Только не Ты (СИ)

В лицее все кайфовое. Территория, здание, все удобства. Раз уж я попал сюда, то нужно пользоваться всеми благами цивилизации.
— Пойдём к директору? — Илюха первым переодевается и теперь подгоняет нас с Фёдором. Естественно, ему ещё нужно мчаться на другой конец города за Ксюхой, которую распределили в пятнадцатую школу. Он бы тоже пошёл туда, но не судьба.
— Пошли, — я натягиваю футболку и беру свою сумку. — Федя, долго красоту будешь наводить?
Игнатьев только выходит из душевой.
— Я догоню. Идите.
— Нет уж. Мы подождём.
Федя по-шустрому напяливает свои шмотки и мы втроём тащимся на второй этаж в кабинет директора.
— Проходите. Хромова Оксана Владимировна — директор, — импозантная женщина лет сорока сидит в кожаном кресле и слегка морщится при нашем появлении. Правильно, мы же не богатые детки, родители которых башляют спонсорские бабки.
— Здравствуйте, — отвечаем вразнобой.
— С формой, как я понимаю, у нас будут проблемы? — она внимательно рассматривает наши вещи. У Илюхи и Феди обычные родаки. Не богатые, но нормальные. Чего не скажешь о моей мамашке, не работающий последние лет пять и живущей в основном на пособия и то, что мне удаётся периодически заработать. Про форму не может идти и речи. Есть ещё дядя. Но они с женой итак взяли опеку над Яной, так что обременять их покупкой одежды я не собираюсь.
— У лицея есть небольшой бюджет, который мы можем выделить на форму, — она даже слегка запинается при этих словах. Отрывает кровное от сердца. — Ваша задача сейчас подойти к секретарю, взять деньги и адрес магазина, а завтра принести чеки и сдачу, соответственно. И само собой начать ходить в форме лицея. Ясно?
Я киваю, а парни просто стоят. Унизительно. Даже очень. Мне не привыкать, бывало и похуже. Мы вообще не должны были сюда попасть, если бы не случайность, или странное везение. Я ещё не понимаю, получится что-то хорошее, или нет.
— Тогда свободны.
Соловьёв первым стартует из кабинета.
— Я побежал, мне же все равно в другую сторону, — он испаряется со скоростью звука.
— А форма? — я кричу ему вслед.
— У нас с Федей один размер. Мне тоже самое. Пока.
Мы с Игнатьевым вдвоём отправляемся по поиски этого магазина, хорошо, что он находится буквально рядом с лицеем. Продавцы странно переглядываются при нашем появлении. Да, не очень мы похожи на богатых мальчиков, которые здесь одеваются. Я быстро просматриваю все, что здесь есть, включая цены. Не слабо. Но банкет за чужой счёт, так что, гуляем.
Пиджаки я ненавижу, поэтому выбираю джемпер, две рубашки и брюки, которые тоже недолюбливаю. Но альтернативы нет. Федя меряет тоже самое. На троих нам едва хватает выделенной суммы. Сдача сто рублей. Я убираю её в сумку, вместе с чеками. Лично отнесу завтра директору.
После шоппинга мы идём на остановку, ждать автобус, чтобы ехать на другой конец города. Впереди маячит короткая юбочка и стройные ноги в белых гольфах одной из наших одноклассниц. Думаю, мы с Фёдором рассматриваем одно и то же.
— Зачетные тут девушки, — выдаёт он.
— Ничего особенного. Наши не хуже, — вяло возражаю. Хотя сравнение явно в пользу первых. Они все словно куклы или модели, сошедшие со страниц модного журнала. Элита, недоступная таким, как мы. Чего стоит только эта блондинка, идущая впереди.
Автобус приходит быстро и полный, нам едва хватает места просто влезть. Мне не особо хочется ехать домой, но нужно закинуть вещи и идти на работу. Спасибо дяде, пристроил на стройку подработать, пока есть время.
— Погуляем вечером? — спрашивает Федя.
— Нет. Сегодня я работаю, может завтра.
***
Дома из еды только пара яиц и остатки вчерашнего молока. На омлет как раз хватит. Судя по порядку на кухне мать ещё не выползала из своей комнаты, отдыхает после вчерашнего запоя.
— Максик, ты? — она приходит на запах свежеприготовленного омлета. Я выкладываю все себе на тарелку и сажусь за стол. — А матери?
В глазах бешеный голод. Ещё бы.
— Приготовь, — я любезно указываю на холодильник.
— Тут же пусто, — она шныряет по полкам в поисках еды.
 
— Сходи купи.
— А деньги есть? — она хлопает глазами.
— У меня нет.
— А Колька не оставил? — она имеет ввиду дядю, сводного папиного брата.
— А должен?
— Скотина такая. Мы же не чужие. Дети родного брата.
— Не родного, а сводного. К тому же, они не виделись много лет, он нам ничем не обязан, — поправляю её. — Почему не спросишь, где Яна?
— Да, шатается где-то, — она отмахивается от пятилетней дочери, словно та и не заслуживает её внимания.
— Нет, мам. Коля оформил опеку и теперь Яна живёт с ними.
— Повезло девке, поест досыта.
Я смотрю на мать и не понимаю, как за три года можно было опуститься до такого уровня. Она отвратительная, мерзкая алкоголичка. Первый год после смерти отца ещё пыталась как-то тянуть нас с сестрой. А потом пошла камнем на дно, с тех пор там и находится.
— Это что? — она хочет взять мой пакет с формой, но я перехватываю его быстрее.
— Не твоё дело, — не нужно ей знать, где я теперь учусь.
— Вот уже и секреты от матери появились, — она продолжает обыскивать пустые шкафчики.
Я встаю и быстро обмываю тарелку в раковине.
— А ты куда?
— По делам.
— А о матери кто заботиться будет? Не благодарный. Я тебя рожала, растила, а ты.
Я захлопываю дверь комнаты у неё перед носом и поворачиваю замок, который сам установил, чтобы она не водила к нам с Яной в комнату своих собутыльников. Разбираю сумку, переодеваюсь и иду на следующий автобус.
  
Глава 4
 
— Кто в наше время ведёт дневники? — спрашивает Котлярова, выглядывая поверх ноутбука на Иляну, лежащую на кровати с тетрадью нежно-розового цвета.
— Я пишу, — парирует Генералова и снова утыкается в свой дневник.
Я сижу на подоконнике с ногами и рассматриваю редких прохожих на улице.
— Девчонки, быстрее сюда, — Светка кричит, будто что-то реально очень важное. Мы с Иляной подскакиваем к ней. А там всего лишь страница Бондарева в социальной сети. Она пролистывает все три его фотографии, можно подумать он достоин такого пристального внимания. Я молча возвращаюсь на свой наблюдательный пункт. Иляна тоже быстро теряет интерес, ведь предмет её воздыханий — совсем другой. — Какой он симпатичный.
— Мне больше нравится Фёдор.
— Девочки, пожалейте. Иначе я уйду.
— Почему ты так плохо к ним относишься? — говорит Иляна.
— Потому что им не место в нашем лицее. Они не могут принести ничего полезного. И заводить отношения с данными персонажами выйдет себе дороже. Что он может тебе дать? — я с вызовом смотрю на Иляну. Нет сил больше слушать их обсуждения.
— Ален, никто не говорит про серьёзные отношения. Можно же просто погулять пару раз, ну или до выпускного, например, — Генералова радуется собственным словам, которые она безусловно считает очень мудрыми. — И вообще, захапала себе Ястребова, поэтому сиди и молчи.
— Да не нужен он мне. Хочешь — забирай, — я равнодушно отмахиваюсь, но подруга знает, что со мной все не так просто. Я легко могу поменять свое мнение.
— Алена, а помнишь ты говорила, что они такие же, как мы? — напоминает мне Котлярова.
— Я была неправа. Могу же я ошибаться?
— Наверное, — Светка так и не отрывается от ноута. Продолжает пялиться на этого придурка.
— Ты же не против, если Сидорова тоже будет на празднике? — спрашивает Иляна.
— Это твоя вечеринка, ты и решаешь, кого звать. Она мне не мешает, — тут я не вру. Оля ведёт себя со мной идеально, видимо опасается, что может прилететь за вечер с Ястребовым.
Некоторое время Иляна ещё что-то пишет в тетрадь, а потом вдруг выдаёт:
— Как думаете, если я приглашу Игнатьева на вечеринку, он придёт?
— Иляна, это глупо. Он будет, как инородный предмет в нашем обществе.
— Почему только его? Зови всех троих, так больше шансов, что придёт, — Котлярова с Генераловой на одной волне.