Лучник (СИ)

Он умолк на мгновение и, покосившись на наставника, вдруг едва заметно покраснел.
— Я тоже очень боюсь вас потерять, — тихонько признался он, первым следуя совету Эрана. Потрепал девочку по голове и, поколебавшись, протянул руку племяннику. — Ил, давай мириться? Мы почти год не виделись, я ужасно соскучился… Ну прости меня, я знаю, что виноват.
Мальчишка, всё ещё хмурый, покосился на протянутую руку. Мрачно, исподлобья, посмотрел на её хозяина, а потом, как-то рывком подавшись вперёд, ткнулся Наэри в плечо и заревел.
— Ты… Я думал, мы тебе просто не нужны больше. Как отцу…
— Вот уж тоже остолоп… — буркнул себе под нос эльф
— Балбес… — почти одновременно с ним прерывисто вздохнул Наэри, изо всех сил прижимая к себе племянника, а другой рукой ещё крепче обнимая вновь заплакавшую в голос Тилле. — Вы мне нужны. Вы, и бабушка с дедушкой, и ваш папа — вы всё, что у меня есть. Как вы можете мне быть не нужны…
Он вдруг нахмурился.
— Ил, погоди, а что значит — отцу не нужны?!
— Да то и значит, — глухо буркнули в плечо. — Как мама ушла, он на нас совсем внимания не обращает. Может четверть луны вообще не приходить. Поздоровается только и всё.
Наэри замер.
— Что? Иллар, ты серьёзно? Я же видел, как он за вас волновался… Тиль, ты тоже так думаешь?
Та только молча кивнула, продолжая всхлипывать.
— Он… он даже про мой звёздный день забыл, представляешь?
Юноша невольно выругался.
— Вот же идиот…
Он вдруг бросил быстрый взгляд на молчащего Эрана и, задумавшись на миг, крепко обнял сразу обоих племянников.
— Тилле, Иллар, слушайте сюда. Я знаю, как это обидно и что выглядит это так, словно вы отцу не нужны. Но сейчас просто поверьте мне, хорошо? Отец вас любит. Я видел, он чуть с ума не сошёл, когда вас принесли из леса без сознания. Он дурак, хуже меня — он вас спасти хотел, я точно знаю. Он мне сам говорил, что ради вас готов на всё. Не плачьте, всё будет хорошо. Ну, Тиль, ну что ты… Я с ним поговорю и во всём разберусь. Договорились?
— Обещаешь? — на Наэри смотрели сразу две пары заплаканных глаз.
— Обещаю, — твёрдо подтвердил Наэри.
Он вдруг улыбнулся, явно вспомнив о сестре. И добавил с жаром:
— Теперь точно всё будет хорошо. Вы, главное, больше не попадайте ни в какие приключения… Знаете, как вы нас напугали? Кстати, не шумите слишком — бабушка отдыхает, она с вами целую зарю просидела… Представляю, как она обрадуется, когда проснётся!
Он кивнул куда-то себе за спину, туда, где стояла вторая кровать. Ни шум, ни крики детей Элари не потревожили. И это лучше всяких слов говорило, что заклинание, поспособствовавшее её глубокому сну, всё-таки было.
Эльф в ответ на эти слова улыбнулся и отошёл к окну.
— Тай, — Тилле явно успокоилась, и в ней снова проснулось любопытство. — А как это — быть учеником мага? Ты уже умеешь что-нибудь? Покажи!
Дверь в спальню тем временем распахнулась: принесли заказанный Наэри ещё в лазарете завтрак.
— Э… — юноша растерялся. Бросив беспомощный взгляд на Эрана, оставившего его на растерзание малышне, онусмехнулся и нервно отшутился. — Тиль, я третий день в учениках хожу, чему я мог за это время научиться?
Не поднимаясь, он благодарно кивнул служанке, молча указывая ей на небольшой прикроватный столик. И поспешно сменил тему:
— Не знаю, как вы, а я сегодня ещё не завтракал и ужасно голоден. И мастер Эран, уверен, тоже.
Дети как по команде потянули носами.
— Ой, да, есть жутко хочется, — подтвердил Иллар.
— Ага. Тай, а ты точно не завтракал? А то от тебя так вкусно пахнет…
При этих словах Эран развернулся и быстро пошёл к кровати.
— Эликсиры у изголовья. Я один, ты другой. По тринадцать капель. И пальцы береги.
Наэри побледнел, мгновенно сообразив, что имеет в виду Эран.
— Точно не завтракал, зато лекарь поил меня лекарством, наверное, это оно пахнет, — мгновенно сориентировавшись, соврал он. Он поспешно схватил ближайший из флаконов и зубами выдернул пробку. — Вам тоже оставил. Ил, открывай рот. Тиль, тебя это тоже касается, и не забудь сказать мастеру Эрану «спасибо»!
 
Опешившие от резкой смены настроения дядюшки дети послушно выполнили инструкции и, получив по первой порции лекарства, принялись дружно плеваться и отфыркиваться.
— Фу, Тай, какая гадость!
— Угу… Тухлятина какая-то! Мы есть хотим! Ты обещал нас накормить!
Эран встал с кровати, на которую присел, чтобы напоить девочку. Щелчок пальцев — и детей опутала тонкая золотистая нить. Которая тут же исчезла. А над кроватью появилась большая песочная клепсидра.
— Тише, тише… — сочувственно притянул к себе племянников Наэри. Глаза его встревоженно следили за манипуляциями наставника, и было заметно, что голос его едва заметно подрагивает от беспокойства. — Правда, гадость? Ну, простите, я думал, будет вкусно… Тогда будем запивать шиатом и заедать пирогами и пшеничной кашей с медом. Тиль, это специально для тебя, Марика отложила все дела, чтобы сварить. А тебе, — лёгкий щелчок по носу Иллара, — я попросил разогреть пироги с грибами. Только, чур, не все — мы с мастером тоже хотим!
Он неуверенно оглянулся, прикидывая, стоит ли рисковать, выпуская ошарашенных происходящим детей из рук, или попросить подтащить поближе столик Эрана. Потом, всё-таки, постеснялся. Миг — и глаза его вспыхнули от пришедшей в голову идеи.
— Кстати, кое-чему я всё-таки научился, сейчас покажу!
Отпустив детей, он одним движением призвал лук и, мысленно найдя на белом дереве два знака — «воздух» и «воля», стремительно натянул тетиву.
Тонко свистнул разрезанный воздух. Невидимая петля захлестнула ножки стола, резко дёргая его к кровати. Зазвенела посуда, с грохотом рухнул на пол слишком близко стоявший к краю пустой бокал. Кувшин шиатом опасно покачнулся, горячий отвар плеснул через край, распространяя аромат трав. А Наэри, не обращая внимания на устроенный разгром и даже не задумавшись о том, как легко удалось непривычное волшебство, поспешно подтянул поближе к племянникам поднос с едой.
— Хорошая работа, мальчик, — шепнул маг в ухо ученика, обходя кровать с его стороны.
Проходя мимо стола с едой, он с самым невинным видом стянул с одной из тарелок лепёшку и, так же невозмутимо откусив от неё кусок, вернулся в своё кресло вместе с «добычей».
Дети на странного мага внимание обращать перестали, во все глаза уставившись на чудеса дядюшки, а заодно и на еду.
— Это же не твой лук, кажется, — нахмурился Иллар.
— А что ты ещё умеешь, Тай? — одновременно спросила Тилле.
Почти не заметивший похвалы Наэри одобрительно потрепал племянника по волосам и, цапнув другую лепёшку, испускающую густой грибной аромат, сунул мальчишке в руку.
— Ты наблюдательный, как всегда, Ил. Не мой. Тиль, лук не съедобный, а вот каша — да! Тебе наложить или сама?
Он ловко пододвинул к племяннице накрытый, ради сохранения тепла, горшочек. Улыбнулся:
— Ешьте давайте, а я, если хотите, расскажу вам, чему научился.
«Не твой?» — вопросительно посмотрел на Наэри эльф.
Дети дружно кивнули, выражая желание слушать, и принялись за еду. Судя по лукавому взгляду жующего лепёшку эльфа, он тоже не возражал послушать рассказ ученика.
— А чем тебе не угодил дедовский лук? — спросил Иллар с набитым ртом. — Ты же его любил. Неужели он сломался?
Наэри улыбнулся.
— Я его любил и люблю, — веско откликнулся он. Поймал взгляд наставника и как-то странно прищурился: серьёзно и очень задумчиво. Смущаться оговорки не стал — да и была ли оговорка? А юноша окинул взглядом заинтересованно уставившихся на него племянников, и пояснил. — Понимаешь, Ил… Тот лук был — мой. А до этого — отцовский. А ещё раньше — дедов. А этот… Этот — не мой. Это я — его.
 
Губы Эрана чуть дрогнули в одобрительной улыбке. А мальчишка уставился на дядюшку как на безумного.
— Как это — «ты его»? Это же просто лук, ты не можешь ему принадлежать.
Тот подавил смешок.