Демон в полдень (СИ)

Мы с Сашкой переглянулись и разом приблизились к гению, встав за его спиной по правую и левую стороны. Парень скосил глаза на меня, потом посмотрел на кучу мусора и одним движением смахнул все на пол. А после просиял улыбкой, гостеприимно предложив:
— Присаживайтесь.
Я проследила за последней медленно спланировавшей вниз бумажкой от конфеты «Ириска» и вежливо отказалась:
— Я постою.
— Крот, у нас мало времени, — напомнил Сашка, сердито сведя брови у переносицы.
— Да, да, — отозвался парнишка, положил руки на клавиатуру и затараторил, одновременно быстро стуча по клавишам, — вот, смотрите, что я нарыл. Та музыка, о которой вы спрашивали, — быстрый взгляд на меня, — это звуковое сопровождение, которое включается, когда открывается сайт «Минорити». Я вышел на него через одну ссылку, оставленную на анонимном форуме. Пришлось долго покопаться, но я нашел!
Последние слова Крота были адресованы Сашке, на которого он посмотрел с радостью и ликованием.
Не понимая смысла происходящего, я внимательно следила за происходящим на экране, где с калейдоскопической скоростью закрывались и открывались окна. Всплывали сообщения, мелькали картинки, появлялись и исчезали какие-то символы. До тех пор, пока все не замерло. И мы увидели главную страницу весьма паршивенького любительского сайта, оформленного в стиле, навеивающем ностальгические воспоминания о первом десятилетии двухтысячных годов, когда в моде были эмо и готы. Простая визуальная картинка, максимально примитивная навигация, слабенький интерфейс. В комплексе все это наводило на мысль о том, что сайт изначально задумывался как узкоспециализированная платформа для общения единомышленников. И судя по всему, уже давно являлся заброшенным. Хотя, если ресурс все оставался жизнеспособным, значит, кто-то все это время оплачивал доменное имя.
— И в чем заключается невероятное открытие? — вкрадчиво поинтересовалась я. — Сайт, который, если судить по дизайну, застрял во времени?
— Смотри, — сказал Крот и подвел указатель мышки к правому верхнему углу.
Повисло молчание. Кто-то что-то понимает? Может быть, да, но точно не я. Я видела лишь картинку небольшого размера — круг из спирали, похожей на символ ДНК, внутри которого расположилась звезда. Лично мне она напоминала Розу Ветров, некогда популярное у моряков изображение, обозначавшее путеводную звезду, которая, если верить преданиям, еще и служила оберегом. Однако в этой звезде было что-то неправильное, искаженное, но что именно я не могла понять.
— Любопытное сочетание символов, но что здесь криминального? — не выдержала я гнетущей тишины, от которой веяло кладбищенским духом.
— Этот знак был изображен на одной из стен на последнем месте взрыва, в кинотеатре. Что интересно, многое пострадало от огня, но конкретно эту часть здания огонь не тронул, хотя именно там пламя бушевало сильнее всего, — сухо ответил мне Санька. — Владелица развлекательного бизнеса экономила на всем, на чем могла и на пожарной безопасности в том числе, а потому здание вспыхнуло, как спичка и полыхало так, что весь квартал был в дыму.
— А есть картинка? — спросила я и наклонилась ниже, оперевшись рукой о край стола.
— Пожара? — повернулся ко мне компьютерный гений и уткнулся физиономией в область моего декольте, которое образовал вырез достаточно открытой майки. Замер, затаив дыхание, а после поднял голову вверх, и мы оказались лицом к лицу так близко, что при желании я могла бы сосчитать веснушки на его носу.
— Нет, картинки на стене, — пропела я, улыбнувшись ласково, как улыбаются тихим душевнобольным.
Мальчишка как-то резко выдохнул и вернулся к компьютеру. Еще несколько быстро заданных с помощью клавиатуры командных комбинаций и на мониторе вспыхнула фотография, сделанная на месте трагедии.
Я внимательно всмотрелась в цифровой снимок и то, что удалось рассмотреть производило гнетущее впечатление. Покрытая копотью стена, на которой болтаются какие-то обгоревшие ошметки, некогда бывшие, видимо, частью декоративной обшивки. Часть обвалившегося потолочного перекрытия. Куски арматуры, торчащей откуда-то из угла, который не попал в кадр. И, словно вишенка на мрачном торте, приготовленным самой Смертью, тот самый знак, выведенный неаккуратно и криво, припорошенный серой бетонной пылью, но все же не узнать его было невозможно.
 
— Ты был прав, — пробормотала я, легонько стукнув парнишку тыльной стороной ладони по предплечью. — Эти знаки одинаковые, один в один до последней линии.
Возможно показалось, но кажется, после моих похвальных слов, юное дарование выпрямилось и даже стало сидеть ровнее, перестав спиной изображать вопросительный знак.
— А чем он нарисован? — я тоже выпрямилась и посмотрела на Сашку, неопределенно махнув рукой в сторону фото на экране.
— Кровью, — лаконично ответили мне.
Я приподняла бровь.
— Интересно. И чьей же?
— А вот это уже хороший вопрос, на который следует поискать ответ. У нас есть видеозапись с камер наблюдения. Видеооборудование было повреждено в момент взрыва, но кое-что все-таки вытащить удалось. Крот, покажи, — распорядился Сашка, и парень мгновенно подчинился.
И мы увидели запись. Хотя ребята явно ознакомились с ней еще до моего появления, а, следовательно, «представление» давалось на бис и исключительно дня меня.
Это была черно-белая видеозапись, смонтированная явно из разных кусков. Съемка велась внутри кинотеатра. Вот на экране появился мужчина, одетый в темные штаны, возможно джинсы, и такую же темную ветровку. Подробнее рассмотреть было невозможно, так как качество видео было удручающим. На голову незнакомец набросил капюшон, за спиной болтался большой рюкзак.
Судя по углу обзора, запись была сделана камерой на первом этаже, установленной сразу за входными дверьми. Парень стоял в двух шагах от билетных касс, нервно переминался с ноги на ногу и все время поправлял на плече свою ношу. Вокруг передвигались люди, в правом верхнем углу была видна часть экрана, транслировавшего какую-то рекламу, а рядом с экраном — настенные часы. Время — двенадцать ноль пять.
— Сейчас он купит билеты на сеанс, начинавшийся в двенадцать пятнадцать и сразу же направится к залу, — пояснил Крот, не оглядываясь и явно только для меня. И действительно, парень шагнул к окошку, постоял возле него две минуты, а после отошел уже с билетом, зажатым в руке. Не оборачиваясь и не снимая капюшона, будущий преступник направился к коридору, располагавшемуся по левую сторону от касс, где и исчез.
— В коридорах камер нет, поэтому следующие кадры мы получили уже из зала, — опять только для меня проговорил Крот, — но из коридора по дороге к залу есть несколько помещений — женский и мужской туалеты, подсобное помещение, где уборщицы хранят свой инвентарь, а также двери черного хода.
— Согласно заверениям директора, которого на момент взрыва не было в городе, — подключился к объяснениям Сашка, а Крот, тем временем, нажал на паузу, — черный ход заколотили еще прошлой весной, так как сотрудники бегали через него на задний двор курить. Но вот кассирша, ранее работавшая в этой конторе и уволившаяся за три недели до случившегося, утверждает, что ход хоть и заколотили, но сделали это коряво. То есть, просто прибили поперек двери две фанерные доски. Но человек, который это делал не учел, что дверь открывается не во внутрь, а наружу. А потому все просто подныривали под эти доски и продолжали бегать на задний двор, из которого есть выход на проспект. Директор об этом знал, но так как приказ приструнить работников поступил от хозяйки, которую тот терпеть не мог, то просто закрывал на все глаза.
— Ну был еще один выход, куда народ дымить бегал, и что? — я пожала плечами.
— А то, — поправил очки Сашка, которые непонятно зачем носил, так как я точно знала, что у него отличное зрение и очки ему нужны были, как мне портянки, — что Белов, который подвел итог своей жизни таким вот нестандартным способом, прибрав с собой еще сотню человек, имел первую группу крови с отрицательным резус-фактором.