Приход весны (СИ)

— Мой яд их убивает слишком быстро, это ненастоящие демоны, — заявляет Торва.
— Или просто их часть, пока они сами заняты чем-то другим, — добавляет Амелла. 
Тем временем Гоффрой и Ида стремительно приближаются, словно решив сменить тактику боя, но Ирай уже понял, что этот бой не имеет никакого смысла. 
— И небеса расколются, и штормовые ветра разрежут всё вокруг, не трогая лишь Хирону Свайгел, — приказывает миру Ирай, и в следующий момент в глазах темнеет от силы удара, что прошелся во все стороны. С земли это похоже на объемный взрыв, который разрезает невидимыми клинками грозовые тучи. Высшие демоны не избежали смертельных ранений, но не позволили себя оттолкнуть и теперь покрыты ярким пламенем. 
— Сейчас подорвут себя! — предупреждает Антум, и следом остатки туч испаряются огромным жаром от двух мини-солнц, что возникли на месте двух демонов. Кажется, что сейчас горит всё небо, но выплеснутая сила быстро заканчивается, и природа возвращается в естественное состояние, разве что небо теперь безоблачное, а солнце бросает яркие лучи на лицо Ирая, который сумел защититься от взрывов и прикрыть напарницу.
— А зачем они взорвали себя? — спрашивает Хирона, не понимая произошедших событий.
— Это были подделки, которые тянули время.
Гнисир смотрит вниз, где войска демонов вновь отступают, словно стадо потеряло из виду пастырей. 
— Возвращаемся, — Ирай берет Хирону за руку и телепортирует вместе с собой на горы песка с многочисленными трупами, которыми завалено всё вокруг. Даже поднятая Гримуаром Смерти нежить вновь обрела покой. Сейчас Торва и остальные Гримуары вновь засыпают, чтобы набраться сил для следующей битвы. 
— Скорее всего всё решится в Акрополе Некрис, — думает вслух Ирай, а потом чувствует открытие портала до того, как появились зримые следы пространственного перемещения. 
В воздухе появляются искры, потом завихрение, в котором выходит фигура зверолюдки, очень похожей на Амеллу за исключением черного меха и девяти хвостов за спиной. Под это описание подходит наставница Амеллы до становления Гримуаром.
— Давай поговорим, пока рядом никого постороннего нет, — произносит лисица в человеческом обличье. — Меня зовут Симрида. Амелла рассказывала обо мне?
— Я знаю только общую информацию о тебе.
— А большего и не нужно. Сейчас мы на одной стороне, так как моя фракция среди демонов тоже хочет воссоединения всех Доменов в один огромный мир. 
— Значит, именно Двор Девятихвостых Улыбок стоит за гражданской войной среди демонов?
— Да, и Врата на Арген закрыли тоже мы, так что в их уничтожении с этой стороны не было большого смысла. Я смотрела издали за твоей схваткой с Гоффроем и Идой, думала, что может понадобиться помощь, но сами повелители не явились и лишь отправили двойников. Знаешь, почему?
Ирай качает головой.
— Потому что они заняты тем, что пускают корни собственной силы в Домен Людей. Тебе уже должны были рассказать о том, что на демонов наложена кара, не позволяющая использовать все силы без предварительного захвата территории. И сейчас настоящие Гоффрой и Ида заняты тем, что поддерживают глобальную магию, которая превращает весь мир в их территорию. Даже сейчас, пока мы говорим. Мой Двор и другие мои союзники помогут тебе при штурме Акрополя, так как против настоящих владык Двуединства будет сложно.
— Ясно. Ты пришла только для того, чтобы сообщить это? У нас все равно только одно средство противодействия — убийство Гоффроя и Иды.
— Проблема в том, — Симрида шагает по песку, не обращая внимание на Хирону, словно той здесь не существует, — что Гоффрой и Ида уже будут мертвы к тому моменту, когда мы подойдем к Акрополю. И мы уже никак не можем это предотвратить. 
— Ты говоришь загадками. Просто объясни всё по порядку, — просит Ирай.
— Я изучаю Домен Хаоса уже очень давно. Я стала его частью. Мне приходилось читать древние фолианты, написанные предками нынешних демонов, я вглядывалась в извивы энергий, что хранят в себе следы древней магии… — кажется, что демоница не прислушалась к просьбе душелишенного. Она ведет себя странно, но от основательницы Двора с самыми безумными творцами и актерами мира демонов вряд ли стоит ожидать полного здравомыслия.
 
— И что такого ты нашла?
— Страшную тайну, о которой мало кто знает из ныне живущих. Двуединство появилось без каких-либо предпосылок, а составляющие его кланы образовались полностью одновременно. Мне это всегда казалось странным. Черное Море и Штормовые Небеса всегда соперничали, но при этом проявляли странное единодушие во многих вещах. Они исповедовали разный подход к войне и мирским делам, но все равно смогли основать самое крупное и могущественное объединение в Домене Хаоса, подмяв под себя всех остальных. За века они могли хотя бы попытаться уничтожить друг друга, но этого не произошло. Эта странность не давала мне покоя, поэтому я принялась искать нужное мне знание.
— Вижу, что ты его нашла. Поделишься? — Ирай внешне не выдает никаких эмоций, но Симриде удалось его заинтересовать. Сам он о таком не думал.
— Парадокс в том, что настоящие Гоффрой Ахес и Ида Окин вовсе не те, за кого себя выдают. Сегодня они прислали своих двойников, но соль шутки в том, что они тоже подделки. Они — олицетворение Двуединства, два полюса одной и той же силы, которая вот-вот соединится воедино. Двуединство станет просто Единством. 
— Хочешь сказать, что Гоффрой и Ида — две части какого-то другого демона? 
— Не демона, а бога. Среди народа Ифрата далеко не все погибли в прошлое Поветрие. Было одно божество, которое тысячи лет назад по неизвестным причинам покинуло Домен Богов и инсценировало свою смерть. И чтобы получше запрятать следы, тот бог буквально разделился на две части. Разделил тело, знания и силу на две равные половины. Одна половина взяла себе имя Гоффрой Ахес, другая — Ида Окин. Первое Поветрие было не просто захватом новых земель, разделенный бог хотел уничтожить свой народ, поэтому собрал за долгое время силы, основал Двуединство и нагрянул сюда. Полвека назад Домен Хаоса после яркого старта не стал продолжать активное завоевание только потому, что тот бог получил то, что хотел.
— И как зовут этого бога? 
— Саксум, бог хаоса, — Симрида показывает дьявольскую улыбку, словно ей всё это невероятно нравится. 
— Никогда не слышал о таком боге.
— Потому что он считался мертвым тысячи лет. Даже многие боги забыли о нем задолго до первого Поветрия. И сейчас Двуединство пускает корни в недра этого мира, делая всё своей территорией. После этого Гоффрой и Ида перестанут существовать, вновь став Саксумом. И вот с ним тебе придется схватиться. Рассчитывать на помощь Домена Космоса я бы не советовала. Люди и зверолюди здесь тоже не помощники. 
— А почему ты хочешь, чтобы Роза вновь стала единой?
— Потому что это даст начало совершенно новым приключениям и историям. Однажды я предала свой народ, потому что мне было очень тесно в рамках традиций и известных истин. Меня всегда манила неизвестность, и сейчас она буквально сияет за облаками и горами объединенного мира. Если все Домены смогут собраться в один, то многие законы перестанут действовать. Появятся новые карты земель, новые правила, легенды и мифы. Если же всё пойдет закономерным путем, где Саксум захватит себе этот мир, то ничего нового тут не появится. Просто пустота и разрушение, никакой неизвестности не будет, одна лишь банальность. 
Гнисир отражает внутренний мир собеседницы в себе и понимает, что Симрида искренне верит в то, что говорит. Праздность и предопределенность для нее хуже смерти, ведь она не хочет жить без интереса к миру. Сейчас Роза Доменов является местом, где существует множество секретов, которые не раскрыть даже за демоническую жизнь, но очень сложно путешествовать в великом вихре миров, особенно, если миры закрыты для посещения. А вот если всё станет одним целым, то совсем другое дело.
— Если мне нужно будет противостоять полноценному богу, то моих сил может не хватить, — Ирай подводит неутешительный итог.