Принцесса Кики (СИ)

– Сейчас я тебя отсюда вымету, – пригрозил Дамиан, но Ромион сжал его руку.
– Это мой брат. Придётся вам его потерпеть – я же терплю, – и улыбнулся хозяину. – А будете хорошо терпеть, я вам завтра ещё сыграю. И совершенно бесплатно.
Хозяин, красный, как рак, распорядился о комнатах. Глядя, как он отдаёт приказы на кухню, Ромион думал, что платить принципиально не будет. У всех свои правила: в Винных полях не любят гостей, а Ромион не любит слушателей. Ходют тут, мешаются…
– Умеешь ты устроиться, – вздохнул Дамиан, навестив Ромиона поздно вечером, когда тот уже готовился ко сну. – Дай, на тоник взгляну… Роми, обещай, что если ночью что-то случится, ты меня позовёшь.
– Ты не лекарь, брат, – отозвался Ромион, но тоник отдал.
Дамиан добавил в него какой-то порошок.
– Нет, но лекаря тут днём с огнём не сыщешь. Нормального, я имею в виду. И я серьёзно: предупреждай в следующий раз. Я беспокоился!
Ромион покивал, а потом ещё час из окна наблюдал, как Дамиан, выгнав Туана на пустынный двор, учит дракона боевым заклинаниям. "Даже маги жизни могут дать отпор", – говорил демонолог. Дракон всё пытался ответить, что он это знает и да, может дать отпор – но не будет, потому что давать отпор в Сиернской школе себе дороже. В карцер посадят – раз, и врагов из аристократии наживёшь себе – два. "Дать, что ли, тоже пару уроков – как давать отпор, чтобы никто потом на тебя не подумал?" – размышлял Ромион. Додумать он не успел – провалился в сон.
Ему снилась Кики – что странно, потому что с чего бы ей приходить в его сон? Не такая, к которой он уже успел привыкнуть – а скорее, как ведьма и снежная красавица одновременно. Только Ромион откуда-то знал, что это Кики. Она улыбалась, заразительно, словно готовила следующую шалость.
– Ты идёшь за мной, любимый, – в её голосе слышалась вьюга.
– Чего ты хочешь? – снова спросил Ромион, и она подала ему ледяную скрипку.
– Сыграй мне. – Потом, видя, что Ромион не торопится её брать, прибавила: – Пожалуйста.
Скрипка казалась лишь чуть холоднее, чем обычно, и звучала чуть тоньше – но Ромион быстро привык. Он играл, и только и видел, что глаза девушки. Они завораживали.
– Я хочу, чтобы ты был мой, – прошептала она, когда музыка упала на землю снежинками.
– Мы женаты, – напомнил Ромион.
Кики покачала головой.
– Не так. Будь мой полностью, не потому, что должен, а потому, что хочешь.
– Сомневаюсь, что это когда-нибудь произойдёт, – честно сказал Ромион. – Ты совершенно не в моём вкусе.
Девушка нахмурилась.
– Но я люблю тебя.
– И что?
Девушка не смутилась – Ромиону впервые стало не по себе. Он-то ожидал снегопада и свиста вьюги.
– Я изменюсь для тебя, – пообещала она, а Ромион подумал: "Какие глупости мне снятся!"
Потом она ушла, оставив после себя метель и синий, яркий звёздный свет…
Наутро Дамиана в его комнате не оказалось.
– Пошёл прогуляться, – буркнул хозяин, подавая Ромиону и Туану завтрак.
Ромион посмотрел на дракона, но тот только плечами пожал.
Через час Дамиан так и не вернулся. Ромион чувствовал его присутствие неподалёку, поэтому забрал из комнаты свои вещи и, сопровождаемый Туаном, отправился на поиски.
– Ты сыграть обещал! – напомнил хозяин, а Ромион, обернувшись, поинтересовался:
– А ты хорошо себя вёл?
Стоящий в дверях вышибала захохотал – на том и расстались.
Утро было солнечным, ярким и уже довольно душным. Над полями кружили пчёлы – Ромион вспомнил Виолу, но тут же одёрнул себя. То и дело запевали птицы – но быстро выдыхались. Даже им было жарко.
– Ваше Величество, – тихо позвал Туан.
– Ромион, – поправил король, – мы не во дворце. Что?
– Вы точно знаете, куда идти?
Ромион махнул рукой к горам в сизой дымке.
– Туда. – Он остановился. – Хм, далековато мой брат забрёл… Сможешь поставить туда портал?
Туан молча взял короля за руку и перенёс – теперь они очутились у самого подножья гор. Здесь было странно тихо и намного прохладнее, чем в полях. Ромион поёжился, огляделся и уверенно направился к тропе между двумя, точно ворота, валунами.
 
Песню они услышали ещё издалека – эхо в горах было отличным. Ромион нахмурился, разобрав слова, прибавил шаг. Голос певшего был странным, хрипловатым, но благозвучным.
– Сэр Маннелиг, сэр Маннелиг, не женишься ль на мне?..
Туан попытался вырваться вперёд, и рука его лежала на рукояти кинжала. Ромион пустил – потом чуть не наткнулся на внезапно замершего у камня дракона.
– Скажи всего лишь слово, только да или нет, скажи да мне или нет, – завывал голос.
Туан, прижав руки ко рту, всхлипнул от хохота.
Заинтригованный Ромион выглянул из-за его плеча и тоже с трудом сдержал смех. Дамиан с кляпом во рту, связанный, как гусеница, с плеч до щиколоток, сидел на залитом солнцем валуне и смотрел так, точно не знал: убить или ещё сдержаться. Кажется, сдерживаться Властелину становилось всё сложнее.
У валуна на коленях сидел тролль… Точнее сидела тролль и терзала лютню. Чёрные густые волосы её были заплетены в косу, кокетливо увитую кувшинками, платье также украшено цветами – так же густо, как и драгоценными камнями. Ромион особенно оценил её браслет на предплечье – хорошее серебро, очень чистое.
Тролль предлагала Дамиану серебряный рудник в качестве приданого. А вдобавок табун лошадей, меч и что-то ещё, по мелочи. Дамиан сидел, смотрел в одну точку, и Ромион отлично понимал его дилемму: будь это тролль-мужчина, Властелин его бы за большие пальцы над пропастью подвесил. Но женщин бить нельзя, это воспитанный почти-принц Дами с детства усвоил.
– Сэр Маннелиг, сэр Маннелиг, не женишься ль на мне?.. – вопрошала тролль, дёргая струны лютни.
– Не может он жениться, – сказал Ромион, выходя из-за камня и разбивая мерную, заунывную музыку. – Он уже женат. Прекрасная леди, вы опоздали.
Тролль оставила в покое лютню и обернулась, удивлённо уставившись на короля.
– Как, женат? На ком?!
– На принцессе фей, – Ромион развёл руками. – Так что без вариантов.
Тролль нахмурилась. Посмотрела на недовольного Дамиана. Перевела взгляд на Ромиона.
– Да? Ладно.
И, повернувшись к Ромиону, ударила по струнам.
– Сэр Маннелиг, сэр Маннелиг, не женишься ль на мне?
– Я тоже. Уже женат, – разочаровал её Ромион. – Простите, леди.
Тролль вздохнула. Покосилась на камень, из-за которого выглядывал Туан.
– А вон тот?
– Это Туан, и он дракон, – пояснил Ромион. – Трижды подумайте, прежде чем захотите за него выйти. Высиживать яйца согласится не каждая дама.
Тролль вздохнула ещё горше.
– Что ж мне так не везёт!
Ромион предпочёл это никак не комментировать – кивнув Туану, он подошёл к Дамиану.
– Только пообещай вести себя хорошо.
Дамиан в ответ бросил на него такой взгляд, что Туан за спиной короля вздрогнул. Ромион и бровью не повёл.
Вместе с драконом они распутали Дамиана, а тролль, дёргая струны лютни (и очень раздражая этим Ромиона), устроилась на камне неподалёку от входа в пещеру. Точнее, нору – в неё даже Ромион вряд ли мог бы пролезть, не согнувшись в три погибели.
– И даже ничего не говори! – прошипел Дамиан, когда его освободили от кляпа.
Ромион поднял руки.
– Нет-нет, что ты, – и еле слышно добавил: – Я об этом лучше балладу на досуге напишу.
Услышал его только Туан и тут же засмеялся, прикрывая рот рукой. Дамиан посмотрел на них с подозрением, но промолчал.
– Бздынь! – рыдала лютня. – Бздынь!
– Да когда же у неё струны лопнут? – пробормотал Ромион, оглядываясь через плечо. По его мнению, смерть лютни была бы милосердней пытки в руках тролля.
Дамиан размял запястья, повёл плечами и довольно бодро поднялся.
– Брат, у нас проблема, – неожиданно сказал он, игнорируя Туана. Тот кое-как нацепил серьёзную мину, но сквозь неё нет-нет да проглядывала улыбка.
– Угу, – снова глянув на мучающуюся лютню, отозвался Ромион.