С любовью, бухгалтерия (СИ)

Но тут же ей стало стыдно:
«У человека были тяжелые переговоры, он спас предприятие от десяти миллионов неустойки. Интересно, правда, откуда она взялась? И причем там Василий?»
Галина уже подошла к двери родного кабинета, как в голову пришла новая мысль:
«У Олега, оказывается, высшее экономическое образование, как и у меня. И даже красный диплом. Впрочем, как ехидно заявляет Мишка, красный диплом ненамного дороже обычного. Тем более - заочно. И тогда понятно, почему Питер, а не Москва. В Питере взятки меньше».
Соня сидела за компьютером и что-то увлеченно изучала. Галина бросила взгляд на экран – это был сайт поиска работы.
«Она что – уже знает?»
Впрочем, при более внимательном рассмотрении оказалось, что сайт предлагал не работу, а разовые подработки. На странице, открытой у Сони, искали помощницу по дому.
- Сонька, - загадочно улыбнулась Галина. – А ты у нас, оказывается, белоручка – домработницу ищешь.
- Угу, белоручка! – обиделась подруга. – Особенно если учесть, что я недавно лазила у тебя под столом на карачках, воду тряпкой собирала. И стол вытирала, и клавиатуру твою сушила. Хорошо, у Женьки фен в шкафу оказался.
- Ты, вытирала воду? На моем столе? – изумилась Галина. – Откуда она там взялась?
- И под столом тоже! – поджав губы, напомнила Соня. – Откуда… Оттуда! Олигарх твой стакан перевернул!
- Какой еще стакан? Погоди, Аллигатор был здесь? Что ему было нужно на моем столе?!
- Был, - завистливо фыркнула Соня. – Он сюда бегает каждый день, жить без тебя не может.
Потом помолчала и добавила уже нормальным тоном:
- Договор ему срочно понадобился.
- А, понятно. С ООО «Перспектива»?
- Нет, с программистами. Я сказала, что мы такие договора у себя не храним, отослала красавчика в юротдел. А он нечаянно твой стол толкнул, вода из стакана и разлилась.
Галина подошла к столу – на нем все было, как обычно.
Она открыла текстовый редактор и быстро прошлась пальцами по клавиатуре. Молодец, Соня – вовремя провела спасательную операцию: все символы с клавиатуры печатались, клавиши не западали.
- Спасибо, подруга! Спасла мою клаву, все работает. С меня – коробка вкусняшек! Интересно, откуда взялся на моем столе стакан с водой?
- Как откуда – а цветы твои? – в голосе Сони опять слышалась зависть. – Уже и забыла про них?
- Ромашки? Так они завяли, их уборщица выкинула.
- Ты что-то путаешь. Вон они, я на окно переставила.
Галина подошла к окну – в пластиковом стаканчике снова красовался букет полевых ромашек. Свежий. Не завявший и не обсыпающийся. Галина тронула пальцем белоснежные лепестки и повернулась к Соне:
- Скажи, а кто сюда заходил, пока меня не было? Только Олег?
- Да. А хотя… программист еще забегал – Василий, женатый который, тебя спрашивал. Я сказала, что ты занята – важная встреча с налоговиком, а потом поездка на кинофестиваль. А он пожаловался, что сегодня за двоих отдувается: Виталий отпросился, у его родителей жемчужная свадьба.
- Понятно, - выдохнула Галина.
«То есть, на самом деле опять непонятно, от кого ромашки, - весело подумала она. – Аллигатор так неумело поставил, что воду разлил? Или… Неужели Василий волшебным образом угадал мои любимые цветы? Ясно одно – Виталий тут ни при чем. Минус один подозреваемый».
Часы показывали начало второго.
Галина бросила взгляд на стопку документов – Аллигатор отпустил после двух, поэтому нырять в первичку смысла нет. Зато можно успеть…Она решительно вытащила из ящика ключ от кабинета Чингисхана:
- Соня, я пойду поработаю с учредительными документами. Надо проверить – всем ли я дивиденды по последнему протоколу начислила.
- Это правильно, - согласилась Соня. – Драконов лучше не злить.
Учредительные документы всех предприятий, входящих в компанию, хранились в сейфе в кабинете директора.
Где-то на сервере было хранилище электронных версий, но Галина еще не получила к нему доступ. Однако Чингисхан, как человек старой школы, всегда делала ксерокопии уставов и протоколов собраний и держала их у себя в сейфе.
 
Кабинет главбуха встретил тишиной и идеальным порядком. Галина включила компьютер, покрутилась на кресле. Удивительно, но она так и не решилась перенести сюда свои вещи. Да хотя бы просто – прийти с самого утра, поработать в тишине…
«Наверное, уже и не стоит, - вздохнула она. – Все равно ненадолго, скоро все разлетится на мелкие кусочки».
Внимание привлекла фотография на столе Чингисхана – родной коллектив на новогоднем корпоративе. Все нарядные, улыбающиеся - Палыч с бородой деда Мороза, Чингисхан в короне Снегурочки, у Галины в волосах блестки-снежинки, Генка в смешном гномьем колпаке.
При взгляде на Генку что-то мелькнуло в голове, какая-то важная мысль, но тут же исчезла.
«Сейчас не до Генки, - отмахнулась Галина. – Нужно подумать, как спасти фирму. Нельзя сдаваться, нужно бороться до конца!»
С этой победной идеей она подъехала к сейфу и вытащила папку с копиями учредительных документов. Первым делом Галина достала устав головного предприятия – остальные уставы делались по шаблону и были аналогичными – открыла раздел, где говорилось об управлении, и внимательно вчиталась в текст.
«Итак, председатель Правления, он же – Глава Наблюдательного совета, - сосредоточенно шептала она. – Может не быть участником общества – это понятно, Валентин Игоревич – не участник, не был им и не будет. Избирается двумя третями голосов участников. Две трети – это шестьдесят шесть и семь десятых процента. Интересно, кто за него голосовал при избрании?»
Галина начала торопливо листать вложенную в сегрегатор тоненькую пластиковую папочку с протоколами:
«Присутствовали… голосовали… Старичок-основатель – пятьдесят один процент, Палыч по доверенности – шестнадцать процентов. Итого – шестьдесят семь. Как раз хватило, чтобы назначить председателя, можно сказать впритычок. Мишка ошибся – у Палыча не пятнадцать, у него шестнадцать процентов, впрочем, чтобы блокировать решения Правления и этого не достаточно. И что - больше никто на собрание не пришел? А на другие?»
В папке были протоколы собраний за три года – Галина просмотрела их все: на собраниях всегда присутствовали только двое: дед-основатель и Палыч.
«Похоже, испанским теткам наплевать, что творится на предприятии, - ехидно отметила Галина. - И сами в собраниях не участвуют и доверенности никому не дают. Но это означает…»
Она потерла лоб:
«То, что Председателя нельзя переизбрать до открытия наследства – понятно. Но если у нас в наследниках малолетний внук и инопланетянка – им точно не до занудных юридических процедур. Значит, на собрание они не придут, а если и придут – против отца… или дяди… у старика было трое детей, внуки могут быть и не родными между собой, а двоюродными - против своего родственника голосовать не будут. Разве что – Аллигатор, но его доли не хватит, даже вместе с долей Палыча. То есть – Валентин Игоревич у нас практически непотопляемый авианосец! Чего же он так торопится вытащить деньги из фирмы, если и после вступления внуков в наследство его убрать с поста почти нереально?»
Галина вновь взяла устав и открыла страницу, где говорилось о назначении директора.
«Очень интересно! – выдохнула она. – Та же самая история! Тоже две трети голосов! Значит, Палыча можно уволить с поста директора, только если он сам проголосует за свое увольнение! Даже совместных голосов трех внуков не хватит».
Папа Галины в молодости увлекался шахматами и даже получил первый разряд. У дочери с шахматами не сложилось, но основные понятия она помнила:
«Кажется, это называется патовая ситуация, ни одна из сторон не имеет преимущества! Палыч не может переизбрать Председателя, а Валентин Игоревич не может уволить Палыча. Палыч не имеет права не исполнять решения Правления… Но он может их по-тихому саботировать, например. И никто с ним ничего не сделает! Получается, председатель торопится не потому, что наследник не он, а потому что директор-соучредитель в больнице».