Единственная для князя. Как долго я тебя искал (СИ)

— Конечно! — не поняла иронии Дарья. — Марфа вон по математике подтянулась и с черчением дела на лад пошли. Учитель похвалил даже за старание. А Милка наша в кружок театральный записалась, как ты и советовала. Теперь хоть не боится у доски отвечать.
— А ты?
— Что? Я? — картинно уставилась девица, захлопав глазками. — У меня и так все хорошо! Нечего меня перевоспитывать. Хватит уже болтать. Идемте, а то к раздаче опоздаем, будем потом в последних рядах стоять.
Девушка первой выскочила в коридор, хлопнув дверью. Снаружи как раз послышались такие же хлопки и топот каблучков.
— Врет! — шепотом пояснила Милка. — С ней прежде никто вместе жить не хотел. Из-за кошмаров! — Я удивленно вытаращилась на брюнетку, и та со вздохом пояснила. — Кричала сильно по ночам, металась, спать никому не давала, вот ты и забрала ее из жалости. Но Дашка гордая — ни за что не признается, что это ты помогла от кошмаров избавиться.
— Я? Каким образом? — удивилась.
В учебе подтянуть — одно дело, но справиться с ночными кошмарами — совершенно другое. Тут же специалист нужен, не то, что я.
— Вы идете или нет? — Как оказалось, Григорьева никуда не ушла и стояла под дверью, будто знала, что о ней разговариваем. На Милку зыркнула так, что та невольно съежилась и опустила глаза в пол.
— Да, конечно, — улыбнулась дружелюбно. — Покажешь, где столовая? А то проголодалась так, что живот сводит.
— Разумеется, — девушка кивнула и направилась к лестнице.
Мы пристроились следом, вливаясь в общий поток. Однако окончательно слиться с ним не получилось. Многие оглядывались на нас, перешептывались, а то и откровенно обсуждали мое возвращение. Нашлись и такие, кто смотрел враждебно. Неужели кому-то дорогу перешла? Когда только успела?
— Это кто? — украдкой спросила Милу насчет фигуристой девицы с иссини черными волосами.
— Полина Малевская, — шепотом ответила девушка. — У них с Глебом любовь была. Полька жутко его к тебе ревновала.
— Погоди, Глеб — это, который?..
— Да! — подтвердила худшие опасения Реутова. — Погиб он, а накануне они крепко поссорились. Девочки говорят, Полька тебя винит в его смерти, а еще плачет ночами.
— Меня? Я тут при чем? Сама чудом выжила, — опешила от неожиданности.
— Тем и виновата, что вернулась, а он — нет. Полина так и сказала: лучше бы Аську сто раз убили, чем моего Глеба. Зоя Матвеевна, как услышала, тут же ее отругала и наказание назначила. Но ты же знаешь Польку! Ой! То есть, теперь уже нет, — осеклась, вспомнив о моей проблеме. — В общем, держись от Малевской подальше, она не скоро успокоится.
Для меня не стало откровением, что в женской среде есть место конфликтам. Подспудно чего-то такого ожидала. Дух соперничества, столкновение характеров, гормоны и переходный возраст в жестких рамках правил и общественного мнения должны где-то находить выход. Удивляло меня собственное восприятие ситуации, характерное для взрослого человека, а не для молодой девицы.
— Аська! — Дарья двинула локтем в бок. — Глянь, к тебе Гончаров идет.
Я подняла глаза, рассматривая приближающегося молодого человека. Широк в плечах, но по-юношески стройный, форма сидит идеально, в глазах светится упрямство и желание бросить вызов.
— Кто такой? — шепотом уточнила у девочек. — Что ему вдруг понадобилось?
— Из дворянчиков он, — успела шепнуть Милка. — Везде и во всем любит быть первым. Осторожнее с ним.
— Доброго дня, барышни, — поздоровался молодой человек, при этом глядя на меня и демонстративно не замечая остальных. — Как ваше самочувствие, Анастасия Трофимовна? Говорят, доктор Гельберг вас с того света вытащил? — проявил удивительную осведомленность.
— Доброго! — поздоровалась в ответ. — Приятно, что вы обеспокоены моим здоровьем, э… Олег Анатольевич. — Мила вовремя подсказала имя одноклассника. — Физические показатели в норме, иначе меня бы так быстро не выписали. Если это все, более вас не задерживаю.
По-хорошему, тут бы парню и уйти, но он ведь не за этим подошел. Мое здоровье, очевидно, интересовало его в последнюю очередь. К нашему столу гимназиста привело любопытство, жажду которого разделяли присутствующие в столовой ученики. Тишина вокруг воцарилась гробовая.
 
— Не все, Анастасия Трофимовна. Нас интересует, как погибли наши товарищи, — озвучил Гончаров истинную причину.
— И не только вам нужны подробности, — я задумчиво пожевала нижнюю губу, решая, стоит ли во всеуслышание заявлять о проблеме с памятью. Пожалуй, не стоит, это личное и никого больше не касается. — Однако я не вправе отвечать на подобные вопросы. Если не согласны, обратитесь в Следственный комитет, занимающийся расследованием преступления, — пресекла возможные возражения на корню.
Нацепив натянутую улыбку, парень молча поклонился и отошел от стола.
— Почему ты не рассказала, что ничего не помнишь? — украдкой поинтересовалась Дарья.
— А он бы поверил? — вопросительно вскинула бровь и обвела взглядом растерявшихся девчонок. — Вот и дальше пусть думает, что хочет. А вы помалкивайте, это же тайна следствия. Вам ли об этом не знать!
  
Глава 3
 
Остаток дня прошел в знакомстве с гимназией и учебным распорядком. Девочки охотно поделились конспектами, а я с изумлением поняла, что эта информации уже мной изучена. Стоило освежить знания, как я без труда порешала задачки, предназначенные для самостоятельного выполнения. Еще одна странность? Но какая полезная! Возможно, в прошлом у меня были хорошие учителя? В гимназию я поступила уже после смерти отца, но до этого ни в каких учебных заведениях не числилась. Специально уточнила у соседок по комнате, известно ли им что-нибудь об этом.
— Так, это не удивительно, — ответила Дарья. — В зажиточных семьях начальное образование дети получают на дому. Особенно, если ребеночек одаренный родился, то сызмальства родовые секреты перенимает. Собственный маг в семье — это достаток и обеспеченная старость родителям, вот и стараются дать ему лучшее, да к дому покрепче привязать.
— А, если маг появился в бедной семье, которой неоткуда взять денег на образование?
— Таких отдают в специальные школы для одаренных, содержание которых оплачивается из имперской казны. — Девушка тяжело вздохнула. — Потом они на государственной службе обязаны определенное количество лет отработать, куда распределят после окончания академии. Маги империи необходимы, вот и создают для них условия, поддерживают. Даже такие недомаги, как мы, тоже стране нужны. Раз уж не можем полноценные заклинания творить, то приспособили для другого дела. Не пропадать же добру!
В интонации Григорьевой просквозили нотки горечи, подоплеку которых я сразу не поняла. Поэтому уточнила:
— Что ты имеешь в виду? В каком смысле, не пропадать?
— А в таком, что век видоков недолог, — девушка болезненно скривилась. — Никто заранее не знает, насколько тебя хватит. Может, пару месяцев на службе протянешь, или пару лет. Если выдержишь подольше, то либо сопьешься, либо превратишься в неврастеничку.
— Ого! — Я как стояла, так и присела. Чуть не упала, промахнувшись мимо кровати, успела схватиться руками за край и медленно сползла на пол. — Это отчего же такую незавидную судьбу пророчишь?
— Пророчу? — зло рассмеялась Дарья. — Вот уж ни разу такого не делала! Не дано мне в будущее заглядывать. Это не пророчество, а беспощадная статистика, о которой старательно умалчивают.
— Но почему?
— Потому что мы — недомаги, которым нет места среди магического сообщества. И среди обычных людей нормальной жизни нам тоже не видать. Мы видим и чувствуем больше, чем остальные, и это в итоге выделяет нас из толпы. А среди соседей обязательно найдется тот, кто донесет на тебя в полицейскую Управу.
— С тобой так и произошло? — сообразила я, на что девушка только поджала губы и отвернулась, пряча слезы застарелой обиды.