Единственная для князя. Как долго я тебя искал (СИ)

Значит, это я? — Прошибло ледяным потом. — Меня ведьма избрала вместилищем? Выходит, не зря я утаила неприглядную правду от канцлера и сестры?
Я не замечала слез, бегущих по щекам. Кривилась только, что расплывается лицо Кости, спешащего ко мне.
Интересно, он догадывался? Знал? Наверняка предполагал. А ведь Зорин меня не убьет! Скорее ведьме позволит уничтожить полмира, чем завершит ритуал, как положено.
Баночка с составом, которым рисовали руны, стояла неподалеку. Я схватила ее, обмакивая палец в красящую смесь и вычерчивая на лбу нужный символ. Жених сразу догадался, зачем это нужно, и бросился ко мне бегом.
— Ася, не смей! — Перехватил у границы второго круга, впился пальцами в плечи и встряхнул. — Не делай этого, прошу! Не надо. Любимая, не нужно, пожалуйста. Мы найдем другой способ. Договоримся. И ты будешь жива. Прошу, останься со мной.  Мы уедем и будем вместе, всегда. С тьмой или без, я люблю тебя так, как никого и никогда не любил.
— Костя, ты так и не понял? Я. Тебя. Не. Люблю! — произнесла, глядя ему в глаза, и с силой оттолкнула от себя, одновременно делая шаг назад.
Я лихорадочно искала, чем порезать палец, чтобы активировать ритуальный круг. Заодно об амулетах вспомнила, которые будут защищать. От кого? От самой себя? Глупо! Стащила браслет и кинула на землю. Следом упали подвески, серьги и пуговица… пуговица разломилась в руке, так сильно ее рванула. Край у обломка острый, его хватило, чтобы поцарапаться и выдавить капельку алой жидкости.
— Настя, не-ет! — Костя, застывший в ступоре после моих слов, очнулся, с ужасом провожая взглядом падение маленькой капли. — Нет! — рванул ко мне, но нас разделил ослепительный столб света, в котором я вспыхнула факелом.
  
Глава 22
 
Нестерпимый палящий свет проникал в каждую клетку, заставляя закипать в жилах кровь. Но она тут же охлаждалась маслянистой массой, расползающейся черными кляксами из внутреннего источника, и сковывала тело могильным холодом. Одновременно с этим кто-то безжалостный атаковал сознание, проникая внутрь ледяными щупальцами. Разрушал воспоминания и поглощал их, заменяя своими — гадкими, полными страданий и худших человеческих кошмаров. В этой неравной битве я проигрывала. Ведьма кусочек за кусочком уничтожала меня и заполняла собой. Я уже отчаялась спастись и только из чистого упрямства барахталась и сопротивлялась распространению тьмы.
Все изменилось в одно мгновение. Меня окутало ослепляющим сиянием, будто кто-то сильный пришел на помощь и крепко обнял, забирая боль и одним своим присутствием внушая, что все будет хорошо. Взамен надо только довериться и принять эту помощь, чтобы уничтожить проклятую тьму. Конечно же, я открылась и всем существом потянулась к человеку, подарившему шанс на спасение. Вместе мы расправились с ведьмой, развеяли каждое гнилое воспоминание, а после лавиной света смели черную мерзость и загнали тьму туда, откуда она пришла. В потаенную часть бессознательного, образовавшуюся одновременно с моим появлением на свет и оттого незаметную, прикрытую щитом беззаветной материнской любви.
— Выходит, я родилась такой? С тьмой, способной вырваться в любой момент? — с грустью осознала неприглядную истину. — Значит, я и есть чистое зло, от которого нужно избавиться? Или посадить в клетку и держать там до конца жизни?
Не хочу уподобляться Акулине, превращаться в Мару или еще кого-нибудь похуже. Что за жизнь ожидает впереди? В страхе? В постоянном ожидании, что темная часть завладеет мной? В одиночестве? — меня захлестнуло отчаянием и нежеланием мириться с горькой участью, что уготовила судьба. — Конечно, я привыкну со временем, буду искать способы победить тьму, бороться с собой. Я ведь не подозревала прежде, что ведьма так глубоко проникла в сознание. Если бы не ритуал, я бы до последнего пребывала в неведении и не сумела бы ничего противопоставить темной силе, реши она завладеть мной.
 
— Кто вы? — мысленно обратилась к тому, кто незримо присутствовал рядом и стал свидетелем душевных терзаний. Впрочем, я и так уже догадалась. — Вы не устали меня постоянно спасать, Алим Осипович? Неблагодарное это дело, я ведь еще за прошлый раз задолжала. Мне жизни не хватит, чтобы расплатиться.
— Нисколько не устал. — Меня окутало согревающим светом мощной энергетики князя. Его слова мягко проникали в сознание, убаюкивали и вселяли ощущение крепкого надежного плеча. — Смысл моего существования в том, чтобы служить императорской семье, стоять на страже интересов и защищать всеми возможными способами.
— Сестра несомненно достойна такого верного друга и помощника. Нина рассказывала, что не раз спасала вам жизнь, а взамен вы принесли клятву служения. Выходит, вытаскивая меня из лап смерти, вы возвращаете старые долги? — Нашла объяснение, почему князь постоянно оказывается рядом, когда нужна помощь, и загрустила. Я всего лишь непутёвая родственница великой императрицы. — Что же, примите искреннюю благодарность. Рада, что оказалась полезной. Впредь я не доставлю беспокойства.
Я закрыла сознание невидимой стеной, выстраивая ее заново, как умела. Канцлер и так узнал мысли, какими никто не делится с малознакомыми людьми. В девушке интересна загадка, а я предстала перед князем «обнаженной». С многочисленными недостатками, грузом проблем, наивным восхищением его талантами и разочарованием, что он никогда не обратит внимание на такую, как я. Если раньше нас разделяла стена неравного социального положения, то сейчас — пропасть безграничной любви князя к императрице. Обидно, что я даже в мыслях не позволяла себе думать об Алиме, как о привлекательном мужчине. Не подавала виду, не реагировала на комплименты и проявление знаков внимания. Это ведь банальное любопытство, вежливость, долг — что угодно, только не то, чего бы мне хотелось на самом деле. И вот теперь ему открылись мои сомнения, страхи и тайные желания. Да я от стыда сгорю рядом с ним!
Я вернулась к пугающей реальности, распахнув глаза и уставившись на опаленного огнем князя Леви. Он держал меня на руках, а во взгляде отражались отблески горящих вокруг костров.
— Спасибо, — просипела, заливаясь краской и мечтая провалиться куда-нибудь. — Вы снова меня спасли. Простите, что я сразу не рассказала о ведьме.
— Асенька! — протянув руки, ко мне ринулся Зорин. Вцепился клещом, выдирая из объятий канцлера. — Какое счастье, что ты жива! Я чуть с ума не сошел, думая, что снова потерял тебя.
— Снова? — переспросил Алим Осипович, вклиниваясь между нами и оттесняя видока в сторону. — Молодой человек, а не вы ли довели Анастасию Константиновну до столь плачевного состояния?
— Мы не представлены! — Костя вмиг ощетинился, прожигая князя колючим взглядом. — Но будет вам известно, что мою невесту зовут Анастасия Трофимовна Молчанова, а то, что тут произошло, семейное дело.
— Я — великий князь Леви-Зельман, и ничуть не ошибся, называя княжну Забелину настоящим именем. Все, что касается семьи Забелиных, я считаю личным делом. А вы, мало того, что обманом вовлекли княжну участвовать в темном ритуале, так еще подвергли ее жизнь опасности. Да по вам каторга плачет! Кстати, обручального кольца на Анастасии я не наблюдаю. Значит, она расторгла помолвку прежде, чем участвовать в этом… ритуале.
— Но я действовал исключительно по настоянию Анастасии Трофимовны, — возмутился бывший жених. — Ее решение разорвать помолвку было спонтанным. Асенька действовала из благородных побуждений. Защищала меня, догадываясь об исходе ритуала. Со стороны могло показаться, будто мы делали что-то плохое, но это не так. Ася, скажи ему!
— Алим Осипович, он говорит правду, — подтвердила слова Зорина. — Это я попросила Константина Алексеевича подготовить место и помочь с проведением ритуала. Вы ведь прочитали мысли и теперь знаете обо мне все! — Признав это вслух, ощутила, как заполыхали щеки. — Я только хотела уничтожить Мару, пусть даже ценой собственной жизни.