Звезда короля

Вилли кивнул и даже немного успокоился.
— Фил, принеси из спальни подушку и одеяло, — скомандовал Анри. — Полли, завари чай, там были травы, и напои ребенка. Потом ложись спать, нечего тут маячить.
— А ты? Тебе надо отдохнуть, Анри.
— Отдохну. Фил, где же поместить тебя?
— Пусть Фил ложится на софе, — откликнулся Вилли, — а я стану волком и посплю с папой.
— Хорошо, места и так мало. Значит, вы остаетесь здесь. Полли, тебя буду ждать в спальне.
И скрылся за дверью раньше, чем я успела хоть что-то ответить. Я проследила, как Вилли обернулся в белого волка и улегся в ногах Этьена, а Фил застелил софу. Он, правда, с трудом на ней помещался, но не жаловался. Что ж, теперь все как надо. Можно идти к Анри.
Он действительно ждал в спальне. Видно, только что умылся — с волос стекала вода, и рубашка была чистая, не напоминая о жуткой бойне. Спокойный, задумавшийся о чем-то своем.
— Что там? — спросил Анри, увидев меня в дверях.
— Легли, — ответила, подходя ближе.
Он кивнул и снова будто нырнул в свои мысли, забыв о моем существовании. А я не знала, куда мне деваться. В платье спать неудобно. Снять? Полный дом людей, не так поймут. В голове царил кавардак.
— Что ты стоишь? — Анри заметил мое замешательство. — Раздевайся, ложись.
Я послушалась. Проще всего сейчас было слушаться, не задумываясь. Повесила платье на стул и забралась под тонкий плед, потому что одеяло унес Филипп. Анри сел на край кровати, покосился на стол, заваленный бумагами.
— Я без тебя не усну, — сказала тихо.
Светильник погас. Анри лег рядом и привлек меня к себе. Он ничего не говорил, и от этого становилось страшно. Я представить не могла, что творится у него в душе. Вроде была на расстоянии вытянутой руки, а преодолеть его не могла. Он не подпускал. Стало так горько и обидно, что по щекам покатились слезы. Старалась хотя бы не всхлипывать, но не удалось — и Анри тут же услышал.
— Не беспокойся, — сделал свои выводы. — Сама видела, твой друг выживет. Не о чем плакать.
— Да при чем тут это? — не сдержалась я.
— А в чем дело? — Анри чуть отстранился, и в свете фонарей за окном я видела его лицо, холодное, как маска.
— Во всем! — Эмоции все-таки вырвались наружу, и если бы меня сейчас кто-то попросил замолчать, я бы не смогла. — Весь этот год… Это кошмар какой-то! Невыносимо.
— Все будет хорошо, Полли. — Черты любимого лица смягчились. Самая распространенная ложь на свете — что все будет хорошо.
— Неправда! Не будет. Уже ничего не будет, Анри. Я просто мечтала… Что закончу коллеж… Что мы… Не так!
И слезы покатились градом. Как ему объяснить, что на самом деле ничего уже не вернуть? Не будет ни моего выпускного, ни родительского благословения, ни нашего брака — такого, каким он мог быть. Или вообще никакого… Анри тихо вздохнул и обнял меня, погладил по голове.
— Не плачь, глупенькая. К чему лить слезы? Главное, что мы живы. Да, одни мечты растаяли, но появятся другие. А с неприятностями справимся, бывало и хуже, правда?
Вспомнила нечеловеческий суд, весь июнь прошлого лета и ответила:
— Правда. Ты только больше не уходи.
— Я постараюсь, Полли. Клянусь, что постараюсь, но это зависит не от меня.
Я прижалась к нему крепко-крепко. Нет, больше не смогу без него. И только пусть кто-то попробует встрять между нами. Той девочки, которая грезила о счастье прошлым летом, больше нет. Но есть я, и я не позволю причинить боль дорогому для меня человеку. Не позволю его у меня забрать. Только бы сам не ушел!
— Спи, любимая. — Анри коснулся поцелуем волос. — А утром все покажется не таким страшным.
Он был прав. И ему тоже надо было отдохнуть — слишком много магии отдал Этьену, я чувствовала это. Поэтому послушно закрыла глаза. Нам обоим следует выспаться, а утром решить, что делать дальше.
Вот только проснулась я одна. Подскочила на кровати, оглядываясь по сторонам. И где Анри? Сама не понимала, откуда взялась такая паника. Он может быть в соседней комнате или на кухне. Приказала себе угомониться и быстро оделась, даже причесалась, чтобы не пугать своим видом остальных. Выглянула за дверь. Картина изменилась. Белый волк перебрался от герцога к Филу и теперь сладко спал, придавив его своим весом. Сам Фил сонно открыл глаза, убедился, что это я, и уже собирался уснуть снова, когда я спросила:
 
— А где Анри?
— Сказал, что скоро придет и чтобы мы никуда не ходили, — пробормотал Фил.
Ушел! Куда? Зачем? Я едва могла думать от ужаса. Знает ведь, что его ищут. Не домой же? Рано поддаваться панике. Вернется. Он ведь сказал, что вернется. Я постаралась отвлечься. Проверила состояние Этьена, убедилась, что с ним все в порядке. Еще день или два — и будет на ногах. Запоздало подумала, что надо бы сообщить Айше. Но она ведь считает, что Этьен уехал. Может, лучше он сам? Поставит перед фактом: да, было, но обошлось. А вот мне что делать? Могла только метаться по комнате из угла в угол, сходя с ума от тревоги. Поэтому, когда скрипнула входная дверь, едва не упала, кинувшись навстречу.
— Анри! — попала в родные объятия. — Ты где был? Я не знала, что и думать.
Анри улыбался чему-то своему, и сразу стало легче.
— Всего лишь немного прогулялся, — ответил он. — Собирайся, давай сбежим, пока не проснулись остальные.
— Куда?
— Увидишь. Только быстро.
Мне понадобилось не более десяти минут, чтобы привести себя в порядок. Да, платье было скромное, домашнее, но какая разница? Мы ведь не на светский прием.
— Идем.
Анри протянул мне руку и увлек за собой. Мы спустились по ступенькам, вышли на улицу, укрывшись щитами, чтобы отвести глаза, и я увидела экипаж.
— Мы куда-то едем? — спросила растерянно.
— Да. Только хватит вопросов, все увидишь сама.
Пришлось покориться. Шторки на окнах были задернуты, и я понятия не имела, куда мы едем. А когда Анри достал откуда-то темный шарф и предложил завязать мне глаза, и вовсе онемела. Что за авантюра пришла в его неуемную голову?
— Доверься мне, — попросил он, и оставалось только согласиться. Шарф опустился на глаза. После этого я слышала, как экипаж въехал в какой-то дворик, и Анри осторожно помог мне выйти. Пара ступенек под ногами, женские голоса.
— Не подглядывать, — потребовал жених и куда-то исчез, а меня усадили в кресло и занялись волосами. Как это понимать?
— Не беспокойтесь, мадемуазель, — сказала какая-то девушка. — И расслабьтесь.
Ближайшие минуты — или часы? — мне делали прическу, затем раздели — и снова одели, подкрасили губы. А мне казалось, что схожу с ума. Ровно до той минуты, когда одна из девиц не произнесла:
— Пора.
Она помогла мне подняться и проводила по длинному коридору. А затем заиграла музыка.
— Можете снять повязку, — сказала она.
Стало страшно. Что меня ждет? Я аккуратно сняла шарф — и замерла, не в силах поверить глазам. Вокруг был бальный зал, залитый светом. Вверху на балконе играли невидимые музыканты. А передо мной стоял Анри — в гвардейской форме, с улыбкой на губах.
— Что происходит? — в изумлении спросила я.
Он осторожно развернул меня к зеркалам на стене — и я ахнула снова. Мое выпускное платье! Которое неведомо куда подевалось и вдруг волшебным образом нашлось. Не может быть!
— Я задолжал тебе танец на выпускном, Полли, — сказал Анри на ухо. — Да и много чего другого, но начнем с мелочей. Извини, собрать дипломы у выпускниц и выдать снова я не могу.
Я тихонько рассмеялась, любуясь нашим отражением.
— Можно пригласить вас на танец, мадемуазель Лерьер? — поклонился мне кавалер.
— Если очень сильно попросите, месье Вейран, — ответила я и, противореча своим словам, протянула ему руку. Это был сон. Потому что в реальности казалось бы сумасшествием — я и Анри, вальсирующие в пустом зале под звуки невидимого оркестра. Но просыпаться не хотелось! И я танцевала, пока держали ноги, любуясь самым родным лицом в мире. Сейчас Анри улыбался светло и безмятежно, будто и не было этого года, изломавшего наши жизни. Снова хотелось плакать, на этот раз — от счастья.