Только не Ты (СИ)

***
Вместо вечерней тренировки Игорь Борисович разрешает нам посмотреть игру. Ребята делятся на команды и играют по всем правилам.
Я наблюдаю за Максом. Он действительно талантлив. Жаль, что все так и закончится вместе со школой. Мне сложно представить, чем Бондарев будет заниматься после окончания. Учится он, мягко сказать, так себе, планов на поступление тоже не строит. Зачем мне человек без будущего о котором я мечтаю? Проблема в том, что я уже сама не понимаю, где мои мечты, а где нет. Я всегда видела себя успешной во всех сферах. А где может преуспеть Бондарев? Умом я все пониманию, а вот сердце отказывается слышать разум. Я смотрю, как он забрасывает мяч в корзину, а потом поворачивается и наши взгляды встречаются. Быстро перевожу глаза в сторону, чтобы он ничего не заметил.
Как только игра заканчивается, Комиссаров подбегает к нашей троице и передаёт сообщение от Ястребова.
— После ужина собираемся у нас в комнате. Третий этаж, триста пятая, по коридору налево, — Андрей говорит это Свете, а сам косится в мою сторону. — Можете приходить втроём.
— Андрюша, ты вроде мессенджера от главного? — подкалывает Света.
— Сама ты мессенджер.
— Передай, что мы придем, — Оля расплывается в радостной улыбке. Комиссаров кивает и возвращается на место с докладом.
— Если там не будет Макса, я не пойду, — Котлярова ставит нас перед фактом.
— Мне там делать нечего. Не хочу лишний раз пересекаться с Сашей, — а про себя добавляю, что и Бондарева там, конечно, тоже не будет.
— Ну и сидите одни. А я пойду.
— Естественно, продолжай бегать за Ястребом. Вдруг он тебя заметит, — не могу себя сдержать и не задеть Олину гордость. Думает, что так легко меня напугала и теперь я буду ходить трястись. Как бы не так.
— Девочки, пойдемте лучше ужинать, а то есть так хочется, — Света не дает Сидоровой вставить слово.
— Пойдём, — я встаю и первой выхожу из зала. Видимо, она забыла, что я могу испортить ей жизнь, придётся напомнить.
В столовой ещё никого, кроме нас. Выбираю овощной салат и отварную грудку, не зря же я целый день тренировались, чтобы к вечеру наедаться, как в первый раз.
Пока ем, наблюдаю, как Света и Оля набирают целую гору еды.
— Я бы на твоем месте так не налегала на булки, — выразительно смотрю на Олин поднос, а потом на неё. Она меняется в лице. Тема с лишним весом довольно болезненна, впрочем, как и для всех девчонок.
— Тебя забыла спросить, — Сидорова отправляется за чаем, который просто не поместился с остальными тарелками.
— Алена, почему ты такая грубая? — шепчет Котлярова.
— Разве? Я забочусь об Олиной фигуре, только и всего.
— Не понимаю я тебя. То ты говоришь, чтобы она забирала Сашу, а потом сама же и злишься.
— Свет, ты думаешь это из-за Саши?
— Ну да, — она кивает и отламывает кусочек хлеба.
— Вот такая я не постоянная, — я складываю приборы на тарелку, не собираюсь разубеждать её. Даже хорошо, что она так думает.
— Если бы мы с тобой не дружили, думаю, я бы не любила тебя.
— Почему?
— Ты бываешь такой злой.
— Только с теми, кто меня задевает.
— Нет. Со всеми. Иногда даже со мной.
Я задумчиво смотрю на дверь, в столовую толпой заходят ребята из других школ, вперемешку с нашими. Вот, значит, что Света думает обо мне. Мы ведь пришли в лицей одновременно. И обе подружились с Генераловой. Если бы не Иляна, я, скорее всего, никогда не стала бы общаться со Светой. По сути мне просто не хотелось обидеть Иляну, а потом я просто привыкла к Котляровой. Она всегда в нашей компании, я в целом хорошо у ней отношусь. Но лучшей подругой она для меня никогда не будет.
— Прости. Заносит, — я извиняюсь, не испытывая никакой вины.
— Ладно.
— Пошли?
— А мы разве не будем ждать Олю?
— Пока она доест половину столовой? — говорю достаточно громко, чтобы Оля, подходящая к столики, услышала. — Мы уже все. Будем в комнате.
Света вроде и чувствует себя неловко, но в то же время послушно встаёт, чтобы отнести полностью с тарелками.
— Приятного аппетита, — посылаю Сидоровой лёгкую улыбку победителя. Не знаю почему, но чем больше я обижаю ее, тем паршивее себя ощущаю. Зато я больше не думаю про Макса. В какой-то степени от этого мне намного легче.
 
***
После ухода Сидоровой, мы остаёмся со Светой в комнате одни. Я делаю вид, что листаю учебник, а сама наблюдаю за Котляровой. Она активно переписывается с кем-то.
— Скучно, — Света кидает телефон в сторону и лениво потягивается. — Тебе ещё не надоело?
— Что именно?
— Ты постоянно с какой-то книжкой. Сейчас что? — она рассматривает обложку. — История.
— Какая разница, надоело или нет. Я же планирую поступить, а для этого нужно сдать экзамены.
— Подумаешь, не поступишь. Будешь учиться на платном. Я даже не парюсь на этот счёт, — она зевает.
— Я хочу доказать родителям, что могу поступить сама.
— Ясно. Как думаешь, где сейчас Макс?
— А ты разве не с ним сейчас переписывалась? — подхожу к главному вопросу.
— Если бы. Он не отвечает. Может уже лёг спать?
Этот глупо, но на душе становится легче. Они не переписываются, и вообще Котлярова зря приехала. Ничего у неё не выйдет.
— Скорее всего, — я кладу книгу на тумбочку. — У меня болит все тело, а у тебя?
— Тоже. Завтра не встану. Разбудишь?
— Да.
Интересно, что тренер придумает завтра. Я поворачиваю голову, а Света уже спит. В отличие от неё, у меня нет сна ни в одном глазу. Даже наоборот, такое чувство подъёма и энергии, а ещё приятное предчувствие. Как будто со мной вот-вот произойдёт что-то хорошее.
Раз спать я все равно не буду, собираюсь и иду в зал в надежде, что там будет открыто. Мне везёт, так и выходит, правда и освещения здесь нет, только тусклый свет от уличных фонарей.
Я беру мяч и пытаюсь забросить трехочковый. Он никогда мне особо не удавался. Постепенно вхожу в азарт. Это уже дело принципа. Пока не забью — не уйду.
— Неправильно держишь кисть и распределяешь силу.
В темноте довольно сложно разглядеть стоящего в дверях, только общий силуэт. Но я и без этого узнаю по голосу.
— Давно ты здесь?
— Достаточно. Хочешь покажу?
Он подходит ближе, а я вдруг чувствую, как потеют ладошки. В таком состоянии я не смогу даже удержать мячик. Мгновенно забываю, что ещё утром мы спорили в этом самом зале при всех, и наша история начинается заново. Прямо в эту самую секунду.
— Давай.
Макс без мяча показывает как нужно держать кисть и куда направлять силу для удара.
— Видишь? — он попадает точно в корзину, даже не напрягаясь.
— Да, — облизываю пересохшие губы.
Бондарев подходит вплотную и вкладывает мяч мне в руку, показывая, как лучше забрасывать. В голове нет ни одной мысли о баскетболе, только о том, как реагирую на его прикосновение. Все тело мгновенно отзывается. Мне кажется, я даже не дышу. Не знаю, насколько заметно со стороны.
Я пытаюсь сконцентрироваться на броске. Безрезультатно. Делаю вид, что смотрю на мяч, а сама внимательно изучаю лица Макса. Он выглядит расслабленным. По всей видимости у него нет такой реакции, как у меня.
— Попробуй сама, — он делает несколько шагов назад, а я пытаюсь попасть, но мяч отскакивает от корзины.
— Как обычно.
— Нужна практика.
— Наверное. Как ты здесь оказался?
Я ловлю мячик, чтобы чем-то занять руки. Хорошо, что Макс вряд ли сможет рассмотреть моё смущение.
— Вероятно так же, как и ты. Пришёл потренироваться.
— Понятно.
Не знаю, что ещё сказать. Максим тоже молчит. Тишина оглушает. Я слышу только свое сердце, оно бьётся в бешеном ритме.
Макс шагает вперёд и оказывается почти вплотную. Нас разделяет только баскетбольный мяч, который я держу мёртвой хваткой. Он дотрагивается до мяча случайно задевая мои руки. Или не случайно? Просто у кого-то слишком буйная фантазия, а ещё мне слишком сильно этого хочется.
— Алена, — он произносит моё имя почти шёпотом. Я поднимаю голову. На таком расстоянии я могу рассмотреть его глаза. В темноте они кажутся чёрными и такими бездонными.