Башня Нерона
У меня возникла целая куча вопросов. Второй роман? Прошлым вечером мы вообще не обсуждали ее писательские дела. Печеньки? А может, и мы подождем, пока они испекутся?
Но что-то мне подсказывало, что дом Джексонов/Блофисов всегда будет полон гастрономических соблазнов. Здесь всегда найдется что-нибудь сладенькое или солененькое, а главное – куда более привлекательное, чем неприятности, ожидающие меня во внешнем мире.
К тому же работа Салли вызывает у меня уважение. Как бог поэзии я знаю, что такое редактура. Схватки с монстрами и императорскими наемниками тут и рядом не стоят.
Радует хотя бы то, что дождь прекратился и наступило жаркое июньское утро. Мы с Лу и Мэг шли пешком в сторону Ист-Ривер, петляя по переулкам, пока Лу не нашла подходящее место.
В жилой десятиэтажке в двух шагах от Первой авеню шел капитальный ремонт. Кирпичный фасад здания казался пустой скорлупой, в окнах не было стекол. Обойдя парковку сзади, мы перелезли через решетчатый забор и увидели, что черный ход закрыт обыкновенным листом фанеры. Лу одним пинком разнесла его в щепки.
– После вас, – сказала она.
Я заглянул в темный проем:
– А это обязательно?
– Падать с крыши буду я, а не ты, – тихо проговорила она. – Так что хватит ныть.
Внутри здание было укреплено металлическими лесами, уровни которых соединялись приставными лестницами. Чудненько. После того как нам пришлось карабкаться на башню Сютро, мне, конечно же, очень хотелось снова полазать по лестницам. Солнечные лучи проникали в пустое здание, подсвечивали облачка пыли и, преломляясь, превращались в миниатюрные радуги. Крыша у нас над головой пока оставалась нетронутой. Лестница на последнем ярусе лесов вела на площадку с металлической дверью.
Лу полезла первой. Она снова надела форму «Амтрака», чтобы потом не объяснять Нерону, откуда взялась рубашка с эмблемой «Мегамаркета электроники». Вторым поднимался я в обносках Перси Джексона. Моя валентинка [10] Мэг прикрывала тылы. Совсем как в старые добрые времена на башне Сютро минус сто процентов Рейны Авилы Рамирез-Ареллано плюс сто процентов галлийки с татуировками.
Мэг останавливалась на каждом ярусе, чтобы чихнуть и вытереть нос. Лу старалась держаться подальше от окон, словно боялась, что оттуда выскочит Нерон с воплем «Boare!». (Насколько я помню, по-латински это значит «Бу!». Давненько прошли те времена, когда я тусовался на «страшных» вечеринках Цицерона. Этот чувак любил накрыть голову тогой и, прикинувшись призраком, пугать своих гостей.)
Наконец мы добрались до металлической двери, на которой краской из баллончика была выведена по трафарету предупреждающая надпись «ВЫХОД НА КРЫШУ ЗАПРЕЩЕН». Я вспотел и запыхался. Лу же подъем, казалось, вовсе не утомил. Мэг задумчиво пнула кирпич, словно прикидывая, хватит ли у нее сил обрушить здание.
– План такой, – сказала Лу. – Я точно знаю, что у Нерона есть камеры на офисном здании через дорогу. Оно ему принадлежит. Мы выскочим из-за этой двери, и ведущие наблюдение ребята получат четкие кадры с нами на крыше.
– Напомни-ка: почему мы этому рады? – спросил я.
Лу что-то пробормотала, возможно моля кельтских богов, чтобы они отвесили мне подзатыльник.
– Потому что мы хотим, чтобы Нерон увидел именно то, что нам нужно. Мы разыграем спектакль.
– Как в поезде, – кивнула Мэг.
– Именно, – подтвердила Лу. – Сначала выбежите вы вдвоем. Немного погодя появлюсь я, и это будет выглядеть так, будто я наконец загнала вас в угол и собираюсь убить.
– Но понарошку, – с надеждой проговорил я.
– Все должно выглядеть убедительно, – сказала Лу.
– У нас получится. – Мэг, сияя от гордости, повернулась ко мне. – Ты видел, как мы дрались в поезде, Лестер, и это без подготовки. Знаешь, что было, когда я жила в башне? Лу помогала мне устраивать фальшивые, но очень крутые бои, чтобы отец – то есть Нерон, – думал, что я убила своих противников.
Я изумленно уставился на нее:
– Убила. Противников.
– Ну, там, слуг, пленников или просто тех, кто ему не нравился. Мы с Лу все заранее планировали. Я притворялась, что их убиваю – бутафорская кровь, все дела. Потом Лу утаскивала их с арены и отпускала. Когда они умирали, все выглядело совсем по-настоящему, Нерон ни разу ничего не заподозрил.
Я не знал, что ужасало меня больше: оговорка Мэг, назвавшей Нерона отцом, или что Нерон ради собственного развлечения заставлял маленькую падчерицу убивать пленников, или что Лу действовала за его спиной и помогала инсценировать смертельную схватку, чтобы пощадить чувства Мэг, вместо того чтобы… ну… не знаю… сразу отказаться выполнять за Нерона грязную работу и вытащить Мэг из этого жуткого места.
«А сам-то ты чем лучше? – зазвучал язвительный голосок у меня в голове. – Часто ли ты решался сказать Зевсу хоть слово против?»
Что ж, голосок, ты прав. Тиранам нелегко противостоять – как нелегко и уйти от них, особенно когда ты всецело от них зависишь.
Во рту появилась горечь, и я сглотнул:
– Какова моя роль?
– Биться будем в основном мы с Мэг. – Лу подняла арбалет. – Аполлон, тебе нужно держаться поблизости и дрожать от страха.
– Это я могу.
– Когда я сделаю вид, что вот-вот убью Мэг, ты должен закричать и напасть на меня. Я слышала, иногда на тебя нисходит божественная сила.
– Я не могу призвать ее по желанию!
– И не нужно. Притворись. Ударь меня изо всех сил, столкни с крыши. Я поддамся.
Я заглянул за металлические перила:
– Мы на десятом этаже. И это не шутка, потому что… здесь десять этажей.
– Да, – кивнула Лу. – Примерно так. Меня не так-то легко убить, малыш Лестер. Конечно, я заработаю пару переломов, но если повезет – выживу.
– Если повезет? – В голосе Мэг вдруг поубавилось уверенности.
В свободной руке Лу возник меч:
– Нам придется рискнуть, Росточек. Нерон должен поверить, что я приложила все усилия, чтобы поймать тебя. Если он что-то заподозрит… В общем, этого нельзя допустить. – Она повернулась ко мне. – Готов?
– Нет! – мотнул головой я. – Ты так и не объяснила, как Нерон собирается сжечь город и что нам делать, когда мы окажемся в плену.
Ярость, появившаяся на лице Лу, была неподдельной. Я прямо-таки поверил, что ей хочется меня убить.
– У него есть греческий огонь. Больше, чем у Калигулы. Больше, чем кто-либо когда-либо решался накопить. И налажена какая-то система его подачи. Подробностей я не знаю. Но как только он почует неладное, то нажмет на кнопку – и всему конец. Вот почему нам нужен этот сложный спектакль. Нужно провести тебя к нему так, чтобы он не заподозрил обмана.
Меня снова начала бить дрожь. Я посмотрел на бетонный пол и представил, как он рассыпается, исчезая в пучине зеленого огня.
– Так что будет, когда нас поймают?
– Вас посадят в камеры, – сказала Лу. – Совсем рядом с хранилищем, где Нерон держит свои фасции.
Я воспрянул духом – совсем чуть-чуть. Не то чтобы эта новость в корне меняла дело, но теперь план Лу хотя бы казался чуть менее безумным. Фасции императора, золотые топоры, символизирующие его власть, связаны с жизненной силой Нерона. В Сан-Франциско, уничтожив фасции Коммода и Калигулы, мы сумели ослабить императоров настолько, что убили их. Если удастся сделать то же с Нероном…
– Значит, ты выпустишь нас из камер, – догадался я, – и проведешь в хранилище.
– Суть такая. – Лу помрачнела. – Конечно, фасции охраняет… нечто ужасное.
– Что? – спросила Мэг.
Замешательство Лу испугало меня больше, чем имя любого монстра, которое она могла назвать.
– Об этом потом. Будем разбираться с нерешаемыми проблемами по одной.
И вновь я был согласен с галлийкой. Это настораживало.
– Ладно, – сказала она. – Лестер, когда столкнешь меня с крыши, вы с Мэг должны как можно быстрее добраться до Лагеря полукровок и собрать отряд полубогов, который пойдет по туннелям. Люди Нерона будут наступать вам на пятки.