Принцесса Кики (СИ)

– Прикажете подавать завтрак, Ваше Величество? – в дверях снова возник советник.
Ромион покосился на окно: там уже шёл тихий неспешный дождик, и затянутое низкими тучами небо словно заявляло, что непогода в столице надолго.
– Да, – Ромион кивнул на соседнюю комнату. – В гостиной. Я завтракаю один?
– Да, Ваше Величество. Мне показалось разумным ввести вас в курс текущих новостей, а не нагружать приёмами или переговорами, – Джек тряхнул свитком и тот развернулся аж до пола. – Вы приказали почасовой отчёт. Итак, в одиннадцать часов…
Ромион слушал, и его настроение стремительно портилось. Нет, ничего страшного в Сиерне не случилось, даже турнир вчера провели успешно, и гостям, по мнению Джека, всё понравилось… Но как же снова не хотелось окунаться во всё это! Ромион ещё вчера летал на драконе и плавал в океане… "Забудь, – оборвал он себя. – Ты король, и только это важно". Веселее от этого не стало.
Джек читал – медленно и монотонно. Ромион сел за стол и принялся ковырять ложкой "летний" салат – состоящий из травы больше, чем из овощей (зато под кисло-сладким соусом). Дождь стучал в окно, и Ромион просто физически чувствовал, как на сердце скребут кошки....
Потом в дверь что-то врезалось.
Советник замолчал. Лакей, прислуживавший Его Величеству, чуть не уронил на короля тарелку с супом.
Ромион не донёс вилку до рта и повернулся к двери, в которую снова что-то врезалась – что-то тяжёлое.
Лакей у двери покосился на советника, но тот покачал головой, и лакей остался стоять.
Ромион повернулся к невозмутимому Гавину – однако лицо у того было совершенно нечитаемое – и громко поинтересовался:
– В чём дело?
– Полагаю, это королева, Ваше Величество.
За дверью что-то бухнуло.
– Так впустите её! – приказал Ромион.
– Вы уверены, Ваше Величество? – поднял брови советник. – Она не была приглашена на ваш завтрак и по протоколу…
– Ро-о-оми! – раздалось из-за двери. – Я иду к тебе!
Ромион представил, что дверь заледенеет – и если бы только дверь! – и всерьёз испугался.
– Бездна и все демоны, впустите её немедленно!
Лакей открыл – и сначала в комнату ввалился гвардеец, очевидно, заслонявший дверь грудью. А потом, спокойно перешагнув через него, вошла Кики с огромным подносом в руках. На подносе исходили паром пирожки.
– С добрым утром! – солнечно улыбаясь, объявила Кики, и Ромион почувствовал, как отпускает, уходит, прячется серая тоска. – Я испекла тебе булочки! Сама! – И, игнорируя подскочившего лакея, водрузила поднос на край стола, поближе к Ромиону. – Попробуешь?
– Это ты в "Браковедении" вычитала? – изучая пирожки, поинтересовался Ромион.
– Ага! – просияла Кики. – А ещё я, оказывается, люблю готовить!
"Ну ещё бы, – подумал Ромион. – Ты же ведьма". Но вслух сказал только:
– Принесите моей жене кресло. Кики, дорогая, присаживайся.
Кики уселась – напротив Ромиона. Это место ей чем-то не понравилось, и она вместе с креслом подвинулась к краю стола. И ещё. И ещё – пока стол не кончился, а Кики не оказалась на расстоянии локтя от короля.
Гавин у стены взялся за рукоять меча. Ромион, поймав краем глаза движение, подумал, что это грустно, если его окружение будет воспринимать королеву как угрозу. "А ты сам-то о ней разве не так думаешь?" – мелькнула неприятная мысль, но тут же исчезла, когда Кики, улыбаясь, принялась гипнотизировать мужа выжидательным взглядом.
Справа на короля так же внимательно смотрел советник.
– Джек, продолжим после завтрака.
Советник скатал свиток.
– Как пожелаете, Ваше Величество.
– Иди. Гавин, ты тоже.
Капитан гвардейцев прекословить больше не осмелился, но бросил на Кики такой взгляд, что громче было только сказать: "Я за тобой слежу!". От лакеев Ромион избавился жестом – и уже через пять минут остался в гостиной один на один с супругой.
– Ты безумно пугаешь моё окружение, – вздохнул он, беря пирожок. – С чем он?
– С сюрпризом, – улыбнулась Кики, не спуская с короля внимательного взгляда.
 
Ромион замер, не донеся пирожок до рта.
– Поподробнее про сюрприз, пожалуйста.
– Как можно подробнее про сюрприз, если это сюрприз? – удивилась Кики.
Ромион опустил руку с пирожком.
– Мне интересно, дорогая, яд ты как назовёшь – сюрпризом или нет?
Кики застыла. Потом вздохнула и погрустнела.
– Ты мне настолько не доверяешь?
Ромион молчал.
– Я люблю тебя, Роми. Я не хочу, чтобы ты умер.
– Яды бывают несмертельные, но в равной степени неприятные, – заметил Ромион.
Кики молча взяла пирожок, откусила и попыталась изобразить удовольствие.
– На тебя не действуют яды, ты сама говорила, – хмыкнул король.
Кики уронила пирожок.
– Значит… шанса у меня всё-таки нет…
И, глядя на неё, ещё недавно такую солнечную и улыбающуюся, а сейчас грустную Ромиону стало стыдно. Он взял отложенный пирожок, откусил…
– Варенье из розеток! – выдохнул он. Розетки, похожие на розы, но ало-жёлтые, росли в родном королевстве его матери. Она любила варенье из их лепестков, и у Ромиона он прочно был связан с нею и детством. После смерти королевы отец Ромиона приказал это варенье больше не заказывать. – Как ты узнала?
– Я же говорила: сюрприз, – вздохнула Кики. – Мои слуги – низшие духи – летали за ним в Алегонию. Между прочим, ты был там?
Ромион покачала головой.
– Там красиво – королевство озёр. На закате они кажутся кровавыми, а ночью светятся синим, зелёным и фиолетовым. Хочешь, отправимся туда сегодня?
– Вряд ли, вечером у меня приём…
– А днём?
– Благодаря тебе, моя дорогая, днём у меня проверка бухгалтерии – плотно и надолго. Обычно я делаю это утром, но кое-кто отключил мой будильник.
– Да, твой советник так мне и сказал, – пропустив замечание про будильник, отозвалась Кики. Она снова улыбнулась. – Я уже всё проверила и написала тебе отчёт.
Ромион нахмурился.
– Кто дал тебе документы?
– Твой советник, – Кики улыбнулась ещё шире. – Я его попросила.
– Мой советник дал тебе документы с грифом "совершенно секретно"?!
– Зачем ставить такой идиотский гриф на обычные бумаги по домоводству?.. Да, я его очень убедительно попросила.
Ромион медленно выдохнул, успокаиваясь.
– Кики, ты не должна…
– Ну конечно должна! Я могу помочь, и я помогаю! – Кики смотрела на него наивным взглядом обиженного ребёнка. – Роми, любовь моя, бухгалтерия – это такая мелочь! И разве весь этот разговор стоит твоего драгоценного сна?
У Ромиона снова потеплело на сердце: он как-то чувствовал, что Кики не лжёт. Его рациональная и логичная часть, всё повторявшая, что Кики просто что-то нужно – может, всё ещё его жизнь – временно замолчала.
– Тебе, однако, стоило спросить моего разрешения.
– Как с порталом? – задумчиво протянула Кики. – Да?
– Да.
– Прости. Я не подумала… А… Я ещё встретилась с императором Ульриком, и он согласился продать тебе рудник за тонну луковиц и семян. И гномий король не против повышения пошлин… На тридцать процентов. Он уже всё подписал.
Ромион обомлел.
– Что ты с ними сделала?
– Поговорила, – Кики улыбалась. – Я умею быть очень убедительной. Любовь моя, я молодец?
– Да…
– Тогда можно тебя поцеловать?
Ромион машинально вытер рот салфеткой.
– Сейчас?
– Да. Можно?
– Хорошо… Но, Кики, я уже просил – мне странно, что ты, а не я предлагаешь подобно… – дальше король продолжить не смог: Кики подсела поближе и мягко коснулась его губ. Её были на вкус мятными, и это совершенно вскружило Ромиону голову.
– Как… Как ты это делаешь? – пробормотал он, когда Кики отстранилась. – Ни одна ещё никогда не кружила мне голову так сильно!
– Просто я люблю тебя, – улыбнулась Кики, и от её улыбки лёд в сердце Ромиона растаял.
Дождь закончился, и выглянувшее солнце грело так, что, казалось, от мокрой земли поднимается пар. Кики согласилась – с удовольствием – прогуляться по саду и всё улыбалась чему-то… Очень красиво. Ромион не мог оторвать от неё глаз, а на сердце было так легко-легко, что королю казалось, он вот-вот оторвётся от земли и взлетит.