Единственная для князя. Как долго я тебя искал (СИ)

— Позвольте я поухаживаю! — Канцлер поспешил подойти ко мне. — Не обращайте внимания на странности этого молодого гения. Когда Ромка в таком состоянии, его лучше не трогать. Присаживайтесь! Что вам подать? Омлет? Может, блинчиков желаете? У нас тут пять видов начинок приготовлено.
Ошеломленная знакомством с такой оригинальной личностью, я молча кивала, соглашаясь на все, что предлагал князь. И также молча опустошила тарелку. Разговор с мужчинами не клеился, зато с Инни мысленно поболтали о всяких мелочах.
Ну а после настало время волшебных подарков. Сестра не обманула, что Ромка увешает меня артефактами, как елку. Тут и сережки с записывающими кристаллами, и пуговичка, которую нужно оторвать, если попаду в беду. Удивил и защитный артефакт с встроенным амулетом исцеления в виде браслета. Его мастер лично надел на мое запястье и активировал вместе с иллюзией, которая делала украшение невидимым для окружающих. Еще подарил шкатулку для магической почты, одноразовый портал в виде колечка, похожего на тот перстенек, что перенес меня сюда. Каменную пирамидку с подвижной верхушкой, которая накрывала защитным куполом любое помещение. И это только обязательные артефакты, без которых даже из дома не рекомендовалось выходить! А были еще бытового назначения, обеспечивающие комфорт: согревающие, охлаждающие, убирающие грязь с одежды, очищающие тело, если вдруг оказалась в стесненных условиях.
Как недомагу, большинство вещей из тех, что у одаренных считались обыденными, мне были недоступны. Например, быстро высушить волосы после купания или одежду после дождя. Разжечь огонь в камине или подогреть остывшую еду. Взбодриться после бессонной ночи и не заболеть, промочив ноги на улице. Я чувствовала себя восторженным ребенком, у которого разом исполнились все желания, загаданные в течении нескольких лет.
— Спасибо, Варфоломей Никитич! — поблагодарила мастера за королевские подарки. — Я и не мечтала даже о подобных артефактах. Вы настоящий кудесник, раз способны создавать такие удивительные вещи.
— Ну, что вы! Не стоит благодарности, — смутился молодой человек. — Это же так, на первое время, пока я не сделаю индивидуальную защиту. Но для этого необходимо пройти процедуру принятия в род. Позже мы подберем природный накопитель, усиливающий ваши способности, и уже на его основе сделаю что-нибудь особенное. Хочу сказать, что рад вашему появлению и буду счастлив называть сестрой, как и Нину.
— А у меня никогда не было брата, да еще такого талантливого. До сих пор тянет ущипнуть себя и проснуться. Но я не делаю этого из страха выяснить правду и узнать, что ничего этого не происходило на самом деле.
Попрощавшись с князем Полозьевым, который умчался порталом воплощать свои гениальные идеи, настал и мой черед уходить.
— «Придешь к нам еще?» — спросила Инни, повиснув у меня на шее.
— «Приду, если пригласите, — пообещала девочке. — Сама не умею преодолевать большие расстояния, а живу далеко отсюда».
— «Скажу папе, чтобы почаще тебя приглашал», — заявила малышка со всей серьезностью.
Для переноса мы с князем отправились в специальную комнату, где был установлен стационарный портал. Я прежде не подозревала, что такие существуют, и ничуть не удивилась, узнав, кто создал такое чудо. Варфоломей на основе способностей Нины перемещаться тропами разработал гигантские артефакты, соединяющие точки выхода в единую сеть. Например, из Ирбисово портал вел только в столицу, а уже оттуда в другие части империи.
Сеть порталов соединяла между собой крупные города, а сами артефакты устанавливались в юридических конторах Кальмана. Но лишь единицы пользовались этим способом преодоления расстояний. Большинство не подозревали даже о самой возможности перемещения. Индивидуальные порталы по-прежнему требовали много денег. Для их изготовления требовалась драгоценные камни и магия мастеров-портальщиков. Чем чаще я соприкасалась с новым миром, тем больше удивительных открытий поражали мое воображение. В голове не укладывалось, как такое возможно, перед завтраком прогуливаться в заснеженном лесу Зауралья, а после оказаться в центре Московии. Меня княжеское поместье поразило роскошным убранством, а что говорить о столичном особняке?
 
Слуги уже ожидали нашего появления и подготовили на выбор четыре варианта зимней одежды. Судя по этикеткам, новой, только доставленной из модного салона. Ну, как тут выбирать неискушенному человеку? Я прежде не подозревала, что бывают вещи подобной красоты. Разве что видела похожие издалека, на женах или дочерях провинциальной аристократии. А где в этом появляться мне? В гимназии? Или в полицейском участке?
— Анастасия, что вы решили? — Канцлер отвлек от созерцания и мучительного выбора, а я посмотрела на него беспомощно, не зная, что ответить. — Неужели, ничего не понравилось? Вы не стесняйтесь! Если что-то не подойдет, вернем в лавку. С этим не возникнет проблем.
— Вернете? — Расстроилась, испытывая жгучее желание обладать шубкой серебристо-голубого меха и кашемировым пальто с соболиной оторочкой, мантильей с золоченым кантом и стеганой подкладкой, модной пелериной с капюшоном. — Жаль! В жизни не встречала ничего подобного.
— То есть, вам понравилось? — уточнил мужчина.
— Конечно! Вы еще сомневаетесь? Только эти вещи не по карману гимназистке Молчановой. Если я появлюсь в такой одежде, возникнут вопросы, домыслы…
— Ясно! — Князь тряхнул головой и потер пальцами переносицу. Затем подхватил пелерину и накинул ее мне на плечи, бросив слугам: — Остальное запаковать и отправить багажом по адресу… ммм, позже пришлю адрес. Все, Анастасия. Идемте! Нас уже ждут.
Подхватив меня под локоток, повел к портальной площадке. Через минуту мы уже знакомились с управляющим конторой Кальмана в Воронеже Львом Соломоновичем Гольдманом.
— Гад, чгезвычайно гад знакомству! — Вызвал невольную улыбку картавым говором худощавый мужчина с черной бородкой.
— И я рада с вами познакомиться, Лев Соломонович! — С осторожностью ответила на рукопожатие, ожидая реакции на перчатки. Но ее не последовало, что сразу расположило меня к человеку. — Расскажите скорее, как там Дарья Григорьева? Когда ее отпустят?
— Я ознакомился с матегиалами дела и уже подал ходатайство об освобождении из-под стгажи в виду откгывшихся обстоятельств.
— Каких же?
— Ну, как же? Пгежде дело гассматгивалось в мещанском ведомстве, а тепегь, согласно вашему статусу, пегедано в двогянский суд. И здесь уже господа убиенные выходят пгеступниками, замыслившими згодеяние пготив хозяев и их гостей согласно показаниям двогянина Зогина и вашим. Освобождение Ггигогьевой — вопгос бумажной бюгокгатии, но мы его обязательно гешим.
— О! Это замечательная новость! Спасибо вам большое. А можно увидеться с Дарьей? Она ведь пятый день томится в тюрьме, без поддержки.
— Думаю это можно устгоить, — ответил управляющий после недолгого размышления. — Пгедлагаю сначала опгеделиться с жильем, я уже пгисмотгел несколько вагиантов, а потом вместе отпгавимся в Упгавление. Мне к одиннадцати назначено. Думаю, вам пгиятно будет сообщить подгуге новость об освобождении.
На княжеском паромобиле мы проехались по адресам, где сдавались квартиры, подходящие для одинокой девушки. Мне понравился флигель, примыкающий к дому помещицы Гурьяновой в Никитинском переулке. Двухэтажная пристройка с гостиной и летней кухней на первом этаже и спаленкой с кабинетом — на втором. Отдельный вход позволял приходить и уходить, когда вздумается, не беспокоя хозяев. А для частных визитов Степанида Васильевна любезно предоставляла чайную гостиную собственного дома. Мы вроде проживали под одной крышей, соблюдая приличия, и в то же время не мешали друг другу. Раз в неделю в комнатах наводила порядок служанка, а на кухне всегда имелась свежая еда.
Алим Осипович одобрил мой выбор и предупредил, что сегодня же флигель оснастят магической защитой. Оформление договора, разумеется, ложилось на плечи господина Гольдмана. Далее вместе со мной канцлер прокатился до Управления Следственного комитета, намереваясь лично переговорить с Лутецким Степаном Аверьяновичем. Тайны тайнами, но высшему руководству следовало знать, что теперь я не безвестная гимназистка, а княжна, за жизнь которой они несут ответственность. Также князь намеревался известить о моем статусе полицмейстера Богушева и директора гимназии Савушкина.