Гувернантка (СИ)
Чувствуя, что нахожусь на грани обморока, я еще раз обежала весь двор, заглянув под каждый куст и в каждый уголок. Кровь пульсировала в висках, отдаваясь болью при каждом ударе сердца.
Маши нигде не было. Две мысли, как грешника на сковородке, обжигали мозг – с ребенком что-то случилось и меня убьют. Оставалась одна призрачная надежда на то, что Машуля прошла незамеченной в дом и где-то притаилась.
Как на казнь, я вернулась в гостиную. Губы не слушались, и поэтому я только шепотом смогла выговорить страшные слова.
- Алина Сергеевна! Нужно поискать Машу в доме. Ее нет во дворе.
Я уже приготовилась к тому, что она сейчас вцепится в истерике мне в волосы. Но главное, найти ребенка.
- Что значит нет? – нарисованная бровь выгнулась хищной дугой.
- Я вернулась на площадку, а Маши там нет. Во дворе я все осмотрела. Нужно глянуть в доме.
- Ну смотрите, это ваша работа.
Пофигизм ее понятен – со двора ребенку, действительно некуда. Она так считает. А я знаю, что случилась беда, но до этой курицы еще не доходит.
Я понеслась в комнату Машули, заглянула в шкафы, под кровать. В одиночку искать по дому, обшаривая все закоулки – это до ночи занятие. Я вдохнула и задержала дыхание, пытаясь усмирить панику. Раз. Два. Три. Четыре.
Наконец, туман в голове рассеялся, и я стала соображать. Камеры! Как же можно быть такой дурой?!
- Алина Сергеевна! Мы должны посмотреть по камерам. Я не могу найти Машу, - твердо сказала я.
- Что значит, не можете найти? – взвизгнув, наконец, проявила реакцию Алина. – Где моя дочь?
- Давайте посмотрим по камерам, - с упрямостью ослика, повторяю я.
- Какие камеры? Я еще позавчера сказала мужу, что они не работают! Ищи мою дочь! Иначе я тебе на всю жизнь в тюрьму упеку! – уже не сдерживаясь, заорала она.
- Давайте поищем вместе, вдруг она в какой-нибудь шкаф забралась и ей стало плохо?! – едва не теряя сознания от волнения, опять пытаюсь призвать ее на помощь.
Алина схватила телефон.
- Александр, немедленно возвращайтесь домой! Сейчас не до банкета! Нянька потеряла Машу!
- Если б вы меня не отвлекли, я б ее не потеряла, - я все-таки нахожу в себе силы сделать замечание. Хотя какая разница, кто виноват. Главное, найти Машулю. Я содрогнулась от ужаса, представив испуганное личико малышки, застрявшей где-нибудь.
Однако долго быть в неведении не пришлось. Даже не гром. Настоящее стихийное бедствие.
Звякнул смс-кой телефон Алины.
- Ты тварь! Убирайся немедленно из нашего дома! Пока ты ворон ловила, нашу дочь похитили! И теперь требуют миллион долларов выкупа!
Я стекла по стеночке. Этого не может быть! Но голова еще как-то пыталась соображать, несмотря на то что ноги не держали и перед глазами все расплывалось.
- Но полиция должна прежде всего меня допросить! Как я могу уйти?! – несмотря на оскорбления, я обязана остаться. И даже выдержать ярость Руслана. И возможно, он-то меня и выгонит. Но я должна собрать мозги в кучу и максимально помочь полиции.
- Какая полиция?! Ты совсем идиотка?! Не знаешь, что бывает с жертвами похищения, если вмешивается полиция?! Мы продадим все, лишь бы спасти дочь. Поэтому убирайся немедленно, чтоб через десять минут и духу твоего не было! – ее слова сыпались на меня, словно отрезвляющие оплеухи.
Произошло что-то уму непостижимое. Но сейчас и, правда, лучше убраться, пока не вернулся Руслан и еще не добавил.
Пусть немного остынет, я позвоню и все объясню. Но скорей всего, он согласится с требованиями похитителей. Я бы точно согласилась. Продала бы последнее, лишь бы исключить малейший риск. А вот захочет ли слушать меня…. Это вопрос.
На негнущихся ногах я побрела в свою комнату. Не глядя, сгребла все вещи и снова оказалась за воротами.
Тревога за Машулю разрывала мозг, который упорно не желал воспринимать ситуацию. Выбрав ближайший хостел, я вызвала такси.
«Все будет хорошо! Все обязательно будет хорошо!» - я твердила спасительные аффирмации, чтобы хоть как-то быть в адеквате. Я даже не заметила, как мы добрались до места.
- Приехали! – вырвал меня из оцепенения водитель. Выгрузил мою поклажу и пожелал хорошего дня.
Слова прозвучали как насмешка. Я думала, что все плохое, что может произойти, уже произошло. Ан нет. Я, наверно, служу Музой- вдохновительницей для Судьбы, когда она экспериментирует с наказаниями.
Оформив номер, я забралась на кровать с ногами. Обхватив руками коленки, я начала раскачиваться, как большая красная неваляшка – одна из немногих моих игрушек детства. Наверно, в этом раскачивании есть что-то глубинное, успокаивающее. Ведь малышей качают, и они упокаиваются. Колыбель – тоже рассчитана на этот гипнотизирующий, релаксирующий эффект.
Понемногу я стала приходить в себя. То, что произошло, имело какие-то странности, которых мой воспаленный мозг просто не видел. Значит, нужно посмотреть с другой стороны. Например, глазами Алины. Она зовет меня в дом и мурыжит минут десять, пока я уже не начинаю рычать. Эти отчеты ей никогда не были нужны. По меркам их расходов – это копейки. Потом ей звонят «с работы», и оказывается, чеки и не нужны. Хочешь – не хочешь, но подумаешь, что она специально меня удерживала. Дальше. Все, что она орала, было вызвано не тревогой за дочь, а ненавистью ко мне.
И странным образом накануне перестали работать камеры, а вызвать мастеров она могла и сама, не дожидаясь Руслана. Потом – ни одного свидетеля, что она сама вызвала меня в дом. Всех отослала, а Степаныч за своим стуком и наступление марсиан проморгал бы.
Калитка не на «бабушкинской» защелке, а открывается или из дома, или брелоком. А их всего четыре. У Руслана, у Алины, у меня, и у Шурика. Если допустить, что у Шурика на рынке украли, и пока они там ходили по фермерским точкам, злоумышленники помчались к нам в дом и выкрали Машулю именно в тот момент, когда никого рядом не было. И тут же прислали Алине сообщение. А номер узнали еще по пути… Бред сивой кобылы.
И еще, пораскинув мозгами и успокоившись, я поняла, что тревога за Машулю улеглась. Не знаю, как, но я это чувствовала. А это значит, что…
Этому может быть только одно объяснение...
Глава 30
Алина сама открыла калитку. Это раз. И тот, кто похитил девочку, ей знаком. Находим круг подозреваемых. Полина. Сразу минус- с ней Машуля не пойдет. А все… Только домашние. Шурик и Кладвдия вместе – и обое недолюбливают Алину, значит, в сговор с ней не вступят. К тому же у нее нет таких денег, которые перебили бы страх перед законом и Русланом. Лена. Взяла отгул среди недели. Ну почему бы и нет. Но я в совпадения не очень верю. Хотя…Руслан ей тоже свернет шею, если что. Какая –то мысль еще вертелась в голове, но не давала ухватить себя хотя бы за хвост.
Сейчас, наверно, все уже дома. Позвонить Руслану? Нет, он сейчас рвет и мечет, и наговорит мне такого, что буду опять реветь в три ручья. Тем более, когда человек напуган и взвинчен, трезвые мысли сразу в голову не придут. А пока налицо один факт. Никто не видел, откуда украли Машулю. Возможно, Алина скажет, что уезжала, а я опять, несмотря на ее предупреждения, повела ребенка в дикий лес. И потеряв ее, тут же сбежала. Или же я сама открыла калитку и впустила похитителей. Свидетелей – то нет! И еще хитросделанный ход – не обращайтесь в полицию. Минимальная возможность реального похищения, но есть, поэтому полиция - это не вариант.
Черт! Надо хотя бы узнать, что там происходит. Шурик! Набираю номер и шепотом, как шпион, спрашиваю:
- Шурик, надеюсь, ты понимаешь, что я здесь не при чем?
- Да, бабуля, сейчас перезвоню.
Ого! Шурик в деле. Через пару минут он и, вправду, перезвонил.
- Яна, тут такое! Хозяин изрыгает огонь. И похоже, еле сдерживается, чтоб не оттаскать барыню за волосы. Кричит, что если она здесь замешана, он ее размажет по стенке, потом остатки соберет на совок и закопает на заднем дворе