Принцесса Кики (СИ)

– Это шантаж, – отозвался демон. – Вам должно быть стыдно.
– Я жду.
– Ну пожа-а-а-алуйста! – Ромион ушам своим не верил, но демон действительно взмолился: – Я же самое интересное пропущу!
– Брысь!
– Ладно…
Пауза.
– Ты всё ещё здесь, и я тебя по-прежнему вижу.
– А так?
– Если ты сейчас же… – Виллинда не закончила и улыбнулась, повернувшись к Ромиону. – Прекрасно. Теперь можем разговаривать. Скажи-ка мне, король, что ты знаешь о своей супруге?
Ромион нахмурился.
– Что она Чёрная ведьма и полудух. Что у неё гадкая привычка превращать людей в лягушек и пауков. Что она морозит комнаты, когда злится. Ещё она хотела вернуть зло в наш мир, шантажируя Виолу.
– Великолепно! – восхитилась Виллинда. – Ты всё это знаешь и всё ещё от неё не избавился?
– Она любит меня, – пробормотал Ромион. – Я не желаю делать ей больно…
– Любит! – захохотала Виллинда. О, Чёрная ведьма умеет хохотать: кровь в жилах стынет. – Любит, значит? А тебе известно, чем она занималась до тех пор, как… полюбила тебя?
– Она закончила школу ведьм…
– За год. Правильно. А потом?
Ромион пожал плечами.
– Девочка играла в Ледяную королеву, – ответила Виллинда. – Или ведьму, я не помню, как она это называла. Но суть сводилась к тому, что она сидела в ледяном замке в Синих горах и изображала из себя статую. Чаще всего это была просто оболочка – а Кинникия могла в это время путешествовать. Это она любит. За своими прислужниками, низшими духами, она не считала нужным следить – и те распоясались. Доставалось троллям, но они под землёй, и им проще закрыться. Куда сильнее доставалось людям, жившим поблизости. Их превратили в лёд. Но тебя, я вижу, это не удивляет?
– Я знаю, на что способна Чёрная ведьма, – отозвался Ромион.
Виллинда усмехнулась
– Сомневаюсь. Но что ж… Этим не закончилось. Истории о прекрасной снежной волшебнице разнеслись по миру, а особенно по соседним странам, и нашлись дураки, которые им поверили. Они приходили – в одиночку, а иногда по двое и по трое. Была даже группа гномов, но мне не хочется об этом вспоминать, – Виллинда поморщилась. – Обычно всё развивалось по одному сценарию: они видели Кинникию – снежную девочку, во льду, в метели. Воображали, наверное, что она красива. Или что богата. Или соблазнялись её силой – но они всегда просили её руку сердце. Не заблуждайся, мальчик, у этой девочки нет сердца. Она убивала их всех – приказывала духам сначала, потом перестала. У неё целый сад ледяных скульптур, знаешь ли.
Ромион вздрогнул. Он помнил такой сад у Дамиана, когда тот был Властелином – только скульптуры там были из камня.
– Иногда люди меняются. Иногда любовь действительно приходит, – Виллинда впервые отвела взгляд. – Только, поверь мне, король: ледяной сад в случае с Кинникией реальнее, чем то, что ты хочешь из неё сделать. Она не станет тебе хорошей королевой – рано или поздно сорвётся, и ты превратишься в ледяную статую. И твоё королевство тоже. Сомневаюсь, что хоть кто-нибудь тогда вам поможет.
– Зачем вы это мне говорите? – тихо спросил Ромион, когда ведьма замолчала. – Вам-то какое дело?
– Никакого, – Виллинда встала, и чай пропал. – Совершенно. Просто я видела сотню таких дурачков, как ты: иногда Кинникия играла с ними, рассказывая такие же сладкие истории, как тебе. Ей это нравится, она же Чёрная ведьма, и весьма неплохая. Они приходили потом к ней – те, что сначала упорствовали и не верили ей. Они влюблялись, приходили – и умирали. Если ты умрёшь, моя крестница расстроится. Только из-за неё я здесь.
– Я не думаю, что Кики лжёт, – выдохнул Ромион. – Я не слышу лжи в её словах, а я привык…
– Дитя, – улыбнулась Виллинда. – Ведьма может говорить правдиво – так, что это станет для тебя единственной правдой. Ведьма, почуявшая жертву, обязательно так и сделает. Поверь мне, твоё будущее – в этом самом дворце изо льда, у ножек её трона.
– Но это она говорит, что любит меня…
– О да. А ты думаешь, она когда-нибудь выбирала жертв попроще, полегче? – Виллинда улыбнулась. – Лёгкая победа неинтересна. Что ж… Решай сам, король. Это твоя жизнь и твоё королевство. Я лишь подумала, что будет честно предупредить тебя: Кинникия убивала и не таких умников, как ты. Хорошего дня.
 
Она исчезла, а растерянный Ромион остался сидеть на кровати, глядя в окно. Там солнце ярко светило, и где-то в роще радостно голосили птицы…
Кики нашлась в саду – она кормила птиц с рук. Голуби, соловьи, жаворонки и кто-то ещё, кого Ромион не узнал, летали вокруг и громко верещали.
– Твой советник сказал, что кормить их может быть весело! – Кики с утра была полна энтузиазма и выглядела довольной жизнью. – И это действительно весело!
– Рад за тебя, – Ромион сел рядом, и мысленно пожелал, чтобы стало тихо.
Птицы улетели сразу же. Стих ветер, деревья перестали шептаться, даже вода в фонтане больше не журчала. Тишина наступила оглушительная, зловещая – особенно в такой яркий солнечный день.
– Что случилось? – голос Кики прозвучал глухо и тут же в этой тишине потерялся.
Ромион положил руки на колени – чинно, как воспитанный мальчик. Но пальцы дрожали…
– У меня только что был очень содержательный разговор с Чёрной ведьмой Виллиндой.
Кики застыла.
– И знаешь, что она мне сказала?
– Наверняка ничего хорошего, – Кики отвернулась. – Я никогда ей не нравилась. Старуха завидует, что я стану сильнее её, и ей тогда несдобровать. Пусть успокоится: меня это больше не интересует. Ну? – Она повернулась к Ромиону. – И что же она тебе сказала?
– Кики, поклянись быть честной. Пожалуйста.
– Я честна с тобой… Ну хорошо. Клянусь магией, что не солгу тебе. Что ты хочешь узнать?
Ромион посмотрел на неё – Кики не казалась злой, рассерженной. Только усталой. Тогда король и пожелал: "Пусть всё, сказанное Виллиндой окажется неправдой!" Так ведь могло быть. Ведьмы вечно друг о друге сплетничают. Кики не опасна, она просто неудачно влюбилась…
"Вспомни, что она чуть не сделала с тобой до того, как по её словам, полюбила", – сказал себе Ромион. Легче от этого, впрочем, не стало.
– У тебя во дворце в Синих горах есть сад ледяных скульптур – тех, кого ты тоже уверяла в своей любви, а потом превратила в лёд. – Ромион нашёл взгляд Кики. – Это правда?
В глазах Кики мелькнул ужас, и Ромион всё понял без слов.
– Да, – её голос звучал тихо, очень тихо. – Да, это правда.
– Ты собиралась и меня превратить в лёд? – пытаясь быть спокойным, спросил Ромион. – Ты выбрала себе цель поинтереснее на этот раз? Королей в твоём саду ещё не было?
– Были, – Кики задрожала. – Нет. Я говорила – я клялась! – что не причиню тебе вред!
– Ты клялась, да. – Ромион усмехнулся. – Ты умна, Кинникия. Ты сможешь извернуться и даже убить меня, если захочешь.
– Зачем мне тебя убивать! – воскликнула Кики. – Я же люблю тебя! Ромион, пожалуйста! Пожалуйста! Да, я убивала их, да мне это нравилось – но ты изменил меня, ты сделал меня человеком! Пожалуйста!..
– Хватит, – Ромиону потребовалось собрать все свои силы, чтобы сказать это. – Хватит. Я не верю тебе.
– Роми, прошу…
– Кики! Я сказал, хватит! Я дал тебе шанс, как ты просила…
– Один день?!
– Ты превратила его в кошмар. Ты врываешься в мою жизнь так, словно она ничего для тебя не значит. Может быть, так и есть. Но мне это не нравится. Ты превращаешь моих подданных в лягушек…
– Я извинилась! Перед каждым из них!
– Кики, – Ромион вздохнул. – Ты не можешь быть моей королевой. Моя королева не должна быть ведьмой. Ты не сможешь изменить себя настолько.
– Ты просто не знаешь!..
– И не хочу знать. Кики, хватит. Уходи. Если я тебе действительно так дорог, как ты говоришь, ты уйдёшь спокойно и без сцен с колдовством, на которое я всё равно не смогу ответить. Ты не та, кто мне нужен, и никогда ею не станешь. Я не смогу полюбить тебя – я тебе ведь даже не верю. У нас ничего не может получиться. Поэтому если ты хочешь мне добра – уходи. Так нам обоим будет лучше.