Ревизор: возвращение в СССР 11 (СИ)

– Ладно, ладно. – проводил я Витьку до аудитории и остался стоять в непосредственной близи, типа, я следующий. Возражений нет. – отметил я про себя и завёл разговор со стоявшим рядом Ираклием.
– Ну, что у вас в общаге нового? – спросил я, пользуясь случаем. – Сто лет у вас не был.
– Да всё по-старому. Днём спим, ночью гуляем. С девчонками с биологического в настольный теннис на первом этаже режемся.
– И кто выигрывает? – усмехнулся я его задору.
– Мы, разумеется.
– Когда только учиться успеваете?
– И не говори. Сами удивляемся¸- усмехнулся Ираклий.
Кстати! Надо заехать в ДАС, койко-место официально освободить. – вдруг вспомнил я, как накопил долг в ЗИЛовской общаге. – Как я мог забыть?!
Тут вышел из аудитории первый отстрелявшийся, сокурсники накинулись на него с расспросами, а я прошмыгнул на экзамен.
Витька совсем недолго меня ждал, но успел позвонить Маше, похвастаться, что уже отстрелялся. Они, оказывается, собрались в кинотеатр в Машином доме на набережной. Маша уже позвонила Галие, и та скоро к ней подъедет, и они будут ждать нас у Маши дома.
– Отлично придумали! Значит, мы можем немного задержаться, раз девчонки будут ждать нас в комфортных условиях. – решил я не откладывать дело в долгий ящик. – Давай, до ДАСа доедем.
– Зачем? – остановился Витька и уставился на меня в недоумении.
– Да, я место не сдал. Мне там сейчас как насчитают за четыре месяца!
– За два, – вдруг сказал Витька. – За октябрь и ноябрь я за тебя заплатил, чтобы койку никто не занял.
– Правда? – удивился я. – А чего не сказал? А то я забыл совсем.
– Так оставаться там перестал и вылетело из головы.
– Ага. Мне тоже…
Мы быстро закрыли все бюрократические вопросы. Дольше добирались до общежития. К парням нашим заглянули на прощанье. От метро позвонили на квартиру Маше, сказали, что уже выезжаем, подойдём прямо к кинотеатру.
Девушки ждали нас в фойе, до сеанса было ещё минут сорок, можно, конечно, было и дома у Маши встретиться, но для чего тогда буфет в кинотеатре?!
Билеты на всех взял заранее Витька, а я заплатил за буфет. Мы праздновали успешную сдачу мной и Витей первой сессии. Девчонки были очень довольны.
А когда начался фильм, они обе смеялись в голос. Мне тоже было смешно, но смеялся я не столько над фильмом, видел его уже сто раз, сколько над реакцией жены на него. Так интересно было наблюдать за ней. Оказывается, и в просмотре старых фильмов можно найти своё удовольствие.
Вышли под впечатлением и долго ещё не могли успокоиться. Поднялись к Шанцевым.
– Бабушка! – кинулась первым делом Маша к Виктории Францевне. – Такой фильм здоровский! Тебе обязательно надо сходить!
Мы поздоровались с ней очень тепло, хотел символически посидеть и ехать домой, но девчонки и Виктория Францевна так соскучились, что не решился торопить их, они такие счастливые сбежали от нас в комнату, оставив нас с Витькой вдвоём на кухне.
– Пойдем с ними? – встал было Витька, намереваясь идти к ним.
– Да ну, оставь. – остановил его я. – У них там свои женские разговоры.
– Думаешь? – топтался Витька в неуверенности передо мной.
– Конечно. Садись. – начал объяснять я другу. – Женщинам надо давать иногда личное пространство. Если они захотят мужского общества, сами заглянут, не сомневайся. Не хочешь, чтобы жена лезла в твои мужские дела, предоставь ей возможность заниматься своими женскими делами.
Витька озадачился и смотрел на меня, обдумывая мои слова. Чтобы сменить тему, начал рассказывать ему про своих новых соседей художников. Про рекламный постер с выставки, как попросил их обоих на нём расписаться.
– Мне мемуары Жукова жена подарила… – мечтательно проговорил я в конце. – Издание изумительное просто. Вот бы и у него подписать! Он же жив ещё?
– Жив… – на автомате ответил Витька, как-то загадочно взглянув на меня.
– Мечтать не вредно! – сам себя осадил я.
Еще какое-то время пообщались с Витькой на кухне. Он с легкой досадой рассказывал о каких-то важных родственниках, которых родители обязательно хотят навестить. И настаивают, чтобы он тоже ехал с ними.
 
– Я эту тетю Люду на дух не переношу, – жаловался мне Витька. – Она шагу не дает сделать никому спокойно, на контроле помешана. О каждом шаге ей надо докладывать, иначе устроит переполох и всеобщие поиски.
– Надолго едете? – спросил я сочувственно.
– На несколько дней. – мрачно кивнул Витька. – Давно не были. Отец переживает. Это его младшая сестра, заботится о ней.
– Ну, тогда терпи! Книг возьми с собой хороших, да и читай у тетки на виду, чтоб не волновалась.
– Ага. – друг мрачно усмехнулся. – Она тогда начинает спрашивать, о чем книга. Причем рассказывать надо подробно.
Похлопал ободряюще друга по плечу и решил, что уже можно напомнить о себе жене.
– Завтра у некоторых экзамен. – заглянув к женщинам в комнату, с улыбкой сказал я.
– Иду-иду! – тут же отозвалась Галия.
– Устала что-то. – шепнула жена в ответ на мой удивлённый взгляд и прошла мимо.
Я и правда слегка опешил. Обычно после первого напоминания еще минимум полчаса ждать надо, пока все наговорятся и соберутся по домам.
– Получилось, как будто я вам пообщаться не дал. – смущенно развёл я руками.
Виктория Францевна озабоченно взглянула на меня, но ничего не сказала. Только этого не хватало. Теперь будет думать, что я в семье тиран и деспот.
Ехали домой молча. Один раз спросил Галию, всё ли хорошо? Она устало кивнула. Переутомилась, что ли?
– Может, нам не устраивать в воскресенье мой день рождения? – предложил я. – У тебя сессия и работа. Видно, что ты уставшая. Давай отменю или перенесу на потом…
– Ты что?! – вскинулась Галия. – Ещё чего!?
– Хорошо-хорошо. Просто предложил…
Завтра с утра у жены последний экзамен, затем на работу на завод. Как по мне, так это хорошо, не успеваешь зациклиться на чём-то одном, не перегораешь. А девчонкам, наверное, тяжело всё сразу, они же более эмоциональны. Надо отцу позвонить, узнать, всё ли у неё в порядке с сессией. А то, может, она опять не хочет меня беспокоить своими проблемами.
Приехав домой, набрал отца. Тот заверил меня, что никаких проблем с учёбой у Галии нет, он держит руку на пульсе. Пригласил отца с Кирой и мальчишками в воскресенье посидеть скромно у нас на мой день рождения.
А может, она переживает из-за свадьбы Дианиной? – положив трубку подумал я. – Типа, надеть нечего.
– Милая, мы в эту субботу на свадьбу приглашены, ты помнишь? – спросил я.
– Конечно, помню.
– В ресторан пойдём. Если тебе надо на парикмахера или ещё что, говори. Я хочу, чтобы ты у меня была самая красивая.
– Я хотела в платье пойти, которое мне Ирина Леонидовна подарила. Тёмно-синее, помнишь, в театр надевала? Маша сказала тогда, что я очень здорово придумала с белым поясом. А с волосами мне Ирина Леонидовна поможет, я уже с ней договорилась.
– Умница! Отличный вариант. – одобрил я.
Значит, всё у нас в порядке. Видимо и правда, просто устала. Ну, что же, ложная тревога. Надеюсь…
В четверг, проводив жену на экзамен, спустился к художникам и провёл у них первую половину дня. Мы натянули с Михаилом Андреевичем стальной трос в большой комнате над диваном. Точнее, я сверлил и натягивал, а он подсказывал.
Потом мы развешивали картины. Они с женой не подготовились заранее, не продумали экспозицию, и над каждой картиной спорили, куда её повесить, и вообще, вешать ли.
А я прыгал с табуретов на диван и обратно и двигал уже подвешенные картины, то правее, то левее, то выше, то ниже. Напрыгался конкретно, но получилась очень гармоничная выставка.
– Спасибо тебе, Паша, огромное. – вручила мне Елена Яковлевна маленькую акварель с черноморским пейзажем в рамке под стеклом.
Сразу узнал знаменитую гору Аю-Даг. Только набрал воздуха, чтобы рассыпаться в благодарностях, как Михаил Андреевич смущённо спросил:
– Когда можно тебя пригласить во второй комнате то же самое сделать?