Только не Ты (СИ)
— Можно мне к репетитору? А то преподаватель оплачен. Вдруг ты понесешь слишком большие расходы?
— Иди. Как закончишь, я буду ждать тебя у подъезда.
— Зачем?
— Заберу тебя сама, чтобы ты не отправилась гулять.
— Мама, не вздумай!
— Тебя забыла спросить. Все равно будет, как я скажу.
***
Мама выполняет свою угрозу и даже больше. Теперь на учебу папа отвозит меня на машине, а после она лично встречает у ворот лицея.
Я, как преступник, везде хожу под конвоем. Даже первоклашки имеют больше свободы, чем я.
Поначалу воспринимаю все со смехом. Ну должно же рано или поздно надоесть. Но в середине второй недели, когда папа в очередной раз ждёт меня в машине, чтобы отвезти, моя психика не выдерживает.
— Долго это будет продолжаться?
— До окончания учебного года, — мама спокойно намазывает сыр на тост.
— Мам, ты шутишь? Надо мной уже все смеются.
— Ничего. Потом спасибо скажешь.
— Ты не понимаешь, что своими действиями делаешь хуже? — мне вдруг срывает крышу и я начинаю кричать. — Позволь мне хоть где-то принимать решения самой, ошибаться, даже может страдать, но выносить свой опыт.
— Алена, вот будет у тебя дочь, ты все поймёшь.
Не хочу быть такой, как мама. И не буду. Все для этого сделаю.
Выбегаю из дома громко хлопнув дверью.
— Пап, ну хоть ты не будь таким!
Я пристегиваю ремень безопасности. Папа выезжает за ворота и отъехав метров на десять от дома останавливается.
— Выходи.
— Что? Спасибо!
— Пока так. Но обещаю, поговорить с мамой.
— Спасибо, спасибо, — я лезу к нему целоваться.
— Это не значит, что я поддерживаю твою дружбу с этим мальчиком. Наоборот.
— Если ты узнаешь его получше, ты поменяешь мнение.
— Возможно, — папа кивает. А я смотрю на него другими глазами. Со всеми своими проблемами я и не заметила, как он поменялся. Стал реже появляться дома, до поздна сидит на работе. Ведь кроме утренних поездок я почти не вижу его.
— Как у тебя дела? Все хорошо?
— Нормально.
А ещё он выглядит усталым, но каким-то подозрительно счастливым. Глаза просто горят и светятся.
— Ладно. До вечера. Я побегу.
Выскакиваю из машины и мчусь в лицей. Наконец-то глоток свободы.
На перемене мы с Максом сидим на подоконнике в моем укромном уголке. Кроме младшеклассников, пробегающих в туалет, здесь никто не ходит.
— Как думаешь, кто меня заложил?
— Ален, ну какая разница? Это же ничего не поменяет.
— Поменяет ещё как. Я найду этого человека и даже не знаю, что сделаю.
— Да ты сама кровожадность, — он убирает волосы с моего раскрасневшегося от злости лица. Не знаю, чего ему стоит быть таким спокойным, учитывая, что мои родители так явно показывают, что он им не нравится.
Я обхватываю его за шею, чувствую едва уловимый цитрусовый аромат.
— Это те самые духи, что я подарила?
— Ну да.
— Тебе идёт.
Уже не стесняясь наслаждаюсь его близостью. Максим гладит меня по спине. Я совсем забываю, где мы находимся. Кажется, и он тоже.
— Ой, — возглас Котляровой совсем рядом. С большим сожалением отлепляюсь от Макса.
Света стоит, как вкопанная, будто видит привидение.
— Не знала, что здесь кто-то есть, — она отмирает и тут же разворачивается туда, откуда пришла.
— Пойду за ней.
Максим кивает, а бросаюсь вдогонку.
— Свет, подожди. Мы ведь так и не поговорили. У меня для тебя подарок, лежит в сумке.
На самом деле он там уже давно, просто из-за Светиной болезни никак не удавалось ей передать, да толком поговорить тоже.
— Хочешь откупиться?
— Нет. Помириться. Ну и порадовать тебя.
— Не выйдет, — она останавливается и со злостью смотрит на меня. — Почему вы до сих пор вместе? Тебе же запретили с ним встречаться.
То что мама запрещает встречаться с Максимом знают всего несколько человек. И Котляровой я об этом не говорила.
— Так это ты сдала меня? — пытаюсь проверить свои подозрения. Судя по тому, как Света меняется в лице — это точно она.
— Нет.
Она может говорить, что угодно, ни за что не поверю. Спалилась по полной.
— Я же не знала, что ты скрываешь от мамы свои отношения.
— Не прикидывайся. Я много раз говорила, что не делюсь с родителями. Ты специально это сделала. Знала, что мама будет против.
Света обиженно сопит, хотя пострадавшая сторона тут я. Странно, но я даже не могу злиться на неё. Не хочется. То, что она выдала меня здорово подпортило мне жизнь. Я теперь, как заключенная без права проводить свободное время вне дома.
— Счёт равный. Я сделала плохо тебе, ты мне. Мы квиты. Дальше едем без конфликтов? — предлагаю такое решение вопроса.
— Я подумаю, — она гордо вскидывает голову.
— Учти акция «добрая Богданова» длится недолго.
— Ладно. Допустим. Воевать с тобой я больше не буду, но и дружить не хочу, — говорит Котлярова после недолгого молчания.
— Хорошо.
Пусть я всегда воспринимала Свету, как приложение к нам с Иляной, мне жаль терять её. Она могла бы мне ещё пригодиться. Хотя…
— Я не буду тебе мстить, но и от тебя жду ответную услугу.
— Богданова, какая же ты…
— Ну какая? — я скрещиваю руки на груди и прижимаюсь плечом к стене.
— Говори, что ты хочешь? — Котлярова уходит от ответа.
— Завтра мама пойдёт к директору. Подойдёшь к ней и случайно расскажешь, что мы поссорились с Бондаревым, возможно даже расстались.
— А зачем тебе это? — она спрашивает, но прекрасно понимает зачем.
— Догадайся.
— Ладно.
Я устала обманывать и притворяться. Но мама просто не оставляет другого выхода. Попробую сделать вид, что мы не вместе. А дальше у меня есть план, как с помощью папы повернуть ситуацию в свою сторону.
Глава 38
Домой возвращаюсь через дверь. Крадусь тихонечко, как мышка.
Сомневаюсь, что сегодня буду спать.
По венам растекается приятное тепло. Эмоции переполняют. А сердце стучит, словно бешеное.
Я ложусь в кровать и тут же хватаюсь за телефон. По уже сложившейся привычке проверяю в сети ли Максим.
Не онлайн. Наверное, ещё не успел дойти до дома.
Мне так хочется, чтобы мы могли больше не прятаться. Почему так выходит, что мы все время остаемся в тени. Надоело сидеть дома и встречаться украдкой.
Завтра же поговорю с мамой. Когда-то ведь и она была молодой. Скорее всего испытывала что-то подобное.
Как можно скрывать такое? У меня от одной только мысли про Макса в груди разливается такое счастье.
Утром сразу после завтрака иду в мамину спальню. Вопреки моим опасениям я заснула практически мгновенно, даже не успев придумать аргументы для разговора.
Мама у себя в комнате сидит с сосредоточенным видом в планшете, обложившись своими записями.
— Мамуля, что делаешь? — верчусь возле стола.
— Выбираю подарки вам на выпускной, — она поправляет очки на носу.
— Покажешь?
— Нет. Ведь тогда не будет сюрприза.
— Ну ладно, — честно говоря мне вообще без разницы, что там будет.
— Я хотела поговорить по поводу Максима, — сажусь за стол напротив мамы, чтобы привлечь её внимание.
— Нечего тут разговаривать. Он тебе не пара.
— Кто это решил? — пытаюсь говорить спокойно и без эмоций. — Давай обсудим все, как взрослые.
— Мне, как матери виднее, что лучше моему ребенку. Достаточно взрослый ответ?
И все таки я взрываюсь. Хочется так много всего высказать, но это противоречит моему решению.
— Почему ты никак не хочешь увидеть — я выросла и наконец начала ориентироваться в своих желаниях. И мне так нужна поддержка.
— Если бы ты встречалась с сыном судьи — другой вопрос. Я была бы первой, кто тебя поддержит.
Она говорит про Ястребова. Почему именно про него? Я же никогда не рассказывала про наши отношения.
— Ты и это знаешь?
— Недавно узнала, — она снимает очки и устало трёт переносицу. — И была очень расстроена. Ты забыла все, чему я тебя учила.