Принцесса Кики (СИ)

– Мой муж с-с-сейчас будет з-с-сдес-с-сь, – подмигнула леди Тиана, двигая ушами и заставляя золотые кольца в них тревожно звенеть.
Ромион закрыл глаза. Пожалуй, проще будет договориться с директрисой Академии, чем с разгневанным послом гоблинов. Не проклинать же в самом деле эту манипуляторшу! «И о чём я только думал?» – простонал про себя король, а вслух сказал:
– Хорошо, я посмотрю, что можно сделать.
Леди отняла руку, и Ромион, совсем не по-королевски вскочив с постели, принялся собирать разбросанную по комнате одежду.
– Посмотришь и сделаешь, котёнок, – это разные вещи, – недовольно протянула леди, наблюдая за ним.
– Ты же отлично знаешь, звезда моя, что директор Академии мне не подчиняется, – огрызнулся Ромион, торопливо застёгивая рубашку. – Но я попытаюсь.
– Да? – нахмурилась гоблинша. – Тогда и я попыталась. – И громко, пронзительно завопила: – А-а-а-а! Убиваю-ю-ю-ют!
Ромион, крепко прижав к себе скрипку, бросился к окну.
Приземлился он удачно: на крышу веранды. Съехал по черепице, чуть не закружился вокруг трубы и очень аккуратно спустился по ней прямёхонько на клумбу королевских анемонов. И то ли садовник был преданным фанатом фей, то ли их любил посол гоблинов, но анемоны оказались говорящими, из Садов. До королевского появления они тихонько похрапывали, а когда Ромион на них скатился, заорали благим матом. Особенно старались алые, похожие на маки – даже лепестки вытягивали, чтобы совсем трубно звучало.
Им в унисон заорал высунувшийся из окна гоблинский посол:
– Держи вора!
«Почему вора?!» – чуть не возмутился в ответ Ромион, но вместо этого накинул капюшон и, уже не стараясь ступать осторожно, бросился к воротам, взбивая землю босыми пятками.
Королевский уход (правильнее было бы сказать «убег», причём очень быстрый) был замечательным: не заметить его было невозможно. Орали анемоны, визжали гоблинши-служанки, а уж когда зарычали выпущенные за «вором» подземные собаки (у гоблинов они просто монстры), Ромион оказался у ворот в считанные секунды.
В такие моменты он всегда радовался, что маленький и тощий – значит лёгкий, быстрый и тонкий. Настолько, что ему не составило труда протиснуться между позолоченными прутьями (впрочем, и так достаточно символичными) и, подскакивая на холодной каменной плитке мостовой, броситься вниз по улице.
Пускать по городу своих подземных бестий посол гоблинов не стал – собаки (каждая величиной с дикого кабана и настолько же свирепая) врезались в ворота, чуть их не снесли и от души облаяли сиернского короля, внеся свою лепту в поднятый им шум.
В общем, столица потихоньку просыпалась.
Стучали ставнями разбуженные жители ближайших к посольству домов, слуги-люди (посланные, между прочим, в посольство ещё Ромионом) бросились за «вором» вдогонку, а кто-то побежал звать городскую стражу. Очень скоро по мостовой застучали копыта, и Ромион, с перепугу свернув в тупик, заметался, как затравленный заяц.
От встречи со своими же стражниками Его Величество спас капитан королевской гвардии и тот самый доверенный советник. Просто в какое-то мгновение короля схватили в охапку, засунули в карету и приказали кучеру: «Трогай!» В благодарность испуганный Ромион показал спасителям отравленный кинжал, без которого ни к одной любовнице не ходил. В ответ получил знакомый смех и комментарий:
– Успокойтесь, Ваше Величество. Очевидно, на этот раз дама осталась вами не довольна?
Вместо ответа Ромион, убрав кинжал, повернулся к советнику.
– Супруга посла гоблинов? Серьёзно? Ты, что, не видел, с кем я ухожу?!
– Ну что вы, Ваше Величество, – пряча усмешку, отозвался советник. – Вы же сами меня вчера уверяли, что это ваша знакомая эльфийка.
Ромион открыл было рот – возмутиться… И со стоном хлопнул себя ладонью по лбу.
– Демоновы феи!
– Вот именно, Ваше Величество, – откликнулся советник. – Не стоило вам обедать с их послом без вашего отведывателя.
Ромион раздражённо посмотрел на него.
– У меня их семь, и они попробовали все блюда со стола!
– Значит, семеро служанок прекрасно провели эту ночь, Ваше Величество, – невозмутимо отозвался советник.
 
Наступившую напряжённую тишину прервало похрюкивание – капитан королевской гвардии пытался скрыть смех.
– П-просите, Ваше Величество… Гоблинша-эльфийка, кхе-кхе!
Ромион спрятал лицо в руках. Стыдно ему не было, скорее – смешно.
– Ваше Величество, вам следует быть аккуратнее с феями, – подал голос советник, – их королева всё ещё убеждена, что именно вы предоставили убежище её дочери.
Ромион мрачно промолчал. У королевы фей имелись все основания для недоверия: её дочь и наследница Виола отказалась от короны и сбежала с младшим братом Ромиона, бастардом Дамианом. Возвращаться в Сады, к матери, она не собиралась, и слуги королевы, а также многочисленные наёмники искали беглецов уже пятый год – безрезультатно.
Ромион действительно знал, где прячется его брат вместе с женой – и это был единственный раз, когда он отказался от баснословной награды, которую предлагала за дочь королева фей. Хотя прошлый советник, услышав сумму, честно сказал, что за такие деньги продал бы и родную мать. Ромион мысленно с ним согласился, но спустя месяц тот советник под благовидным предлогом отправился на пенсию. А Ромион нашёл себе нового. Правда, с трудом – но оно того стоило.
К советникам Ромион всегда относился серьёзно. Впрочем, он ко всему относился серьёзно – но к советникам особенно. У отца Ромиона был целый Совет, насчитывавший десять человек. Наверняка покойный король считал, что сможет этой оравой управлять, или был уверен, что уж десять-то человек точно друг с другом не договорятся. Каждый советник выполнял свою работу и отчитывался непосредственно королю: один возглавлял совет по образованию, другой отвечал за армию, третий – за торговлю… И так далее.
Какое-то время эта система действительно работала, и королевство процветало – пока король и советники жили душа в душу. Но даже в самой дружной семье случаются ссоры, а ревность и вовсе губит любовь на корню. Всё рухнуло, когда король осмелился завести себе любовницу. И нет бы взял деву благородную, воспитанную, а ещё лучше – из богатой семьи. Так нет же – Его Величество, видите ли, влюбился. В пастушку.
Совет короля, мягко говоря, не понял. Первый год все думали, что любовь пройдёт, помидоры завянут, а Его Величество одумается, и всё будет как прежде. Его Величество не только не одумался, но ещё и повернул свою политику на сто восемьдесят градусов. Под советниками затрещали не только кресла – если бы! Прохудились их кошельки, и вот этого двор королю простить не смог.
Сначала советники устраивали королю сцены ревности по отдельности – зато десять раз. Король терпел, отшучивался, пил успокоительное. А потом у пастушки родился бастард, и Его Величество пришла в голову гениальная мысль: пусть дитя станет наследником. Ну и что, что незаконный – признаем. Ну и что, что наследник у Его Величества уже есть – он же болезненный, маленький, худенький… Куда такому править? А пастуший сын – кровь с молоком!
Где-то на этом месте случилось то, что король считал невозможным: Совет объединился и дружно объявил королю, что совесть надо иметь, а традиции уважать. Мало того, что дела влюблённый король забросил, так ещё и приказы последнее время отдаёт странные. Может, Его Величество заколдовали?
Ромион – тот самый законный наследник, болезненный, маленький и худенький – тем временем рос и наблюдал, как отец воюет с Советом. С переменным успехом, но победил в итоге Совет: пастушку отравили. По отношению к королю это была очень большая уступка: первоначально предполагалось, что любовницу казнят как Чёрную ведьму. А так – какой-то там яд. Можно сказать, пощадили.
Король жест не оценил и, оплакав любимую, принял решение: «Так не доставайся же ты никому!» Речь в тот момент шла о власти, а жена Его Величества как раз тоже удачно скончалась… В общем, король женился второй раз. На простушке. Она любила зеркала и яблоки, а ещё была красива так, что даже Совет не сразу опомнился. По несчастливой случайности она вдобавок оказалась той ещё стервой и действительно ведьмой. Новая королева дождалась, пока у неё и убитого горем короля родится сын (разные зелья для потенции оказали незаменимую помощь) и отправила супруга на тот свет к любимой.