Принцесса Кики (СИ)

Дамиан с интересом озирался, а когда они вышли на одну из главных улиц, где в темноте шелестел фонтан, а справа и слева призывно сияли фонарями магазины и мастерские, демонолог не выдержал:
– Так спокойно… И цветы… Ромион, раньше так не было – как ты умудрился?..
– Легко, – фыркнул король. – Спокойно – так это я ввёл налог на шум после заката. А цветы – ну, мы вторые по экспорту цветов после Садов. Считай, это наша визитная карточка – так почему бы не показать её всем, кто приезжает? И потом, это красиво. У нас даже зимой цветы распускаются: я ввёл в моду оранжереи.
Дамиан улыбнулся.
– И перемостил улицы. Что это? Гранит?
– Да, с напылением, – похвастался Ромион. – Красивый, а? Одна проблема: утром дико холодный. Зато в течение дня сильно не нагревается. Помнишь, как раньше всё плавилось? Чуть солнце выглянет… Я всегда думал: обманули нашего деда каменщики…
– Это похоже на картинку, которая висела у тебя над письменным столом в школе, – оглядываясь, заметил Дамиан. – Сказочное королевство.
– Почему сказочное? Совершенно обычное, аккуратное, чистенькое королевство, – усмехнулся Ромион. – Пара заклинаний с налогами, пошлинами и хорошее ведение бухгалтерии, – вот и всё.
Дамиан улыбнулся.
– Я бы хотел здесь жить.
– Живи, – пожал плечами Ромион. – Комнаты во дворце всегда в вашем с Виолой распоряжении. А вот на особняк в столице, уж извини, вам придётся самим раскошелиться. Цены на жильё у нас здесь просто драконовские! Правда, только для высших сословий – но ты же у меня, братец, герцог, а Виола вообще принцесса. Так что…
– Прижимистый ты как всегда, – усмехнулся Дамиан.
– Деньги на деревьях не растут, братец, – отозвался Ромион, останавливаясь перед вывеской, на которой красовалась кабанья голова. Рядом висел кокетливый букетик незабудок, в который откуда-то забралась пустая бутылка, а ниже было написано: «Осторожно: добрый трактирщик!» и ещё ниже: «Скажи спирту «да!» – Вот, пришли. Только лицо на всякий случай спрячь, а то ты этот трактир пять лет назад чуть дотла не сжёг – хозяин мог обиду затаить.
Дамиан провёл ладонью перед лицом – чары скрыли его лучше любой маски.
– Может, в другой лучше пойдём?
– А в других ты тоже отметился, – усмехнулся Ромион и толкнул дверь.
Внутри давал концерт заезжий эльф-менестрель. По мнению Ромиона, он уже успел напиться и в рефрене безбожно фальшивил. Но слушателям нравилось: особенно, когда началась скабрезная песня про фею.
Дамиан одарил эльфа неприязненным взглядом, потом осмотрелся, поморщился, но покорно прошёл за Ромионом к свободному столику у камина. Там, словно по волшебству, появились две бутылки эльфийского светлого и более чем богатая закуска.
– Тебя тут знают, – заметил Дамиан, откупоривая вино.
– Ну ещё бы: я здесь каждый месяц концерты даю, – фыркнул Ромион и попытался приложиться к вину. Не успел – Дамиан буквально вырвал у него из рук бокал, расплескав содержимое. – Эй, Дами! Не надо разливать тут мой гонорар за выступление. Звёзды, рубашку жалко…
Дамиан и бровью не повёл, а пятно уже исчезло. Ромион фыркнул:
– Позёр. Что с вином не так?
– Ты с ума сошёл, братец? А если там яд? – Дамиан пригубил и зажмурился от удовольствия. – Хороший букет.
– Ну да, по твоему лицу видно, какой там яд. – Ромион забрал бокал обратно.
– Роми, я серьёзно: он мог там быть. Ты всё-таки король – у тебя разве не должно быть дегустаторов?
– У меня их семь, но своему зелью я верю больше. – Ромион попытался поудобнее облокотиться на спинку стула, но та как-то подозрительно заскрипела. – Дами, это так мило: ты за меня волнуешься…
– Конечно, ты же король. – Дамиан потянулся к плетёной вазе с крекерами. – Представь, что здесь начнётся, если тебя всё-таки отравят?
– Представляю: ты сядешь на трон. А теперь представь, что здесь начнётся, если отравят тебя? Мне Виола голову открутит. – Ромион содрогнулся. – Нет уж, брат, давай лучше я тут всё перепробую. – И тоже потянулся к крекерам.
Дамиан рассмеялся и закашлялся – перебивая эльфа-менестреля. На них даже оглянулись, шикнули. Ромион тихо извинился. И потянулся снять плащ – так близко от камина было жарко.
 
Дамиан потянулся, поймал его руку.
– Ну что опять? – недовольно поинтересовался Ромион.
– Не стоит: тебя сразу узнают. Про… э-э-э … – Дамиан откашлялся, выразительно глянув на крысу, – наверняка уже известно всему королевству.
Ромион усмехнулся.
– Ну да. А ты оглянись.
Дамиан оглянулся и изумлённо моргнул: абсолютно у всех (даже у эльфа) через плечо перевешивалась крыса – в тон одежде (на эльфе – кипенно-белая). Не живая, конечно – или полоска меха, умело превращённая в крысиную шкурку, или чучело.
– Советник сказал, их сегодня продавали по серебряному за штуку. А за чучело – пять серебряных, – сообщил Ромион и спокойно снял плащ. – А моя за золотой покатит, а? – И похлопал свою крысу по спине. – Так что выделяешься, братец, тут ты.
Дамиан покачал головой и осушил свой бокал. Ромион налил ему ещё.
– Ну что, Дами – тебе не полагается, как более опытному, сейчас давать мне скабрезные советы?
– Более опытному? – изогнул бровь Дамиан. – Ну-ну. Сколько у тебя ещё в школе было… подруг?
– Подруга – одна, а любовниц почти десяток. Но я вообще-то говорил про радости семейной жизни. Домашний очаг, всё такое. Как думаешь, моя крысиха будет хорошей женой?
Дамиан отпил ещё.
– Знаешь, Роми, я никогда не мог понять: когда твои шутки заканчиваются, и начинается откровенное издевательство.
– Да ты вообще меня не понимаешь, – поддакнул Ромион.
– Не понимаю, – согласился Дамиан. – Мы с тобой близки никогда не были…
– Почему не были – были! До семи лет ты вечно приползал ко мне в спальню, когда гроза начиналась. И принимался нести какую-то ахинею про высших демонов под кроватью.
– А потом я побил тебя на детском турнире, и ты мне этого так и не простил.
Ромион поморщился: после того турнира отец пришёл к нему не с утешениями, а длинной лекцией на тему «Ты был слабым и всегда им будешь». А довольному Даминау достался новый пони.
– Почему не простил? Простил – когда ты на охоте из седла вылетел. Помнишь? Прямо в самый напряжённый момент, когда белого оленя чуть не пристрелил.
Дамиан закатил глаза.
– Тебя там даже не было! Откуда такие подробности?
– А мне рассказали, – усмехнулся Ромион. – И песенку ту, про глупого принца, тоже я сочинил. Хочешь, прямо сейчас исполню?
Дамиан поймал его за рукав.
– Лучше ещё выпей. Вот поэтому, Роми, я и не понимаю: ты то тащишь меня в трактир, то вспоминаешь моменты, которые мне точно неприятны. Зная тебя – тебе что-то нужно. Может быть, наконец, скажешь, что?
– Ну уж нет, сначала помучаю, – фыркнул Ромион. – А вдруг я просто хочу сказать тебе спасибо? Ты меня спас. Снова.
Дамиан недоверчиво нахмурился.
– Угу. Пожалуйста. Ромион, скажи честно: ты меня ненавидишь?
– Я тебе завидую, – с достоинством ответил Ромион. – А это разные вещи.
Дамиан тяжело вздохнул.
– Что-то ты киснешь, брат, – со смехом отозвался Ромион. – У меня последний свободный вечер в жизни – а ты киснешь. Нельзя так. Эй! Господа! Уймите остроухого – хотите, я вам бесплатно ещё и лучше сыграю?
– Лучше? – тоненько возмутился эльф, перекрыв возмущённый свист слушателей. – Лучше меня, Элетаниэля Сладкоголосого?! Невозможно!
– Ромион, не надо, – попросил Дамиан, с опаской озираясь. Гости трактира смотрели на них отнюдь не дружелюбно.
– Сладкоголосого? Эля, дорогой, тебе польстили, – хохотнул Ромион, взбираясь на стул. – Господа, мой застенчивый брат сегодня впервые в трактире. В честь этого – вся выпивка с меня! – Свист тут же сменился на одобрительный. – Эй, эльф, давай сюда свою гитару!
– Это лютня! Не дам!
– Да без разницы! Не дашь – тогда давай дуэтом. Хозяин, где моя скрипка?
…В третьем часу ночи пьяного в стельку короля разлучили с его любимой скрипкой, загрузили в карету и отвезли во дворец отсыпаться. Дамиан с советником остались: один – магией приводить трактир в порядок, а второй – обсуждать размеры компенсации.