Ненависть и наслаждение (ЛП)

— Думаю, что ты поймешь. А сейчас успокойся и поспи. Тебе надо отдохнуть.
Он начинает поворачиваться ко мне спиной, перекатываясь на бок.
— Подожди, Драко, — зову я так тихо, что меня едва можно услышать.
Он замирает, но не оглядывается.
— Что?
Я ненавижу, что прошу об этом, но не могу иначе. Это нужно сделать. Нет пути назад.
Нужно сделать его моим.
Я принимаю. Я принимаю. Я принимаю.
— Ты можешь... обнять меня? Только на сегодня. На всякий случай...
Когда мой голос замолкает, слышу его ответ:
— Никто не придет сюда, чтобы причинить тебе боль, Джианна, — уверяет он меня. — Больше никогда.
— Я знаю, но... пожалуйста? — упрашиваю я, и он переворачивается, глядя прямо мне в глаза. Он смотрит некоторое время, его карие радужки мерцают от лунного света, но когда он видит слезы, появившиеся в уголках моих глаз, то вздыхает, качает головой, а потом протягивает руку.
Он приглашает меня без слов, и я скольжу к его теплому, скульптурному телу. Он до сих пор пахнет своим пряным одеколоном. Аромат подходит ему. Теплый и воздушный. Как брызги океана и пальмы, и капля цитрусовых нот.
Драко выдыхает, и я могу сказать, что ему некомфортно держать меня так близко. Чувствую, как мое сердце бьется рядом с его, а рука плотно обернута вокруг его талии.
Я как ребенок, цепляющийся за своих родителей. Отчаявшийся. Нуждающийся во внимании и ласке.
Теперь нет никого, у кого я могу получить это, поэтому возьму у Драко.
— Чего бы ты ни захотела, я обеспечу это, — говорит он.
— Знаю, — зеваю я и чувствую, как мои глаза закрываются. Тело ощущается, как мертвый груз, мои веки настолько тяжелые, что я не смогла бы открыть их, даже если бы попыталась.
— Но ты ведь привык к этому, — бормочу я — Привязанность... от твоего пленника.
Я чувствую его движение и думаю, что он смотрит на меня сверху вниз. Но не могу быть в этом уверена.
— Ты никогда не была мой пленницей, Джианна, — говорит он.
Это последнее, что я слышу, прежде чем проваливаюсь в сон.
  
Глава 2
 
Восстановление. День второй
Я слышу океан.
Чувствую бриз.
Тихонько переворачиваюсь, руки по-прежнему тяжелые, голова болит. Я смотрю в сторону открытого окна на яркое, пылающее солнце, сверкающее своими золотыми лучами. Солнечный свет охватил всю эту сторону спальни.
Переворачиваюсь снова и сажусь. Простыни в беспорядке, одеяло свисает с матраса. Я тру глаза, прогоняя сон.
До сих пор чувствую себя истощенной.
Мое тело словно накачано свинцом.
Я виню таблетки, которые он дал мне, но все же должна признать, что чувствую себя лучше. Мне не снились сны или какие-то кошмары. Я спала без сновидений и чувствую себя достаточно отдохнувшей.
Встаю с постели и иду в ванную, чтобы воспользоваться туалетом.
Как только сажусь, слышу скрип открывающейся и закрывающейся двери спальни.
— Драко? — зову я, заглядывая за угол.
Ответа нет.
Быстро заканчиваю и выхожу из ванной. Вернувшись в спальню, выдыхаю с облегчением. Неудивительно, что никто не отвечает. Это одна из его служанок. На ней надеты наушники. Она напевает, пока заправляет кровать.
Я делаю шаг в ее сторону, и когда она замечает меня, то вздрагивает, прижимая руки к груди.
— Ой, извините! Сожалею! Я бы не вошла сюда. Я думала, вы завтракаете. Мне очень жаль.
Она опускает голову, пятясь к двери.
— Пожалуйста, пожалуйста, не увольняйте меня. Пожалуйста, не говорите Шефу. — Она говорит все это на испанском языке так быстро, что я почти не могу понять.
Я поднимаю успокаивающе руку, качая головой.
— Нет, все хорошо, — бормочу я, — я ничего ему не скажу. Вы делаете свою работу. Не волнуйтесь.
Я посылаю ей утешительную улыбку.
Она как будто удивлена, услышав это, но расслабляется.
— Мне нужно идти, — говорит она, хватая ручку двери и быстро выбегая.
Я слегка растерянно наблюдаю за захлопнувшейся дверью.
Подхожу к двери, открываю ее и выглядываю из-за угла, прежде чем пойти по коридору. Я все еще одета в одну из футболок Драко и его баскетбольные шорты.
 
Уверена, что мои волосы в беспорядке, потому что я не высушила и не расчесала их после ванны. Я чувствую утреннее дыхание на своем языке. Мне нужно немедленно освежиться.
Вхожу в комнату, в которую впервые была отправлена, когда была доставлена сюда, и закрываю за собой дверь. Я нахожу приличную одежду и быстро одеваюсь, а затем иду в ванную, чтобы почистить зубы. На скорую руку прихорашиваюсь. Драко прислал Хуаниту наверх в середине ночи, в то время, как я была немного не в себе и под таблетками.
Я помню укол иглы, когда она вновь сшивала мою рану, но не более этого. Все остальные воспоминания о прошлой ночи туманны. Предполагаю, что Драко устал смотреть на ущерб, который был нанесен мне.
Это было ясным напоминанием о том, что он меня подвел.
Я смотрю в зеркало и понимаю, что мое лицо выглядит гораздо хуже, чем ощущается.
Вся правая сторона опухшая и синего цвета. Я выгляжу отвратительно, и на долю секунды мне хочется плакать.
Мое лицо.
Мое тело.
Моя жизнь.
Я не знаю, должна ли чувствовать гнев или другой прилив эмоций, которые не могу контролировать, но не чувствую ничего. Ощущаю пустоту и это ужасает меня гораздо больше, чем чувства. Опустошение пугает меня, потому что я знаю: когда на самом деле что-то почувствую, я буду не в состоянии это контролировать. Я не смогу контролировать свои действия. И, скорее всего, пожалею об этом.
Я осторожно выхожу из спальни, оглядываясь по сторонам. Слышу, как пылесосят и подметают. Слышу голоса людей, которые непринужденно болтают. Я знаю, что это служанки. Но я чрезмерно подозрительна, на самом деле, ко всем, кроме Драко.
Когда достигаю нижней части лестницы, смотрю направо, в столовую. Я вижу Драко, стоящего рядом с французскими дверями. Он стоит спиной ко мне, держа руки за спиной, а кто-то находится прямо перед ним.
Он тихо разговаривает.
Я медленно иду вперед, пытаясь заглянуть за него, чтобы увидеть человека, но не могу. Приблизившись, я слышу, как он говорит.
— Ты не кормишь их. Не говоришь с ними. Если они скажут тебе хоть что-нибудь вообще, ты укоротишь их чертовы языки. Не будь снисходительным и не верь тому, что они говорят. Я доверяю тебе, Диего, — мягкий и плавный акцент Драко доносится из столовой.
Я делаю шаг в сторону, продолжая подслушивать.
— Франческа говорит, что она не знала о том, что они планировали, — говорит Диего. — Она говорит, Бэйн пообещал ей, что если она трахнется с ним несколько раз, он поможет ей сбежать и пересечь границу.
Драко выпускает горький смешок.
— Не верь ни единому слову, что говорит эта лживая сучка. Скажи ей, что я займусь ею в ближайшее время.
Когда он говорит это, я выхожу из-за угла. Диего, один из охранников, видит меня и его глаза округляются. Он не говорит ни слова. На самом деле, он отводит взгляд так быстро, что это кажется почти нереальным.
Драко изучает мою одежду.
— Ты выглядишь сегодня лучше, niñita (исп. малышка).
— Ты врешь, — бормочу я. — Я видела свое отражение в зеркале, и оно отвратительно.
Он протягивает руку.
— Иди. Садись. Я скоро буду.
Кивнув, я иду к соседнему с его стулом месту. Сажусь, придвигаю свой стул к столу и беру кусочек бекона. Я жую его, но не чувствую вкуса.
Черт. Даже мои вкусовые рецепторы онемели.
К тому времени, как я медленно дожевываю первый кусочек и проглатываю его, Драко отпускает Диего и подходит к своему месту. Он садится, придвигает стул, а затем поднимает стакан с водой.
 
— Он наблюдает за ними? — спрашиваю я.
— Пока что да.
— Почему они до сих пор живы? — спрашиваю я и знаю, что он слышит волнение в моем голосе.
Драко берет салфетку и вытирает свои губы.