значит, никого не подозреваете?
— Нет. У меня, кстати, есть алиби. Я был на городском семинаре с тремя коллегами. Стив Шелби заехал за мной в семь утра и завёз домой в половине одиннадцатого.
— Что за семинар? — спросила Глория.
— Дантистов. Я стоматолог.
— Ясно. У вас есть телефон вашего коллеги?
— Стива? Конечно. Вам нужен?
— Было бы неплохо.
— Проверяйте, проверяйте, — Мердок с кряхтением полез в карман и достал мобильник. — Я вам и номера остальных дам на всякий случай.
Через три минуты Глория была снабжена тремя телефонами и фамилиями, по которым ей или её помощникам предстояло позвонить после ухода Мердока. Она задала толстяку ещё несколько формальных вопросов, попросила подписать протокол и отпустила.
Когда стоматолог ушёл, я включил компьютер, чтобы кое-что проверить. Глория с Кейси оформляли бумаги для ежедневного рапорта. Проверить алиби Мердока лейтенант поручила одному из коллег.
За четверть часа мне удалось найти только одну связь между принцессами и связыванием: японские сказки о пленных принцессах. Напрашивался вывод, что сочетание «подписи» было выбрано именно из-за того, что не встречалось в Сети, и по нему легко было отыскать нужные сообщения — детские письма с просьбами разобраться с их родителями.
Мои изыскания прервала Глория.
— Как ты сходил в клуб, Крис? — спросила она, прохаживаясь по комнате и делая упражнения, чтобы размять затекшую от сидения спину. — Что-нибудь интересное узнал?
Я вкратце рассказал.
— Макраме? — усмехнулась девушка. — Ну-ну… А вот насчёт моряков мысль интересная. Проверишь?
— Да, чуть позже.
Поработав ещё с поисковиком, я решил сделать перерыв. Налил себе кофе из автомата и, чтобы не терять время, позвонил в школу мисс Бартер.
— У вас работают учителя, служившие на флоте?
— Что? — опешила директриса.
— Кто-нибудь из ваших учителей служил на флоте? — повторил я.
— Да. Насколько мне известно, преподаватели труда и физкультуры. Зачем вам?
— Мы может сегодня подъехать и поговорить с ними?
— До пяти. Потом они уйдут — рабочий день закончится.
— Постараемся успеть.
— Я предупрежу их, чтобы не смылись раньше.
Попрощавшись, я вернулся к монитору и погрузился в поиски того, кто разбирается в магии чисел.
  
Глава 39
 
Моё занятие прервал звонок одного из подчинённых Глории. Выслушав его, она повернулась к нам.
— Готовы послушать, что удалось выяснить?
Когда мы с Кейси выразили согласие, девушка продолжила:
— Проверили алиби химика и второго, учителя английского. Когда убили Виннер, химик вёл урок в восьмом «Б», это подтверждают лаборантка и дети. А классный руководителя шестого «А» во время её убийства был дома.