Явь (СИ)
Варя в последний раз оборачивается посмотреть на родителей, и во взгляде ее ничего не меняется, они все так же весело проводят время. Ее отсутствия никто не замечает, как и ее присутствия. Что ж, но если сегодня Варя найдет себе приключения, то этот день действительно будет ее днем.
Нежный прохладный голосок продолжает напевать, становится все громче и громче, влечет пересечь черту зеленого неизведанного леса. Теперь, когда Варвара так близко, она может разглядеть могучие темные стволы сосен и сплетения, похожие на паутину из мелких веток и стволов молодых деревьев. И все эти непролазные ветви громоздятся непроходимой стеной, как же кто-то может оттуда петь? Варя проходит вдоль стены вправо и влево, старается найти, где голос громче. Вдруг ее глаз касается что-то маленькое и белое, движется ближе навстречу, присматривается. Теперь очертания становятся понятными и ясными взгляду, у изогнутого старого дуба стоит девочка.
Чуть помладше Вари, заметно худее и бледнее ее. Каштановые волосы девочки распущены, слегка потрепаны ветром, лежат на худых плечах. В темных больших глазах отражается Варя, и в них она тоже кажется худее и бледнее обычного. Белое, праздничное платье, каких Варя еще нигде не видела. Она игриво улыбается Варе, а Варя, совершенно искренне улыбается ей.
— Привет! — кричит Варя.
Девочка в ответ ей машет рукой, манит за собой и бежит дальше по тропинке, в чащу.
Думается Варе, что это резвый порыв к новой дружбе. Друзей у Вари немного, и заводить новых она совсем не умеет, но когда ей удается завязать дружбу, начинается все именно с игры. До Вари доносится звонкий смех, и вот девочка совсем близко, рука почти дотягивается до белого платья, но в очередной раз она проворно прячется за деревьями и меняет направление бега, исчезает за одним деревом и появляется за другим. Варя смеется ей в ответ и не отстает, раз за разом находит ее снова. Варя даже не замечает, как далеко убегает от пляжа. Воздух совсем не хочет задерживаться в легких, в боку колит, и ноги изранены колючками. Варя останавливается на секунду, громко и глубоко дышит, осматривается. Деревья, земля под ногами, небо, все одинаковое, неприметное, и тропинка, по которой бежали девочки, давно покинута. От ветра все живое вокруг шуршит и гремит, громко хрустят дерущиеся ветки. Варины глаза пытаются зацепиться за ориентир или лучик света посреди крон. Сердце бьется быстро, кружится голова, в глазах плывут темные пятна. Над ухом вдруг раздается прозрачный нежный детский голосок. Девочка оказывается совсем рядом.
— Не бойся.
Она улыбается, тоже устала, держится за дерево, немного подрагивает.
— Меня зовут Варя, а тебя как?
Девочка в ответ лишь неохотно, почти незаметно пожимает плечиками, одаривая Варю ласковой беззаботной улыбкой. Варя всматривается в ее лицо, темные глубокие, не по возрасту задумчивые, глаза, ожидая ответа. Проходит время, но девочка так и не подает голоса, лишь с интересом обменивается неоднозначными взглядами. Чувствуя неловкость и смущение, Варя отворачивается и продолжает разговор.
— Давай еще поиграем, только там, — Варя указывает рукой куда-то за спину, — на пляже. Бабушка будет ругаться, если узнает, что я была тут.
— Не бойся, мы недолго, пойдем играть, — с улыбкой отвечает девочка, — идем, — она жестом манит Варю рукой, и та покорно идет за ней.
Нельзя ссориться сразу, как нашел друга. Наблюдая за тем, как уверенно передвигается девочка в белом платьице, Варя убеждается, что лес хорошо ей знаком. Они еще долго бегают по умудренным запутанным тропам, прячутся за деревьями, догоняют друг друга. Девочку в белом платье догонять очень сложно, и все же один раз Варе удается ее коснуться. Девочка ускользает из-под пальцев навеянным холодком, похожим на весенний сквозняк, как тонкая, неподдающаяся пальцам ткань. Может быть, она чем-то больна, может быть замерзла, от того и бледна.
— А ты знаешь дорогу обратно? — уже с опасением спрашивает Варя, прикрикивая девочке вдогонку, голос ее эхом раздается между стволами деревьев. По ощущениям, время течет так быстро, и каждая потерянная минута — это час, будто солнце уже садится. Варя сильно беспокоится, сердце ее бьется не в такт собственному дыханию.
Вдруг снова из ниоткуда, как в ответ на ее вопрос, раздается переливчатый певчий голос взрослой женщины. Все та же песенка, услышанная на берегу, продолжается, заставляя Варю покрыться тревожными мурашками. Варвара вздрагивает, оборачиваясь то туда, то сюда, в поиске источника звука.
— Мама, — вдруг пищит голос удивленной девочки, и песня сразу же умолкает. Белое платье срывается с места и бежит дальше, Варя бежит прямо за ней. Спустя сотни веток и стволов с колючками, сливающихся в одну кучу, они наконец оказываются на небольшой поляне, рядом с берегом маленького озера.
Во влажных и вьющихся, между листьями редких деревьев, лучах, слегка присев на зеленое от мха бревно, гладит свои темные волосы молодая женщина. Она так же бледна. Длинное, не подходящее к месту почти прозрачное голубое платье. Женщина оборачивается на детей и вздрагивает от удивления. Еще секунда и на лице ее отражается широкая улыбка. Белые, ровные зубы, притягивают к себе взгляд.
— Здравствуйте! — пищит Варя.
— Здравствуй… — негромко и почти прозрачно звучит ответ, — как зовут тебя? — уже чуть громче отдается в ушах.
— Варвара, — чересчур громко и неловко звучит Варя.
Женщина медленно и плавно поднимается с бревна, подходит ближе, становятся заметны ее босые ноги. Она заглядывает прямо в глаза маленькой Вари, и та чувствует глубокий и темный холод внутри себя. Голова безвольно кружится, сердце бьется еще сильнее, точно вырывается наружу. Голос проваливается куда-то глубоко в пятки и даже писк не выдавливается. Женщина плавно приближается, расстояние между ними стремительно затмевается тенью. Варвара пятится назад, стоять на ногах становится тяжело, они будто стеклянные, заплетаются и отказываются куда-либо идти.
— Не бойся, все будет хорошо, девочка, ты больше не одна, — тихо, холодно, как прозрачной вуалью, звучит женский голос, и не в ушах, а в висках, по всему телу бежит вибрацией.
Женщина садится на корточки прямо возле Вариных ног, плавно берет ее лицо в свои ладони, будто успокаивая. Ледяные хрупкие руки, крепко сжимающие детское лицо, сливаются с тем поселившимся глубоко внутри холодом. Теперь Варе грезится, что по всему лесу плетется иней и озеро покрывается коркой льда.
Варвара пытается еще что-то сказать, вырваться из беспощадно нежных и убивающих рук, но слова обрывочно вылетают из ее рта, и звучат только неразборчивые бессмысленные слоги. А женщина все не отрываясь смотрит ей в глаза, и в их тьме тающее и синеющее от холода лицо маленькой девочки. Варины веки становятся тяжелее с каждой секундой. Пронзающий холод забирает оставшиеся капли сил, мышцы в теле становятся мягкими, безвольными веревками. Становится тяжело вдыхать воздух, он обжигает легкие.
— Все хорошо, спи спокойно, — ее голос льется в самые уши, но в тоже время будто растворяется в воздухе, как соль в воде.
Варя проваливается в пустоту, в ту глубокую холодную тьму внутри себя, и в ней сердце бьется все медленнее и медленнее…
В голове бьется, как рыба об лед только одна мысль: «Мне нужно к маме! Надо обратно! Как вернуться к маме?! МАМА!», эта тревога доходит до пика, появляются силы, и она рывком отталкивается от тьмы всем своим телом, кричит во весь голос: «МАМА!» Тело перестало быть ватным, мышцы оживают, отдавая тупой болью. Она резко подымается вверх. По голове тут же бьет что-то жесткое и тяжелое. Болезненный звон. Звуки поезда. Просто сон.
***
Железная ножка раскладного стола. Сползающий полосатый матрас. Клубы пыли на сером полу. От звона в ушах помогает стук колес поезда, заглушает и успокаивает. Варя медленно и бережно кладет голову на подушку, тихо ругается в пустоту. Переворачивается на спину. Слышит голос скрипучий соседки по койке: