Секрет свадебного платья

— Пейдж! — ударил по ушам звонкий голос Мей.
Пейдж моргнула, на нее ливнем обрушился гвалт и блеск веселья, словно она только что вырвалась из тоннеля. Толпа заслонила от нее Гейба. Мей энергично, словно шаровая молния, рассекала толпу, пробираясь к ней. Клинт хвостиком следовал в кильватере, хотя иногда его заносило в сторону.
— Ну как, в тонусе? Ничего себе подарочек для таких апартаментов! Тебе, верно, страсть как хочется приложить к ним руки. И где же твой галантный пират? — спросила Мей. — Парень явно запал на тебя, помнишь, в «Брассери», на той неделе? Могу поспорить: он не из тех спортсменов, которым нужен фонарь и карта, чтобы отыскать твой остров сокровищ, сама понимаешь.
Пейдж округлила глаза, хотя понимала: подруга абсолютно права. Гейб Гамильтон в два счета нашел ее сокровище. И оно настолько прикипело к нему, что она изо всех сил старается не замечать, как оно ноет, стоит подумать об этом человеке.
— Нектар! — сказала Мей, и они полетели к бару за коктейлями, оставив Пейдж притворяться, что ей дела нет до хозяина.
А хозяин уже, наверное, в сотый раз теребит и оглаживает ладонью клиновидный вырез свитера. Верно, стеснялся сказать, что мало-мальски знаком едва ли с каждым десятым из толпы, каждого второго впервые увидел на этой неделе, остальных представил Нейт. Тот действовал из лучших побуждений: пусть друг почувствует себя как дома. Однако, как бы ни хотелось ему сбежать отсюда на свежий воздух, мелькающий в толпе силуэт обладательницы блондинистой гривы удерживал.
Он интуитивно уловил момент появления Пейдж. Воздух чуть всколыхнулся, и возникла она в нахлынувшей толпе, в белом коротком платье, пожалуй, любой сухарь взмок бы, узрев эту длинноногую. И вновь он отыскал ее взглядом. На этот раз она разговаривала с каким-то парнем, тот придвинулся и положил ладонь на ее руку выше локтя, помахивая перед ее лицом большими часами. Горячее примитивное чувство неприятно сдавило грудь.
— Вот это ножки. — Чей-то голос грубо вторгся в его мысли.
Он обернулся. Группа мужчин в вызывающе стильных костюмах. Все покачивают бокалами и как один смотрят в сторону Пейдж.
— Вы знаете Пейдж?
Уловив его сумрачный тон, они уставились на него. Он почти слышал их мысли: «Бедняга. Полагает, что у него есть шанс».
Гейб, сам себе удивляясь, едва сдержался, чтобы не прокричать: «Да я имел ее, зажав у стенки, имел на скамье в кухне, и она при этом выкрикивала мое имя так громко, что, верно, все черти в этом гребаном доме всполошились». Но вместо этого он поднес к губам бокал и набрал в рот виски.
— Одно время встречались с ней, — проронил один из парней. — Пока она не представила меня моей жене.
— Заложила вираж, — усмехнулся второй.
— Крутая ледышка, — заметил третий.
Взгляд Гейба снова перекочевал на Пейдж. Ее лицо в профиль, сдержанная улыбка, она приветливо махнула рукой кому-то в дальнем конце зала. Понятно, почему она всем — как и ему поначалу — казалась равнодушной и холодной. Теперь-то он понимает: это всего лишь маска, самозащита. Какая-то мысль царапалась в затылке, словно он никак не мог вспомнить обрывок сна. Нечто знакомое и родное. Возможно, отражение его натуры. Или déjà vu. Спазмом свело нутро, когда в памяти вихрем пронесся образ иной холодной блондинки. Та улыбалась ему через весь зал на банкете в честь Bona Venture, и он наблюдал, как ее глаза зажигались только тогда, когда их взгляды встречались.
— Нет, — заключил он так громко, что на него обернулись. Он скривился, допивая виски, и бросил стакан на подвернувшийся поднос.
Нет, это совсем другой случай. Хотя бы потому, что он уже не тот взвинченный юнец, который носился на поводу у своего либидо. Теперь он старше, мудрее и держит его на коротком поводке. Но подсознание не обманешь. Его опыты с Пейдж были такими… яркими, насыщенными. Головокружительный накал, стремительное развитие отношений. Эта женщина настолько роскошна и соблазнительна, что полдня держит его на взводе, ну а ночью — и говорить нечего, только она ему и снится.
 
Он сжал пальцами виски, в которых стучало от воспоминаний. Они с Лидией встретились, когда Bona Venture взлетела на волне первого успеха. И он, образно говоря, проснулся наутро совсем в ином — очень непростом — измерении.
Лидия стала тем причалом, куда он стремился, если штормило. И ему никогда не приходило в голову, что у нее иные соображения на этот счет, не столь романтические. В итоге из-за ошибочных суждений он едва не разрушил все, что им с Нейтом удалось заработать и создать. Вот и сейчас урок не впрок. В преддверии самого грандиозного бизнес-проекта, требующего значительных капиталовложений, он не нашел ничего лучшего, как увлечься очередной блондинкой.
— Веселишься? — Нейт хлопнул Гейба по спине, возвращая на грешную землю.
Гейб встряхнул темной гривой и насупился:
— Так распирает, что едва не пляшу.
Нейт фыркнул:
— Вылечим. Слушай, на этой неделе у меня кое-что запланировано в Сиднее. Надо перемигнуться с одной компанией, которая занимается декодерами. Похоже, лакомый кусочек. Хотел откомандировать Рика, но вряд ли он знает сеть лучше, чем… Гейб?
— Гм-м? — Взгляд Гейба зацепился за белое крыло, мелькнувшее в толпе. — Ну, и?..
— Я, можно сказать, раскатал губы. И эту жилу уступлю тебе, приятель. На жизнь хватит. Этого клиента можно раздоить, пока ты здесь. Думаю, ты не упустишь шанс вонзить клыки в реальную свежатину.
Разумеется, он не упустил бы, но настроение малость подвисло.
— Ну, если у тебя другие планы… Увлекся декором? Смотрю, отделал берлогу по своим меркам. Очень мило.
Гейб ожег его взглядом:
— При твоих способностях к дизайну можно засчитать это за комплимент. Когда вылет?
— Завтра на рассвете. Предвкушай. Не забудь сачок на голову.
Гейб взглядом проследил за отблеском светлых волн и молвил:
— Перенеси отлет на день позже.
Почувствовав недоверчивый взгляд Нейта, притворился, что не заметил.
— Я что-то недопонял? Или упустил? — спросил Нейт. — Я везде своих людей поставил для подстраховки, чтобы и волосок с твоей головы не упал без стука. Та-ак. Дошло. И кто же эта блондинка?
Гейб выдохнул глубоко и медленно, молча прикидывая, можно ли оттянуть момент, когда дорожки Пейдж и Нейта пересекутся, одновременно отчаянно хотелось удостовериться, что Нейт не записался в члены клуба поклонников ее ножек. Гейб слегка прищурился и протянул равнодушно:
— И которую именно ты присмотрел? Обработаю для тебя в лучшем виде.
Нейт схватил его за уши и развернул лицом, так что искомое оказалось прямо перед его носом.
— Та, из-за которой ты пляшешь на месте, словно у тебя в штанах муравейник, и раздумываешь, стоит ли вставать завтра в такую рань.
Гейб сбросил с себя его руки:
— Начнем с того, что я не танцую. Во-вторых, она живет в этом доме и… — Он набычился. — Она едва не прищемила мне пальцы дверью лифта.
— Да ну? Ты, разумеется, не будешь возражать, если я сейчас пойду и…
Гейб резко выбросил руку вперед и ухватил Нейта за ворот. Тот рассмеялся и высвободился из хватки.
— Давненько не видел, как ты пялишься на блондинок, сегодня ты побил все рекорды. Черт, ты и вправду восстал из пепла. Конечно, малость не в себе, но все-таки восстал. Ладно, сообщу бедняге Рику, что завтра у него ранний подъем.
Приятель растворился в сером тумане. Нет, он вовсе не свихнулся, обжегшись на Лидии.
Конечно, стерва умело продала информацию, выуженную из него в спальне. И надзорный комитет затеял расследование, грозившее похерить дело, в которое они с Нейтом вложили душу и сердце, ради которого он носился по всему земному шару, лишь бы вытянуть Bona Venture из тисков преисподней.
Но все давно отболело, разве что с тех пор он стал бдительнее. Можно сказать, подозрителен и ревнив. Однако в свиданиях с горячими блондинками себе не отказывал. Впрочем, теперь ему нет деда до них, пусть хоть в обезьян превратятся.