В шаге от тебя (СИ)

На этот раз я задавала темп и двигалась так, как мне хотелось: медленно и глубоко, задевая правильные точки. Ник не двигался и тяжело дышал, будто сдерживал себя и свои руки из последних сил. В момент, когда я стала скользить лишь по головке, не опускаясь ниже, Ник не выдержал:
— Бля, все, пардон. Не могу держать руки вдали от сексуального тела.
Хрипло рассмеялась, но уже через миг смех сменился стоном, ладони сжали пышную грудь, а пальцы ласкали соски до легкого экстаза. Все мое тело звенело и искрилось. Пело! Это так… упоительно. Одной рукой Ник потянулся к клитору и, могу поспорить, что на его губах появилась дьявольская улыбка. Оргазм накрыл внезапно лишь от двух-трех трений грубой кожи на пальце по нежной клитора. Я затряслась и с писком повалилась на грудь мужчине, он сразу продолжил толчки, только теперь они были жесткие и быстрые, от которых напрочь срывало башню.
Мы круто изменили положение, теперь я лежала на животе, сразу чуть приподняла попку, Ник без проблем проник, не помогая себе рукой, настолько я была влажная и скользкая до сих пор. Эта поза… едва толчки возобновились, как весь мой мир перевернулся с ног на голову. Проникновение стало глубже и интенсивнее, словно мужчина нашел те самые заветные кнопки, распаляющие во мне упоение.
— Боже… — простонала, чувствуя, как внизу живота отчаянно ноет, а тело горит в агонии.
— Это всего лишь я, малыш.
Все… если у меня окончательно не снесло башню, как назвать то, что произошло? Закричав, ощутила, как резко и сильно стали сокращаться мышцы, до потемнения перед глазами. Все тело, каждая мышца на нем, казалось, напряглась, а затем резко расслабилась, оставляя медовое послевкусие. Легкость и парение…
Ник зарычал над ухом, ловя свое облегчение и дико пульсируя внутри. Он так долго дергался, что мне стало казаться, не плохо ли ему?
— Ты из меня все соки выпила, чертовка, — высказался, тяжело дыша. — Выдоила до последней капли.
Повалился рядом и молчал. Да и я не знала, что сказать. Устала и, кажется, даже провалилась в дремоту. Проснулась с трудом, Ник снова издевался над моим бедным телом, а оно вновь ожило под натиском страстных губ и жадных рук. Безумие продолжалось целую вечность, но я уже не могла ни на чем сфокусироваться, просто позволила себе и ощущениям плыть по течению.
  
Глава 4
 
Глава 4
Простонала и попыталась открыть глаза, но тщетно. Боже, моя голова… Да она сейчас расколется орехом на две части. Медленно и с болезненным стоном разлепила глаза, сразу уставилась потерянным взглядом в стену. Когда я успела сделать ремонт и перекрасить ее в серый цвет? И белая мебель, с виду явно не дешевая — не моя. Плазма на стене нереальных размеров… Боже, куда я попала и где мои вещи?
Нахмурилась, схватилась за голову и попыталась вспомнить, что произошло вчера. Так, день рождения, мы с девчонками приехали в клуб, веселились… а, эм… а дальше? Вот хоть убей — пустота.
Мне понадобилось добрых пять минут, чтобы хоть как-то собрать мысли в кучу. Я ведь в квартире не одна, значит… Обернулась и мгновенно зажала рот рукой, успела предотвратить неминуемую катастрофу. Не поверила сразу своим глазами, моргнула и даже протерла их, но ничего не изменилось.
Какого черта я в постели с… парнишкой? Всматриваясь в черты лица паренька, память начинала потихоньку прорываться сквозь толстые стены боли. Помню, как официант выкатили торт, а в нем сидел стриптизер. А потом я… я… бурно трахалась с молоденьким парнишкой.
— Ой, мамочка, — тихо проворчала себе в ладонь.
Не понимала своих эмоций в эту минуту. От первичного шока и страха болезненно скрутило живот, но… я прислушалась к себе, стараясь игнорировать головную боль. Почему мне так… легко во всем теле? Слишком хорошо, надо сказать! Так странно и потерянно я давно себя не чувствовала, даже не понимала, что делать теперь. Как себя вести.
Потянулась к лицу Ника (неожиданно, но я вспомнила его имя), осторожно убрала челку с глаз и снова чертыхнулась про себя. Нет никаких сомнений — ему от силы лет двадцать. Кожа идеально гладкая, светлая, никаких морщинок, пухлые губки, на которых застыла задорная мальчишеская улыбка. Ну, вот просто по лицу все понятно — он еще зеленый прыщ! Может даже, ему двадцать два, но что это меняет? Сколько я выпила, что приняла паренька за уже состоявшегося мужчину? Надо уносить ноги, пока ситуация не переросла в катастрофу.
 
Еле выбралась из одеяла и сбросила ноги с кровати, взгляд сразу зацепился за использованные презики. Четыре штуки… Четыре, ё-моё! Так, спокойно, Окси, не нервничай. Ты ведь не насиловала парнишку, он сам охотно пошел и вытворял с твоим телом…
Зажмурилась и тряхнула головой. Не хочу вспоминать, хочу забыть! Но как, блин, это забыть, когда все тело настолько легкое и расслабленное, что хочется петь?
Еле встав на ноги, тихо потопала в коридор и увидела еще один презерватив. Пять…
Пока натягивала трусики, поморщилась от жалящей боли меж ног. А как ты хотела, Ксю? Пять раз! Как я еще не умерла от сердечного приступа, диву даюсь. Дурацкий стриптизер, чтоб тебя молнией шандарахнуло!
Вообще, кое-что не вязалось. Ради любопытства прошлась по коридору, насчитала четыре комнаты. Не стала в них заглядывать, но уже и так по элитному ремонту было ясно — тут живет богатый человек. Разве стриптизеры столько зарабатывают нынче? Может, я не ту профессию выбрала?
Увидев приоткрытую дверь в ванную комнату, мне до жути захотелось принять душ или хотя бы ополоснуть лицо, но не рискнула. Посмотрела на себя в зеркало, что висело в коридоре, и тяжело вздохнула. Кое-как пальцами причесала волосы, порадовалась, что мне нанесли водонепроницаемый макияж, даже ничего не размазалось.
Поискала сумочку, она валялась на полу около входной двери. Так, мобильник и деньги на месте, уже хорошо. О! И ключи в замке оставлены, идеально. Тихонько отворив, выскользнула из квартиры и помчалась прочь.
Улица ранним утром пустовала, я прошла через несколько домов и только спустя время облегченно выдохнула. На углу здания увидела адрес, вызвала себе такси.
Голова все еще ужасно гудела и, могу поспорить, что от меня несет перегаром. Да и плевать. По сравнению с тем, что я вытворяла ночью — это цветочки.
Оказавшись у себя в квартире, облегченно выдохнула и сразу скинула с себя платье, поплелась в душ. До сих поверить не могу… Может, это была не я, а алкоголь во мне? Да, так думать проще. Я бы по трезвому никогда даже не взглянула в сторону стриптизера! Ни на молодого, ни на старого. Не говоря уже про секс с ним.
Кофе и сладости помогли мне прийти в норму. В кавычках. Итак, что мы имеем: я безработная, тридцатилетняя почти разведенка, у которой вчера потек котелок. Миленько. Кажется, самое время завести тридцать кошек для полного счастья, чтобы не сдохнуть от одиночества.
Я уж было собралась звонить Милке, но увидев, что еще только восемь утра, передумала. Прошлась по сообщениям из соц. сетей. Среди длинного списка увидела одно единственное от Стаса:
«Пустилась во все тяжкие?»
Со злостью швырнула телефон на стол, не жалея его. Муж что-то видел или это просто моя бурная фантазия разыгралась? Нет, точно, не мог Стас ничего знать про сриптизера… А, значит, речь просто о праздновании в клубе. Вот козел! Да почему же в тебе столько желчи, Стас? Почему нельзя было просто написать хотя бы короткое: «С ДэРэ!»
Бодрость от кофе резко упала, я махнула на все рукой, забрала мобильник и улеглась в кровать. Сама не заметила, как провалилась в глубокий сон.
* * *
Казанцеву до ломоты в костях не хотелось просыпаться, но сматр трезвонил уже во второй раз, раздражая до чертиков. Ник резко подскочил на постели, оглянулся. Черт!
— Ксю? — крикнул на всю квартиру, а в ответ услышал оглушающую тишину.
Бля, ну, не могло же ему присниться? Перекинулся через кровать и заметил использованные презики там, где оставил их ночью, растянул довольную лыбу. Не приснилось. Но, че-е-е-рт! Снова сбежала, поганка! Нет, не поганка. Сексапильная штучка. Черт возьми, у него еще никогда не отключался мозг, и он не приводил девиц прямиком к себе домой. Это всегда было его табу, не хотел светить адрес. Знал, что потом неминуемо будут таскаться к нему и днем, и ночью. Виснуть мартышками на шее. Но с этой малышкой все было иначе.