Феномен СССР: Слово Пацана (СИ)

Отец плавал рядом, усмехаясь с того, как я барахтаюсь. Увидев, что я устав, остановился, он принялся показывать мне, как нужно грести руками. А потом предложил попробовать и доплыть до веревки с поплавками, что отгораживали дорожки. Отдышавшись, я оттолкнулся от стенки, а потом неумело принялся колотить по воде руками и ногами, пытаясь плыть. Выходило не очень хорошо, но по крайней мере я не тонул и даже двигался вперед.
Доплыв до веревки, я ухватился за нее. Под моим весом она прогнулась, я начал погружаться с головой. Чтобы удержаться на плаву, пришлось молотить ногами. Ко мне подплыл отец и ухватившись за веревку, слегка поднял ее вверх, давая возможность мне вновь оказаться на поверхности воды.
— Молодец, Димка! А теперь давай обратно, к краю бассейна.
Торчать рядом с веревкой, которая тонула, мне не понравилось, поэтому я с удовольствием поплыл обратно к стенке. Доплыв и поняв, что устал, я захотел выбраться из бассейна, но сил уже не хватало. На помощь опять пришел отец, который подтолкнул меня и помог выбраться. Затем он выбрался сам и повел меня в конец зала.
Там располагалась парилка, которой могли воспользоваться все посетители бассейна. В парилке я был впервые, горячий воздух неприятно колол нос, поэтому я принялся дышать через рот. Было очень жарко, вся влага с моего тела моментально высохла. Я помахал руками, пологая, что так смогу остыть, но горячий поток воздуха лишь больше нагрел мое тело. Видя, что мне не очень хорошо, отец вывел меня из парилки.
— Прыгай в воду, скорее!
Я и впрямь подбежал к нашей дорожке и заскочил в воду. Сначала вода показалась ледяной, я принялся карабкаться обратно, но затем меня окутало волной блаженства, отчего я перестал дергаться и лишь лениво перебирал ногами, чтобы не тонуть. В этот момент, над залом пронесся гудок, который возвещал о конце смены. Отец помог выбраться из бассейна и мы пошли в душевую комнату. Моя голова слегка кружилась, я сильно устал, но при этом, я был настолько доволен и счастлив, что забыл обо всем на свете.
В автобусе мы сели на заднее сидение и я продремал всю дорогу. Лишь перед самой нашей остановкой отец разбудил меня. По дороге домой мы еще болтали о том, как классно было в бассейне, и что будет классно ходить туда два раза в неделю. Но уже когда мы вошли в лифт, я вспомнил о своих проблемах. Предстоял разговор с мамой, которая уже наверняка дома, а так же ей уже точно успела позвонить Лидия.
Так и оказалось. Мама вышла нас встречать, вид у нее был недовольный. Но едва она только начала говорить, ее мягко оборвал отец.
— Я знаю, нас вызывают в школу. Дима мне уже все рассказал. Не волнуйся, я схожу и разберусь. Там нечего страшного, обычные дела у мальчишек, подрались и все. Помирятся.
Мама лишь развела руками, но спорить не стала, лишь позвала нас ужинать. Ужин прошел весело, я делился впечатлениями от бассейна, а отец с гордостью рассказывал, что я научился плавать буквально «за пять минут, взял и поплыл». Эта гордость передалась и маме, которая перестала дуться и растаяла. Брат, который еще не понимал, о чем идет речь, но чувствуя, что все кругом в хорошем настроении, тоже смеялся и что-то лепетал.
Так и закончился этот день. Мама погладила мою форму, я приготовил портфель, еще немного порисовал, а потом лег спать. Снился мне в ту ночь бассейн, во сне я плыл к стенке, но она никак не приближалась. Я старательно греб, все сильнее и сильнее, но стенка так и не приблизилась. Устав плыть, я набрал воздуха, чтобы совершить последний рывок, я внезапно проснулся.
Уже было утро. Я поднялся с кровати подошел к окну. Деревушка уже ожила и жила своей обыденной жизнью. Коровы все так же отправлялись на пастбище и я вновь увидел Рината. Он гнал двух своих коров, но в этот раз он задирал голову и смотрел на наш дом. Я помахал ему рукой, он заметил меня и радостно помахал в ответ. В комнату вошел отец, который уже проснулся.
— Димыч, собирайся в школу. С тобой я не пойду, нужно сперва на работу. Скажешь, что я приду позже, как освобожусь на работе.
 
Я кивнул и принялся собираться. Утро прошло как обычно, возня с братом, завтрак, сборы в школу. Мама вновь довела меняя до перекрестка. Тут она вновь попросила вести себя хорошо, после чего мы разошлись по сторонам. Но едва я прошел десяток шагов, как обнаружил ждущего меня Рината. Он сидел на лавочке и грыз яблоко. Завидев меня, он поднялся, вытащил из кармана еще одно и дал его мне.
— А я вот сижу, тебя жду. Боялся, что ты уже прошел раньше. Ух, вот сегодня денек будет.
— Это точно. Сегодня еще отец в школу придет.
— Сильно тебе досталось вчера?
— Нет, поговорили только. Пришлось отцу рассказать, что и как было. Он вроде понял.
— Свезло. У меня батя брата постоянно лупил, когда тот что-нибудь в школе устраивал.
Я покосился на Рината, но спрашивать нечего не стал. В данный момент, меня не столько волновал брат Рината, как брат Толстого. Тем более, насколько я мог видеть, он стоял возле школьной калитки, поджидая, по всей видимости меня. Рядом с ним стоял сам Толстый. Заметил их и Ринат.
— Может обойдем? Через задний двор?
Я покачал головой, смысла бегать не было, все равно, рано или поздно я приду в класс, где меня и найдут. Разговаривать нужно было здесь и сейчас. Поэтому, я продолжил шагать к школе. Толстый заметил нас, после чего сообщил брату. Тот повернулся в нашу сторону. Теперь они сморели в нашу сторону и я вдруг понял, что у них совершенно одинаковые мерзкие ухмылки. Подойти к калитке нам не дали, преградив дорогу.
— Стой, пацан,-брат Толстого потянул ко мне руку, но я отступил, после чего он сделал ко мне еще шаг, но ловить уже не пытался,- ты нахера моему брату губу разбил? Ты не охерел?
— Твой брат сам заслужил, вел бы себя нормально, никто бы его не трогал.
— В смысле нормально? Он что, кого-то трогал? Тебя тронул? Ты сам на него напал, не так?
Брат Толстого ухватил меня за пиджак, я схватил его руку двумя своими, а потом вырвавшись отскочил в сторону. Нужно было что-то делать, драться или бежать, но неожиданно для самого себя, я принялся говорить.
— Да ты сам не охерел, на младших наезжаешь? Сегодня наш старший подойдет, с ним так поговоришь, понял?
Брат Толстого замер, а потом опустил свои руки. Видимо слова о старшем слегка его напугали и не обрадовали. Он нахмурился, размышляя о том, не вру ли я ему.
— Что за старший еще? Че, кому-то нажаловались, что ли?
— Как придет, так и узнаешь. А че, твой брат не нажаловался? Ты чего пришел, а не он разбирается?
Брат Толстого нервно облизал губы и покосился на Толстого. Тот тоже явно был не рад, такому повороту. Видя, что сейчас наше положение стало лучше, я продолжал давить.
— Сегодня придет, так что жди. За школой свидимся, только приходи, не убегай, как твой брательник. Сам начудил, теперь прячется у тебя за спиной.
Толстый что-то хотел сказать, двинулся вперед, но брат его остановил. Он внимательно меня оглядел, а потом резко шагнул ко мне. Я ожидал, что он меня ударит, но нет, меня лишь слегка толкнули в грудь, отчего я отшатнулся назад.
— Да пусть приходит. Брату скажешь, он меня позовет. Только учти, если сегодня никто не придет, то тебе хана, понял? И лучше не убегай со школы, иначе тогда вообще больше не приходи сюда. Поймаю и пиздец тебе будет, понял?
Меня вновь толкнули в грудь, явно ожидая ответа. Поняв, что пока брат Толстого не отстанет, пока не получит ответ, я громко и неохотно пробурчал.
— Понял.
Толстые братья развернулись и пошли в школу, мы же слегка задержались, ожидая, пока они уйдут. Рядом с громким присвистом втянул в себя воздух Ринат. Вид у него был серьезный, покачав головой, он повернулся ко мне.
— Хрена себе, во дела! Блин, а че, брат Клина придет? Если не придет, туго нам будет.
— Нам?
— Ну да, нам. Мы же вместе.
Ринат отвернулся и посмотрел в сторону уходивших братьев, а я изумился тому, как он приписал и себя в мои проблемы. Было видно, что отступать он не намерен. Вновь вспомнилось, как он с палкой, собирался драться с избивавшими меня парнями, я проникся к нему уважением. Хотя, его решительность никак не вязалось с его вечно испуганным видом.