Лучник (СИ)

Никаких, хоть немного более интимных жестов, он себе не позволил. Даже губ коснуться не решился, помня, должно быть, рассказ целителя о том, что любимую насиловал палач с его лицом. Ничего собственнического, ничего, что могло напугать: лишь те прикосновения, которые не пришли бы в голову никому, кроме по-настоящему любящего.
Отменить случившееся с женой Гайру было не под силу. Но сейчас он был полон решимости сделать всё, чтобы прошлое осталось в прошлом, не пытаясь тянуть свои ядовитые щупальца ни в настоящее, ни в будущее, которое он не представлял себе без Карилли.
***
Ниари открыл глаза, медленно выныривая из спокойного, на удивление безмятежного сна. И несколько мгновений с вялым недоумением моргал, разглядывая смутно знакомый потолок. Последним, что он помнил, была кренящаяся куда-то в сторону стена коридора в целительском крыле и испуганное лицо Нара над собой.
— Яркого рассвета, — заметив, что ученик открыл глаза, Эран захлопнул тут же исчезнувшую книгу, встал с кресла и пересел на край кровати, подогнув под себя одну ногу. — Выспался?
Улыбка на губах эльфа была чуть лукавой.
— Д… да… — Ниари растерянно огляделся и, наконец сообразив, где находится (а главное, что сказал мастер), испуганно вскинулся. — Уже рассвет?! А Карилли?..
— С ней мой брат, — Эран успокаивающе положил руку на плечо ученика. — А значит, всё будет хорошо.
Тот облегчённо выдохнул. А потом соотнёс, похоже, свои последние воспоминания и, сконфужено вжав голову в плечи, с некоторым усилием сел на постели.
— Мне казалось, что я нормально себя чувствую… — виновато пробормотал он, не глядя на наставника. — Я сильно тебя подвёл?
— Нет, — Эран снова широко, чуть лукаво улыбнулся. — У тебя вышла отличная сеть. Она выдержала даже магический взрыв. Ты не только помог спасти сестру, но и сохранил улики, которые помогут приговорить её похитителей. Ты отличный ученик, мальчик…
На этих словах улыбка эльфа угасла и он, поднявшись с кровати, направился к окну, продолжая говорить, уже с лёгкой грустью в голосе.
— Гораздо лучший, чем я — наставник…
Ниари, на первых словах Эрана облегчённо выдохнувший и даже начавший улыбаться, подскочил, словно под простынёй вдруг появился целый выводок ежей.
— Неправда! — порывисто выкрикнул он, и в голосе прозвучало не столько даже несогласие, сколько возмущение. — Зачем ты так говоришь?
— Мне следовало быть внимательнее и заметить, что происходит с тобой, раньше, чем ты свалишься с раневой горячкой. — Покачал головой эльф, продолжая смотреть в окно. — Нам повезло, что это произошло недалеко от лазарета, повезло, что у моего брата нашёлся нужный эликсир, повезло, что в подземелье тебе не пришлось держать сеть во время сражения. Я прекрасно знал, что ты ранен, что волнуешься за сестру и что, когда тебя охватывают эмоции, ты полностью поддаёшься им. То, как ты бросился домой, узнав о болезни матери, было очень ярким примером. Мне должно было хватить его, чтобы понять: ты даже не подумаешь сказать, что тебе нехорошо. Не станешь отвлекать целителей от сестры. Да и мне ничего не скажешь. Мне действительно следовало быть внимательнее к тебе, но я всё пропустил.
Ниари стоял, глядя в пол и изо всех сил пытаясь сглотнуть сдавивший горло комок. И больше всего на свете хотел провалиться. Желательно, куда-нибудь поглубже.
— Эран… — беспомощно пробормотал он. — Я…
Он поднял глаза на наставника, но тут же вновь уронил взгляд.
— Я даже не думал, что это выглядит так. Прости, пожалуйста…
— Я знаю, Наэри, знаю, — в голосе эльфа снова улыбка. Чуть грустная, но очень тёплая. — Со временем ты научишься рассчитывать свои силы и понимать, когда о себе действительно стоит на время забыть ради других, а когда, напротив, думая о себе, ты приносишь больше пользы. А до тех пор за этим буду лучше следить я.
Он обернулся и с уже более привычной лукавой улыбкой протянул руку.
— Иди сюда. Знаешь, я на самом деле горжусь тобой, мальчик.
— За то, что не испортил ничего с концами? — виновато пробормотал тот в ответ. Но горящие лесной малиной уши выдавали его с головой: похвала, особенно редкая за последний год, его всё-таки обрадовала.
 
Он наконец поднял голову и посмотрел на наставника прямо, не пряча глаз. Непонимающе моргнул. И неуверенно шагнул навстречу наставнику.
Эран улыбнулся и, за руку притянув мальчишку, обнял его за плечи и прижал к себе.
— За то, что умеешь признавать ошибки. Это редкий талант. Думаю, и учиться на них тоже. А ещё, — озорство в голосе стало заметнее, — у тебя, в самом деле, вышла отличная сеть. Лучше, чем та, что впервые сделал я сам
Ниари замер, буквально закостенев в объятьях Эрана. На лице промелькнула растерянность, недоверие и, миг спустя — почти паника. Вбитые с раннего детства иерархические границы трещали по швам с почти слышимым треском. Наставник для ученика — существо высшего порядка, почти божество. Которого не будешь дёргать за рукав, как отца, не обнимешь в порыве радости, как старшего брата. А если и вытворишь такое, в раннем бестолковом детстве — тебе разом объяснят, как надо себя вести достойному ученику.
…Впрочем, мастера тоже никогда не рвались нарушать веками освящённых границ. И мало кто из учеников тира Хальриада мог похвастаться, что его за всё время обучения хотя бы раз отечески трепали по плечу.
— Я п-просто сделал, как ты сказал! — почти в панике пробормотал Ниари, прижатый носом к учительской груди.
Что делать дальше, он не знал. Гайра можно было обнять, гордясь выстраданной победой и разделяя их общую радость. Но Гайр был — почти старшим братом. Не наставником, слава всем богам.
— А я разве спорю? — Эран улыбнулся, потом, почувствовав напряжение мальчика, опустил глаза. — Я сделал тебе больно? Или…
Понимающая улыбка.
— Тебе привычнее хмурые чопорные болваны в роли наставников? Из тех, к которым подойти можно только на пьяной кривоногой корове и то, только когда позвали на третий раз?
Он убрал руку и посмотрел на мальчишку смеющимися глазами.
— Как скажешь. Объятья с наставником, наверное, и правда странно смотрятся. Но, если вдруг когда-нибудь захочешь обнять друга, то я не против.
Глаза эльфа продолжали искриться смехом, но говорил он при этом совершенно серьёзно.
Ниари смотрел на него круглыми от изумления глазами, и только немо открывал рот, явно не в силах подобрать слов для ответа.
Наконец, тряхнув головой, он собрался с мыслями, и потрясённое выражение на лице уступило место обычному удивлению… и неуверенному, пугливому обожанию.
— Спасибо, — тихо, искренне выдохнул Ниари, как-то неуловимо расслабляясь.
— Уважение ученика и наставника должно быть основано на чём-то заслуженном, а не потому, что «так надо», тебе не кажется? — Эльф подмигнул. — Нет, этикет, конечно никто не отменял, но не наедине же между друзьями.
Он протянул руку и взъерошил мальчишке волосы. И в этом жесте тоже было скорее проявление дружбы, чем покровительства.
— А теперь марш в постель. А то братец придёт тебя проведать и оторвёт мне голову. И тебе заодно. Ну, а чтобы было не так скучно его ждать, я тебе кое-что покажу. Забирайся в кровать и призови лук.
— Эран… — с каким-то растерянным, смешанным с почти с суеверным страхом восторгом пробормотал Ниари, послушно опускаясь на постель. — Ты что, серьёзно… Ты правда считаешь меня другом? У тебя же от меня одни проблемы… Я боялся, что ты меня просто выгонишь скоро…
Лук он, тем не менее, призвал почти с поспешностью. И глядел при этом на Эрана с затаённой надеждой и любопытством, уже зная, что все распоряжения наставника заканчиваются чем-то не всегда лёгким, но неизменно интересным.
 
— У меня от тебя одни проблемы? — изумлённо переспросил эльф. — Откуда ты взял такую ерунду?
Ниари ответил ему искренним, полным недоумения взглядом. Похоже, сам он никаких сомнений не имел, и был уверен, что и наставник знать, о чём речь.
— Га… гарпии, — опустив взгляд, тихо проговорил он после короткой паузы. — Тебе пришлось менять планы из-за того, что я увязался за тобой. И договариваться об отсрочке. Потому что я заговорил о…