Алекс и Ливия (СИ)
Алекс практически перестал питаться и уже исхудал так, что не был похож на себя самого. Бледный, измученный, со впалыми щеками, он отказывался восполнять свои силы, желая только оставаться рядом с любимой. Время от времени он запирался с ней в каменной раке и погружался в сон.
Дни сменяли друг друга ничем не отличаясь. С момента переливания крови прошло уже больше двух недель, и надежда с каждым днем таяла у всех, кроме Алекса. Выйдя из склепа взглянуть на надвигающиеся тучи, Алекс присел на скамейку у входа. Вспоминая как он с Ливией проводил время в лесном домике он заснул. Сквозь марево сна его разбудил сильный гром или стук. Придя в себя, и стряхнув с одежды налетевшие с деревьев листья, внимательно вслушавшись, он понял, что эти звуки доносятся из склепа.
Глава 20. Возвращение домой
— Снова, да вы издеваетесь? Только не это, только опять не это. Ну пожалуйста, ну почему? — закричала я в отчаянии. — Я больше не вынесу этого, сколько ещё?
Вокруг было темно, ни капельки света. На ощупь сверху и сбоку запертое пространство. Открыв глаза я начала щупать руками воздух, трогать всё вокруг. Но на ощупь всё было другим. За эту кучу возвращений я уже наизусть помнила и тактильные ощущения и размеры самого гроба. В этот раз всё изменилось. Не было ткани, только холодный камень и места стало больше, гораздо больше. Я даже смогла вытянуть свои локти.
«А это прогресс, мне выделили гроб побольше, еще тысяча возвращений и дадут целую комнату», — пытаясь себя успокоить рассмеялась я.
Я начала стучать и толкать крышку. А затем я закричала.
— Алекс, Алекс! Да что же это за дурацкое испытание? Я не могу больше, да когда же это прекратиться, пожалуйста останови это! — я кричала, стучала и била ногами о каменную крышку. И вдруг крышка сама начала отодвигаться, а на меня сверху смотрел Алекс, мой Алекс. Я замерла на секунду не поверив своему счастью приоткрыв рот и уставившись на него. Он был худющий, впалые щёки, черные как уголь глаза, синие мешки под глазами, выжат как лимон, его печальные тоскливые глаза смотрели на меня в упор. Выскочив из каменного плена я повисла на его шее, уткнулась носом и губами и обвилась вокруг как змея.
— Алекс, — прошептала я еще сильнее прижимаясь.
— Девочка моя, — сказал он крепко сцепив на мне свои руки.
— На сколько меня хватит перед тем как я опять вернусь обратно? — произнесла я ему на ухо через несколько минут молчания и нежелания нарушать трепетный момент воссоединения с любимым. Прилипнув губами к шее Алекса чуть ниже уха я ощутила как он обнял руками мою талию и притянул как можно ближе к себе. Ответный поцелуй в шею не заставил себя ждать, затем его нос зарылся в моих волосах.
— Куда обратно? — в недоумении тихо спросил Алекс?
— Обратно в гроб.
— В какой гроб?
— Ты со мной, теперь ты дома. — уверенно утверждал он. — Сейчас ты придешь в себя, любимая, все хорошо.
— Алекс, ты не понимаешь, я возвращаюсь обратно, меня возвращают, я не знаю что это, не знаю как, но я все это проходила уже много раз.
— Все это время ты была здесь со мной, — довольно сообщил он.
— Что? Здесь с тобой? — обескураженно спросила я.
— Да. Видимо это было только в твоей голове, — сказав это он дотронулся пальцем до моей головы. Это был сон Ливия, ты перерождалась и всё, что происходило, было в этом сне.
— Не понимаю. Ты похоронил меня, на маленьком кладбище в родном городке, так?
— Да.
— А сейчас я в Лондоне?
— После похорон я перевёз тебя сюда, в Лондон. Ты находилась здесь все эти недели, я был рядом с тобой, а всё, что ты видела, это был переход, пока твое тело не напиталось нужным количеством крови ты не могла регенерировать и вернуть своё сознание, требовалось время и много крови. Видимо, ты приняла слишком маленькую дозу, этого было недостаточно для перерождения. Я понял это слишком поздно, когда уже привез тебя сюда. Обычно переход занимает три-пять дней, а у тебя прошло уже три недели. Дай мне осмотреть тебя, — и он разжал свои руки выпустив меня из объятий. Внимательно стал осматривать мое лицо, глаза, взял мои руки в свои и разглядывал пальцы, затем шею.
— С виду всё хорошо, но нам нужно понаблюдать, будут ли последствия длительного перехода.
— Какие последствия?
— Пока не знаю.
— Ты утверждаешь, что всё, что со мной было? — удивленно заглянула я ему в глаза. — Но я чувствовала всё, я же…
— Это твоё подсознание.
— Но это было так реально.
— Расскажи?
— Я просыпалась в закрытом гробу под землей в своей могиле и выбиралась оттуда, шла домой к родителям, собирала вещи в рюкзак, была в лесном домике, полетела в Лондон на самолете, чтобы найти тебя, приехала в замок, еле нашла его, затем пришла на кладбище и возвращалась в гроб снова и снова, много раз. Алекс, я думала, что сойду с ума, я боюсь вернуться туда снова. Ущипни меня? — вместо этого он нагнулся, взял рукой мой подбородок и поцеловал в губы.
— Так лучше? — произнес он выпустив мои губы из своих и встретившись взглядом.
Я довольно кивнула.
— А ты встречала там меня?
— Ни разу.
— Потому что это не было реальностью, а только твоим воображением.
— А если я сейчас выйду отсюда и все будет так как в моем сне?
— Это невозможно, ты не просыпалась до этого, а сейчас проснулась, — он обхватил меня одной рукой за талию, прижал голову к своей голове, а другой рукой начал гладить по волосам будто пытаясь успокоить бушующую во мне тревогу.
— Мне страшно Алекс, что всё повториться! — он приблизился к губам и сказал:
— Всё хорошо любимая моя, жизнь моя, теперь всё хорошо, — крепко прижался и поцеловал снова.
И тут я заметила, что на мне не та одежда, которую я надевала дома, ни джинсы, ни футболка, и линзы в глазах я уже не ощущала. На мне было кремовое легкое летнее короткое платье, даже не то кружевное, в котором я лежала в могиле, а другое, новое, такое я не видела никогда.
— Теперь мне нужно знать, и это очень важно, чью кровь ты приняла перед смертью? — прервал разглядывание мною своего наряда Алекс.
— Твою, — последовал облегчённый выдох Алекса и снова он прижал меня к себе.
— Умница, ты даже не представляешь какая ты у меня умница.
— Представляю.
— Я думал, что потерял тебя навсегда, что больше никогда тебя не увижу, я думал, что это конец. Я не должен был оставлять тебя, я расслабился, перестал быть рассудительным, наши отношения смягчили меня, сделали счастливым, а от этого я забыл про врагов, которые только и ждут, чтобы навредить мне. Я должен был быть рядом с тобой, — расстроенно произнес Алекс. — Прости меня…прости, — он взял мою руку и трепетно коснулся губами кончиков пальцев.
— Откуда у тебя моя кровь? — став снова серьезным спросил он.
— Ты дал мне кровь для спасения Аманды, помнишь? Так получилось, что у нее после половины выпитой пробирки началась тошнота и чуть не появилась рвота. Ты тогда сказал, что здесь больше чем ей нужно, поэтому я подумала, чтобы не рисковать, что у нее всё полезет назад, ей половины должно хватить. Что осталось я сохранила и спрятала в холодильнике у нас в спальне. Вечером, после твоего отъезда, я услышала грохот на первом этаже и почувствовала опасность, будто интуиция подсказала мне, я выпила кровь на всякий случай, затем пришел Маркус.
— Маркус! — гневно прорычал Алекс, его глаза загорелись яростью и наполнились кровью, а кисти рук сжались в кулаки.
— Он сказал, что должен сделать тебя таким же несчастным, каким ты сделал его, он долго ждал возможности для мести и теперь пришло время исполнить её и она будет очень сладостной.
— Получается для меня было мало крови и поэтому я не могла выбраться, — решила я перевести тему, чтобы отвлечь и успокоить Алекса.
— Для перерождения нужно больше, чем для восстановления. Видимо твое перерождение было через сон, в котором ты искала меня, а когда нашла, то закончила перерождение. У всех вампиров оно происходит по своему. Пока я перевозил тебя в Лондон мы потеряли много времени. Если бы я заметил раньше, то дал бы тебе кровь раньше.