Герцогиня поневоле, или Проклятие Зверя (СИ)

Полина помолчала несколько мгновений, повернулась к нему снова в окуатвшем мраке, чтобы произнести таинственным шепотом:
– Я люблю тебя, Рейнард Тэмхас, – пробормотала и устроилась поудобнее рядом.
– Я… люблю тебя, Полина, – тихо ответил он, проводя по ее плечу и вспоминая из забытого прошлого этот важный ритуал. 
Когда-то он умел говорить эти слова. Пока их не вырвали, не сломали и не убили вместе с прошлой жизнью. Но сейчас они снова забились внутри тёплым растущим комом. И требовали быть услышанными. «Люблю». Как выдох. Как жизнь. 
Он прижал ее к себе так тесно, что она протестующе промычала. Только тогда он вспомнил про рану и постарался быть нежнее. Убрал с ее лба прядь волос, вдохнул ее запах, будто им предстояло расстаться на время.
Колдун сказал, это может быть страшный сон.
– Я думаю… Раз близкие объятия помогают от голоса Зверя. Может, помогут и сейчас спать спокойно. Как считаешь?
Он привлек ее к себе спиной, обхватил под шею, обнял за талию. Положил теплую ладонь ей на живот, и Полина довольно простонала от нежности и тепла. Доверчиво прижалась к нему еще теснее. По-хозяйски притянула его руку еще ближе к себе, обхватила обеими ладонями.
– Не уверена. Но знаю точно, что сейчас мне очень нужно твое тепло.
Он еще подумал, что надо не забыть пять имен, которые назвали ему духи, но прежде, чем успел их вспомнить, провалился в глубокий сон.
  
Глава 49. Веди меня
 
Я падала в бездну снова и снова. И тогда, когда вокруг осталась одна чернота и больше не было сил кричать, я осталась в полной тишине. Будто провалилась в изнанку мира.
Никогда не думала, как страшно, когда ты умираешь бесконечно, снова и снова. Падаешь в пропасть, а она не кончается, и это ужасное ощущение – тоже.
Мне было так плохо, что я начала осознавать, что происходит. Это сон, сон! Жуткий, ужасный кошмар. Я хочу проснуться. Я ДОЛЖНА проснуться!
С десятой попытки настойчивого повторения этой фразы я наконец вынырнула из кошмара тяжело дыша и слушая, как ненормально колотится сердце. Повернулась еле-еле, помня про рану на боку. И увидела вместо Рейнарда – Тимура.
– … – неожиданно для себя я выругалась матом.
Вскочила на постели. Судорожно задрала майку и убедилась, что никакого шрама нет. Ничего нет! Никакого следа чужого мира! Перед глазами плыл туман, но я отчетливо видела, что это моя комната, в моей квартире, в моем городе. В моем, мать его, мире.
Тимур проснулся от моего отчаянного крика, нахмурился сонно.
– Ты чего орешь? Кошмар приснился?
Я смотрела на него так, словно пыталась просверлить дырку. Это он, мой бывший предатель-муж. Он ведь ушел к другой?! Какого черта снова в моей постели? Какого черта я здесь, а не рядом с Реем в его диком средневековье!
– Кошмар! – стиснула я кулаки. – С твоим участием. Что ты снова в моей жизни.
– Не понял? 
– Ты же ушел к другой.
– О как, – Тимур потянулся и взглянул холодно и жестко, будто даже хотел унизить. – Значит, ты узнала. Ну и ладно, давно стоило сказать тебе про Лерку. Ну, да. 
Я смотрела на него в ужасе. Ведь когда-то любила это лицо, думала, что люблю. Но сейчас не хочу видеть ни секунды больше. Он такой скучный, обычный, ни-ка-кой. Мне плевать, плевать на его Лерку, его присутствие. Верните моего настоящего мужа!
Черт! Проклятье. Не могла же я себе всё придумать?! Всё это? У меня не настолько крутая фантазия! Это просто невозможно. Невозможно.
Я уставилась на Тимура, который еще сидел на постели.
– Провались к черту! Ты мне не нужен. Ублюдок! И не любила я тебя никогда, понял? А если думала, то ошибалась. — Как мне полегчало, что я все то высказала наконец! — Исчезни, пока не прибила.
 
Я даже потянулась к правому боку, где когда-то был мой кинжал. Нет, конечно нет. Похоже, я просто сошла с ума. Похоже, меня стоит отправить к доктору…
Нет. Нет, это тоже сон, дурацкий, ужасный сон. Я хочу снова умереть, чтобы снова родиться рядом с Реем, чтобы снова видеть его, касаться, чувствовать. Пожалуйста, я хочу проснуться от этого кошмара. Пожалуйста!
Второй раз я вскочила, едва переводя дух. В доме старца, рядом с Рейнардом. Я обернулась к нему в темноте, ощупала любимое лицо и вздохнула от облегчения. Я готова всё променять на то, чтобы провести жизнь с этим разбойником.
Рейнард проснулся, открыл глаза.
Но в темноте я вдруг увидела выражение его лица и похолодела.
– Что не так? – уточнил он.
– Нам пора просыпаться? Вставать и наверное идти к демону… Мне страшно.
– Чего же ты боишься?
– Что ты тоже предашь, – сказала я зачем-то вслух. – Что я нужна тебе чтобы победить демона, а потом ты… ты скажешь, что мы отлично провели время. И мы… разойдемся. 
Рейнард привстал, сощурился, как обычно.
– А ты не так глупа, как казалась, – усмехнулся он зловеще. – Значит, готова услышать правду? Теперь твоя очередь...
Я вскочила на колени, отползла от него, чувствуя, как тянет в боку. Захотелось съежиться до предела, до несуществующей точки. Исчезнуть. Я зажмурилась, чтобы больше ничего не видеть. Казалось, что снова падаю в пропасть, и это не сон, и больше нет никакой опоры. Не во что верить.
“Эт-ти духи показали самые слабые места... Нашу боль, наш страх, вечные сомнения. Но всего этого, что бы они ни показали, нет.”
Хватит! Надо выбрать, во что я верю. Прямо сейчас. Выбрать и увидеть, достойна я любви или предательства. Никто не решит это за меня.
Никто. Никогда. Не решит это за меня.
Это только моя ответственность.
Это зависит от меня.
И я отчетливо увидела две дороги. Одна – путь вечных сомнений и попыток угодить другому. Вторая – я настоящая, цельная, классная, без сомнений. Я. Какая есть. Упрямая, сильная, знающая, чего стою. Рожденная счастливой. Нипочему, просто так.
И такая я знала, что Рейнард не врет, что влюблен, как мальчишка. И у такой меня нет никаких сомнений, достойна она там чего-то или нет. Конечно. Да. Всегда.
Отбросила прочь всю серость и сомнения, что меня окружали. Исчез ненастоящий Рейнард – тот, который мог сыграть для меня роль предателя. 
Я ведь знаю, как классно он умеет любить. И знаю, как умею я. Парадоксально – не идеальный образ благородного героя, который плохо сходился с реальностью. А разбойника, нахальца, ироничного и дерзкого герцога, который так отчаянно пытался меня ненавидеть...
– Чего слезы льешь, ну? – ласково коснулась лица его рука.
В комнате посветлело, закончилась бесконечная и такая тяжелая ночь. Я здесь. Я есть. Всё хорошо. Похоже, после обряда с духами мир стал слишком зыбкий, чувствительный. И с лёгкостью отразил мне все мои сомнения. Но теперь... я их больше не хочу!
– Сон приснился дурацкий, – пробормотала я тихо.
Я улыбнулась, позволяя Рею убирать слезинки со щеки тыльной стороной ладони.
– Мне тоже. Но всё з-закончилось.
Я повернулась к нему и осталась лежать, рассматривая со всем вниманием. Его красивое лицо, глаза с поволокой, тот интерес, который горит в них всё ярче, знакомая дразнящая улыбка.
– Закончится, когда мы избавимся от власти Зверя, – ответила я.
 
– Твоя правда. Но прозвучало так категорично. – Рей приподнялся на локте. – Может, ты и со мной хочешь покончить, когда получишь свое избавление... М? 
– Эй, эти слова по сценарию должна говорить я!
– Что такое “сценарий”?
– Забудь, – я откинулась на спину и рассмеялась сама себе.
Послышался стук в дверь и крик Зарины:
– Госпожа! Ваша светлость! Вы живы?
– Живы! – звонко и громко крикнула я.
– Слава богам. Я приготовила завтрак.
– Кажется, последний раз мы ели в прошлой жизни? – повернулась я к мужу, который уже поднялся с жесткой койки.