Ненависть и наслаждение (ЛП)

Я не знаю, как Генри сбежит без оружия. Может быть, он вообще этого не сделает, но, по крайней мере, я попыталась. Если его поймают, это будет его вина. Моя совесть чиста, я выполнила данное ему обещание. Выполнила свою часть работы. Теперь он сам по себе.
Внимательно оглядев коридор, я разворачиваюсь и направляюсь к мраморной лестнице. Я прохожу половину коридора, когда Патанса появляется передо мной.
— Где, черт возьми, ты была?
— В ванной комнате, — отвечаю я, притворяясь, что поправляю платье.
Я снова вхожу с ней в столовую. Музыка все еще играет, и Драко с Саймоном все еще пьют текилу.
Он замечает меня.
— Где моя мать? — спрашивает Драко, когда я подхожу ближе.
— Она устала. — Я сажусь рядом с ним. — И легла спать.
— Ох. — Драко залпом выпивает текилу, даже не поморщившись, затем со стуком опускает рюмку на стол. — Она не сказала, хорошо ли провела время? — спрашивает он меня, откидываясь на спинку кресла. Упираясь локтями в подлокотники, Драко проводит большим пальцем по кольцу с черепом на мизинце.
— Да. Она сказала, что это был хороший вечер, — отвечаю я.
Он кивает, а затем встает, хватая меня за руку.
— Хорошо. Пошли. — Я встаю, и мы выходим из столовой. Но когда выходим, я смотрю в конец коридора, чувствуя, как сжимается сердце. Когда мы поднимаемся по лестнице, чтобы добраться до спальни Драко, последнее замечание Генри действительно проникает мне в голову.
Оно звенит.
Перезвоном.
Эхом.
— Ты? Или сейчас все настолько нормально и скучно, что ты надеешься, что он действительно что-то сделает с тобой, когда узнает, что ты сделала? Он тебя балует. Он хорошо тебя трахает, я уверен. Могу сказать это по тому, как ты говоришь о нем. Так уважительно, как будто ты ему должна или что-то в этом роде. Но ты хочешь, чтобы он стал прежним. Жестоким. Именно такого мужчину ты хочешь — чтобы у тебя была причина дать ему отпор или даже убить его, если до этого дойдет. Ты просто слишком боишься принять эту ужасную правду.
Мне скучно?
Я что, глупая?
Или это не я?
Возможно, дело не в обещании, которое я дала Роналдо. Может быть, это нечто гораздо более глубокое, чем я хочу признать.
Но сейчас я не могу думать об этом. Моя спина приземляется на мягкую кровать. Драко прижимается губами к моей шее, посасывает мою кожу, спускаясь вниз, целуя каждую грудь, в это время руками задирая платье.
Схватившись за пояс моих трусиков, тянет их вниз. Поцелуями спускается ниже, ниже, еще ниже, пока его лицо не оказывается между моими бедрами.
Я все еще слышу музыку — гости веселятся и смеются.
Ощущаю тепло между ног, когда Драко кружит языком вокруг клитора. Он погружается в меня языком, затем выходит, его рука лежит на моем животе, чтобы удержать меня на месте.
Тяжело дыша, я запускаю пальцы в его густые волосы, заглядывая в его обжигающие глаза.
— Моя, — слышу его рычание, и он, не теряя времени, доводит меня до экстаза.
Я погружаюсь в эту бездну наслаждения, позволяя ему делать со мной все, что он хочет.
Я должна наслаждаться этим сейчас, потому что только что сделала то, чего не должна была делать.
Я предала его.
И насколько я знаю Драко, к предательству он относится очень серьезно.
Он накажет меня за это, когда узнает правду, и самое печальное, что я готова к этому.
Я готова ко всему, что он может мне дать.
  
Глава 17
 
Слышу раскаты грома.
Я переворачиваюсь на другой бок, смотрю в окно. Кажется, с тех пор, как меня сюда привезли, впервые идет дождь. Небо серое, облака густые.
Сегодня темное, мрачное утро.
Справа от меня Драко все еще спит. Его волосы в беспорядке, и на нем нет никакой одежды. Простыня прикрывает только его мужское достоинство, которое, кажется, становится все тверже, когда я провожу рукой по его груди.
После того, что сделала прошлой ночью, я чувствую, что должна ему не просто секс. Он еще не знает об этом, но глубоко внутри я чувствую, что скоро узнает. Очень скоро.
Стягивая простыню вниз, я опираюсь на локти и приближаю губы к головке его члена. Облизываю член по всей длине, скользя вниз к яйцам, а затем снова вверх к кончику.
 
Драко вздрагивает во сне, глаза закатываются под веками, как будто его сон усилился в десять раз. Сжимая его член в руке, я обхватываю губами головку и, медленно раскачиваясь, сосу его. Драко стонет и дергается во сне.
Я наблюдаю за ним, наслаждаясь тем, как его кожа скользит по моим губам и языку. Ощутив соленый привкус, я проглатываю его, поднимая другую руку, чтобы поиграть с его теплой, тугой мошонкой.
— Черт. — Я слышу, как он рычит, его голос хриплый ото сна. Когда я приподнимаю голову, его глаза открыты, взгляд обжигающий.
Я не останавливаюсь. Продолжаю двигаться, чувствуя, как он напрягается подо мной. Я продолжаю сжимать его член одной рукой, а другой снова ласкаю его яйца. Драко закидывает руки за голову и смотрит на меня. Не произносит ни слова. Я слышу лишь чавканье и причмокивание. Обвожу языком головку, и он снова вздрагивает, его пресс сжимается.
Я сжимаю его немного сильнее. Он такой твердый у меня во рту. Не знаю, почему получаю удовлетворение от осознания того, что он рядом. Он так близко. Твердый, как скала, и готовый взорваться в любую секунду.
Драко закрывает глаза, тяжело дыша и двигая бедрами. Я двигаю рукой и наклоняюсь вперед, вбирая всю его длину в рот, постепенно отстраняясь. Я делаю это неоднократно, подвожу его к краю.
— Блядь, — стонет он.
Я делаю это снова и снова. Драко кладет руку мне на затылок и, надавив, опускает мою голову вниз, заставляя задыхаться от его огромной длины. Он не отпускает, пока я не чувствую, как он выпускает свою горячую сперму мне в горло.
Все его тело вибрирует, низкий стон наполняет спальню, пальцы все еще запутаны в моих волосах.
— Проклятье, niñita, — бормочет он, когда я снова облизываю головку его члена, убеждаясь, что он полностью чист. Я поднимаю голову, и Драко проводит большим пальцем по краю моих губ. — Мне нравится то, что может сделать твой хорошенький маленький ротик.
Раздаются громкие шаги, все ближе и ближе, а затем настойчивый стук в дверь. Драко поспешно отстраняется от меня, нахмурив брови, и я сажусь, наблюдая, как он совершенно голый вскакивает с кровати и идет к двери.
— Я же говорил не тревожить меня раньше семи, Патанса, — огрызается он, распахнув дверь.
— Шеф, это важно, — говорит она, и ее голос звучит серьезно. Я с трудом сглатываю, прижимаясь спиной к мягкому изголовью кровати. — Если бы мы могли справиться с этим самостоятельно, мы бы так и сделали, но не сейчас. Тебе нужно увидеть самому.
Он стоит мгновение, а затем отступает, оглядываясь на меня через плечо. Я отвожу взгляд в сторону окна, проглатывая чувство вины.
— Хорошо. Дай мне минуту.
Драко закрывает дверь перед ее лицом и идет в гардеробную. Берет боксеры, джинсы и футболку, и одевается в считанные секунды. Надевает пару коричневых мокасин, которые каким-то образом хорошо сочетаются с нарядом, а затем проводит пальцами по волосам, направляясь к двери.
— Не покидай эту комнату. Скоро вернусь.
Он закрывает дверь прежде, чем я успеваю заговорить. Я на цыпочках подбегаю к двери и прикладываю к ней ухо, слушая, как Патанса быстро говорит на своем родном языке, когда они идут по коридору.
— Его там нет, и мы не можем найти его нигде на территории поместья. Я отправила Саймона и Диего на лодке искать его, на случай, если он взял одно из ваших каноэ, и еще отправила новых охранников в город, чтобы найти его. Цепи выглядят так, будто их перерезали, Шеф. Как будто кто-то сделал это за него. Держу пари, это был гребаный Тьяго. Нельзя было позволять ему оставаться здесь. Ублюдку нельзя доверять.
 
Драко ругается себе под нос, и после этого я больше ничего не слышу.
Мои глаза широко распахнуты, когда я расхаживаю по спальне. Я должна вести себя нормально. Меня не волнует, если он обвиняет Тьяго. Это уберет его из этого дома. Драко уже не доверяет ему. Это была бы глазурь на торте — более чем достаточная причина, чтобы избавиться от него.